Проблема всех «партнеров» США состоит в том, что у них нет ни малейшего представления о том, кто будет определять политику Вашингтона уже через год. Давние союзники Соединенных Штатов почти наверняка прибегнут к испытанному методу.

О бойся Бармаглота, сын!

Он так свиреп и дик,

А в глуше рымит исполин –

Злопастный Брандашмыг!

(Льюис Кэрролл, «Песня о Бармаглоте»

из сказки «Алиса в Зазеркалье»,

пер. Д. Орловской)

В новейшей истории России был весьма противоречивый и неприятный для большинства наших граждан период, когда «всемирная империя» уже рушилась, а «новая экономика» пока еще не приносила подавляющему большинству населения ничего, кроме страданий.

Сейчас этот период называют по-разному. Кто-то – «лихими девяностыми», кто-то – «диким капитализмом по-русски», а кто-то – «предательством», «катастрофой», «сдачей» и прочими нелицеприятными словами. Ну а для кого-то это был «истинный глоток свободы» и прочее…

С высоты 2010-х события тех лет воспринимаются философски. Да, это была геополитическая катастрофа и социально-экономический коллапс. И да, это был праздник свободы слова… и одновременно правовой беспредел.

Но главная проблема была не в этом. Тогда никто не понимал, кто же в стране главный. Кто руководит… точнее, пытается руководить все еще огромным государством, кто прокладывает политический курс. И за кем будущее.

Была семья. И был покойный Борис Абрамович Березовский. И был здравствующий поныне Сергей Кириенко. И Чубайс. И Коржаков. И Черномырдин. И семибанкирщина. И коммунисты.

Общество было расколото. Линия раскола проходила по границам регионов и районов, по возрастам и уровням дохода, по уровням и областям образования и психотипам.

Раскол был не чета нынешнему. Социум разделился почти пополам. И СМИ разделились пополам, включая телеканалы. И никто не мог сказать, куда вывезет Россию кривая истории.

Впрочем, история – это всегда далекая перспектива. Людей, живущих сегодняшним и недалеким завтрашним днем, интересовал конкретный вопрос: кто рулит? За кем ближайшее будущее? Кто сильнее? Кто в конце концов победит?

В то время жители Америки смотрели на нас свысока. У них была стабильность и преемственность (да-да, именно так это называлось в прессе). У них было все ясно.

Не то что теперь.

Во второй половине 2010-х пришел их черед переживать период неопределенности. Это тогда они смотрели на нас с чувством полного превосходства и легкой тревоги. Превосходства – потому что все-то у них обустроено и ясно на десятилетия вперед. Тревоги – потому что черт его знает, как поведет себя страна, находящаяся в глубоком кризисе и обладающая ядерным оружием.

И они прислушивались и приглядывались: кто тут у нас побеждает, кто кого одолевает, чей взгляд на внутреннюю и внешнюю политику является определяющим…

А советологов (быстро переименованных в русистов) уже распустили и лишили финансирования. Мол, все ведь ясно! Между тем впереди было много неожиданностей. И это еще мягко сказано. Если кто-то в США в 1996-м и приглядывался к Путину и его соратникам, то таких были единицы.

Теперь – наша очередь. Или их – с какой стороны посмотреть.

Граждане США вдруг обнаружили, что они живут отнюдь не в благополучной стране.

В Огайо, Мичигане, Пенсильвании, Юте, Северной Каролине и прочих регионах ржавеет сельскохозяйственная техника, закрываются фабрики, спиваются зрелые и подсаживаются на наркотики молодые. Страна-победитель (в холодной войне) стала казаться ее гражданам опустошенной и заблудшей.

И тогда пришел Трамп. Он, как носорог, таранил заскорузлый истеблишмент, обличая коррупцию и застой. На его митинги собирались и собираются до сих пор тысячи людей. Он победил на выборах и… завяз в номенклатурной трясине («вашингтонском болоте»).

Добрая половина его предвыборных обещаний пока осталась невыполненной. Половина американцев требует от него решительно двигаться дальше. Другая половина – уйти в отставку.

Вокруг него появились самые разные – по убеждениям и происхождению – центры силы. Здесь и семья в лице старшей дочери и ее зятя (ничего не напоминает?). И жадные до решительных перемен реформаторы. И силовики. И «солидные профессионалы». И медиафигуры.

Бюрократы, используя свой многолетний опыт и аппаратные связи, сумели вытеснить с властного олимпа наиболее рьяных реформаторов. Семья временно ушла в тень. Парламент своими законами и постановлениями стал вязать главу государства по рукам и ногам, не давая ему развернуться.

Но уволенные бунтари вовсе не собираются сдаваться. «Мы вас достанем!» – говорят они бюрократам. «Мы поддерживаем президента, но его окружение мы разотрем в порошок, – предупреждают они, – и парламент ваш ни на что не годный разгоним к чертовой бабушке!»

Парламентарии дрожат, «солидные люди» боятся, семья пребывает в растерянности, а мировое сообщество гадает, чем же все это закончится и не случится ли глобальной ядерной войны из-за внутреннего конфликта в великой державе.

В США 2017-го расклад сил поименно выглядит так. Семья – это дочь президента Иванка Трамп и ее муж Джаред Кушнер. Силовики и бюрократы – это новый советник по национальной безопасности Герберт Макмастер, глава администрации Джон Келли и примкнувшие к ним люди из «группы взрослых», как их называют в Америке.

