Президент США Дональд Трамп недавно заявил, что историческое соглашение с Тегераном по ядерной программе Ирана не отвечает национальным интересам Соединённых Штатов. Он представил новую, как он выразился, стратегию «по нейтрализации дестабилизирующего влияния правительства Ирана», вплоть до введения расширенных антииранских санкций, поскольку-де Тегеран поддерживает режим Башара Асада в Сирии и финансирует терроризм.

Хозяин Белого дома всё пытается приучить к тому, что ему надо верить на слово. Антииранские санкции были смягчены в 2015 году в ответ на согласие Тегерана свернуть свою ядерную программу и стали результатом достигнутого консенсуса между США, Россией, Европейским союзом, Великобританией, Францией и Германией.

Теперь в Иране, наверное, о чём-то сожалеют: программу свернули, но это привело лишь к ещё более серьёзному конфликту с Вашингтоном.

Если раньше Иран подвергался нападкам из-за ядерной программы, то теперь Трамп заявляет, что опасностью для региона является сама по себе деятельность иранских властей. То есть Иран плох уже тем, что он существует. В своей речи Трамп обещал обсудить с союзниками дальнейшие шаги по отношению к Ирану. Однако уже сейчас известно, что действиями Трампа недовольны и в Париже, и в Лондоне, и в Берлине.

Премьер Великобритании Тереза Мэй, канцлер Германии Ангела Меркель и президент Франции Эммануэль Макрон выразили обеспокоенность действиями Трампа и подтвердили свою приверженность сделке с Ираном.

Это лишний раз указывает на дистанцию, отделяющую европейских союзников от Америки во взглядах на будущее Ближнего Востока. Вашингтон говорит о необходимости восстановления нарушаемого Ираном баланса сил в регионе, подразумевая под этим установление американского доминирования в богатейшем по запасам углеводородов районе мира. Однако глава европейской дипломатии Федерика Могерини подчёркивает, что Трамп не может единолично отменить коллективные договорённости, достигнутые с Тегераном.

Европейцам установление собственного контроля над регионом не под силу, они добиваются другого: создания системы противовесов и баланса сил, в котором «антиамериканское» влияние Ирана уравновешивалось бы «проамериканским» влиянием Саудовской Аравии – традиционного соперника Ирана, играющего заметную роль в поразившем Ближний Восток кризисе.

Наиболее активна из европейских держав на Ближнем Востоке Германия. Вторжение в марте 2015 года в Йемен коалиции суннитских арабских государств во главе с Саудовской Аравией для войны против проиранских хуситов было завуалированной войной против шиитского Ирана. Стремясь избежать усиления иранского влияния в Йемене, Германия активизировала военное сотрудничество с Эр-Риядом.  Теперь сложившаяся конъюнктура требует от немцев шага в противоположную сторону – навстречу Ирану.

О переходе к новой парадигме отношений с Саудовской Аравией и Ираном говорит и факт проведения экспертно-аналитическим Фондом им. Кёрбера одновременно в Тегеране и Эр-Рияде круглого стола с участием высокопоставленных  местных чиновников на тему политики ЕС на Ближнем Востоке в условиях региональной конкуренции Ирана и Саудовской Аравии.

Политика грубого давления на Тегеран не принесла Европе ощутимых выгод. Пока Евросоюз по инициативе и с подачи США пытался задушить иранцев санкциями, доля Китая в структуре иранского импорта выросла до 25%, прокладывается железная дорога Россия – Азербайджан – Иран, российские энергетические компании приглашены к разработке залежей газа и нефти в Иране. Потенциал контрактов, в реализации которых могут принять участие российские компании, министр энергетики России Александр Новак оценил в $20 млрд.

Стремясь к роли посредника между иранцами и саудовцами, Берлин хочет вовлечь Иран в более тесные экономические отношения, чтобы через экономику добиться влияния на политические решения иранского руководства.  Экспорт немецкой продукции в Иран в 2015 году составлял около €2 млрд., в 2016 году увеличился на €2,5 млрд. За первое полугодие 2017 года объём экспорта вырос на 23% по сравнению с аналогичным периодом 2016 г. В ближайшие пять лет при сохранении существующего соглашения между «шестёркой» и Ираном и обозначенных в соглашении условий, немецкий бизнес ожидает роста экспортных объёмов в Исламскую Республику до €10 млрд. Действия Трампа могут рассеять эти ожидания и всё изменить.

Сложным и опасным сигналом назвал министр иностранных дел Германии Зигмар Габриэль угрозы Дональда Трампа пересмотреть соглашение с Тегераном. Немецкие СМИ уже окрестили демарш Мэй, Меркель и Макрона «альянсом анти-Трамп». Разногласия по Ирану обещают создать ещё одну трещину в отношениях США и ЕС.

Получается, что фактом своего существования и независимой внешней политикой Иран способствует разрушению мифа о политическом единстве Запада.

Владислав Гулевич, ФСК