Парламент – это Конгресс, республиканское большинство которого клятвенно обещало проголосовать за ключевые программные законопроекты 45-го президента, но так и не решилось на этот шаг.

Министерство иностранных дел – по-американски Госдепартамент – полностью парализовано.

Его глава, ставленник Трампа Рекс Тиллерсон, может быть, и хотел бы вести внятную внешнюю политику, но оказался между двух огней – все время противоречащим ему президентом и желающим отправить его на пенсию Конгрессом.

Непримиримых реформаторов возглавляет бывший главный советник главы государства по стратегии Стивен Бэннон. Уходя из администрации, откуда его выдавили «взрослые», он обещал последним большие неприятности, а заодно парламентариям, которые, по его мнению, предали президента.

Поначалу эти угрозы не были восприняты всерьез. Все полагали, что Бэннон вернется в интернет-издание Breitbart, сыгравшее немалую роль в ходе предвыборной кампании Трампа, и оттуда будет поливать огнем критики своих бывших коллег и конгрессменов.

Но Стивен пошел дальше. Он решил, что раз Республиканскую партию (от которой Трамп и шел на выборы) возглавляют люди, которые «предали популистскую повестку» и «подвели трамповских избирателей», то их следует вывести из игры.

К бывшему советнику президента присоединились все те, кто поддерживал Большого Дональда с самого начала его кампании – политтехнологи, консервативные публицисты, политики и спонсоры консервативных движений.

Среди них экс-советник президента Себастиан Горка, бывший губернатор Аляски Сара Пэйлин, аналитик Марк Левин, ведущий телеканала Fox News Шон Хэннети, основатель ЧВК Blackwater Эрик Принс, публицисты Энн Коултер и Лора Инграм, а также радиопродюсер Раш Лимбо.

В конце сентября эта группа поддержала на сенатских республиканских праймериз в Алабаме консервативного протрамповского кандидата Роя Мура, и тот уверенно победил поддержанного партийным руководством Лютера Стрэнджа, ставленника лидера большинства в Сенате Митча Макконнелла.

В планах Бэннона на 2018 год еще как минимум 15 штатов, где на промежуточных выборах будут переизбираться сенаторы.

В начале октября Стивен, обращаясь к истеблишменту республиканцев, заявил в эфире Fox News: «Никто из вас не находится в безопасности. Мы придем за каждым из вас. И мы победим». Опираясь на авторитет Эрика Принса, он добавил: «Их [истеблишмента] доноры уходят к нам… Игра меняется. Мы перекроем кислород Митчу Макконнеллу».

Реакция политического бомонда и экспертной среды на воинственные заявления Бэннона оказалась на удивление вялой. Лишь сенатор Боб Коркер, который уже объявил о том, что не станет баллотироваться на очередной срок в 2018-м, дал пару скандальных интервью и вступил в твиттер-дуэль с президентом.

Целый ряд низовых консервативных движений поддержали Стивена Бэннона. Среди них – авторитетная НКО «Альянс за великую Америку», возглавляемая бывшим сотрудником администрации Рональда Рейгана Эд Роллинз, а также перешедшая на сторону «популистов» организация «Патриоты Чайной партии». Список «кандидатов Бэннона» ширится с каждым днем. И судя по рейтингам, никто из истеблишментных сенаторов действительно не находится в безопасности.

В конце прошедшей недели выяснилось, что и семья симпатизирует бунтарям. Или, во всяком случае, не желает конфликтовать с ними. Со ссылкой на свои источники издание Politico сообщило, что зять президента Джаред Кушнер написал Стивену Бэннону текстовое сообщение, в котором поздравил его со смелым и решительным выступлением в эфире Fox News.

В СМИ заговорили о скорой отставке главы администрации Белого дома Джона Келли, а также его коллеги по «группе взрослых» Герберта Макмастера, сменившего на посту советника по нацбезопасности Майкла Флинна. Келли пришлось выступить на пресс-брифинге в Белом доме, чтобы опровергнуть слухи о своем опальном статусе.

В общем, угрозы бывшего трамповского стратега всеми были восприняты всерьез.

Сложно сказать, насколько успешным окажется новое наступление Бэннона на Вашингтон и как это наступление скажется на Трампе и его нынешнем окружении. Ясно одно: статус-кво снова взломан, так что явных победителей в вашингтонской аппаратно-политической борьбе «назначать» пока рано.

Проблема всех «партнеров» США состоит в том, что у них нет ни малейшего представления о том, кто будет определять политику Вашингтона уже через год.

Давние союзники Соединенных Штатов почти наверняка прибегнут к испытанному методу – они будут налаживать контакты со всеми.

Что в данной ситуации будет делать Россия? Ограничится ли она принципом «сотрудничества с любым лидером США»? Положатся ли снова Кремль и МИД на прогнозы о «неизменности политики Соединенных Штатов», которые, по сути дела, являются зеркальным отражением американских пророчеств конца 1990-х о «предрешенности либерально-демократического выбора России»?

Или в нашем внешнеполитическом арсенале появятся наконец новые тактики?

Период неопределенности в США, который продлится как минимум до ноября 2018 года, недостаточно просто переждать. Необходимо приготовиться к каждому из возможных вариантов развития событий. В том числе и к тем, которые сегодня кажутся невероятными.

Дмитрий Дробницкий, ВЗГЛЯД