Интересы США и Турции на Ближнем Востоке продолжают расходиться. Новым шагом в сторону стало решение США пойти на прямой конфликт с Ираном.

Закипели

Точка кипения. Именно в таком состоянии, по мнению американских СМИ, сейчас находятся американо-турецкие отношения. «Виза дружбы, альянса, стратегического партнерства с США вот-вот истечет», — говорит лидер турецких националистов Девлет Бахчели.

Он проводит аллюзию с визовым скандалом, который и обозначил «кипение» в отношениях между союзниками по НАТО.

Сам скандал, как известно, начался с ареста сотрудника американского консульства Мехмета Топуза, которого турецкие власти обвинили в сотрудничестве с запрещенной в Турции организации Фетхуллы Гюлена (известного проповедника, принципиальнейшего врага Эрдогана и, по мнению Анкары, организатора неудавшегося путча летом 2016 года). Американцы отреагировали на арест отменой выдачи виз, турки сделали то же самое в ответ. Однако на этом скандал не завершился. Вместо того чтобы по-союзнически снизить накал страстей (в частности, как советовал генсек НАТО Йенс Столтенберг, «сесть за стол переговоров и найти решение» нынешнего кризиса) Анкара продолжила его расширять и углублять.

Так, Эрдоган заявил о том, что визовый кризис в отношениях начался по инициативе посла США в Турции Джона Басса. «Позор! США управляются послом в Анкаре… жертвуют своим стратегическим партнером ради посла, который не знает свое место», — говорит турецкий президент. Американский посол (который назвал арест сотрудника консульства «попыткой некоторых турецких официальных лиц подорвать давнее сотрудничество между Турцией и Соединенными Штатами») уже знает свое место и переводится на работу в Афганистан.

Показательно, что на его прощальном приеме не было ни турецких чиновников, ни представителей провластных СМИ. Эрдоган пояснил, что причиной их отсутствия является непризнание Джона Басса послом.

Турецкий лидер вообще не скупился на слова, говорил, что «Турцию пытаются уничтожить изнутри и снаружи», и этот «грязный план» реализует Вашингтон.

Не трогайте террористов!

Как уже писали РИА Новости, причиной нынешнего конфликта является не Мехмет Топуз, не Джон Басс и даже не Фетхулла Гюлен, а разошедшиеся в разные стороны американо-турецкие интересы. И эти интересы продолжают расходиться.

Так, американцев не устраивает начавшаяся турецкая военная операция в провинции Идлиб. И дело тут не только в том, что Эрдоган проводит ее по согласованию с Москвой Тегераном и Дамаском, а в том, что целью этой операции является ликвидация «Джебхат ан-Нусры»*.

Если для Турции эта группировка стала помехой, поскольку она перехватывает контроль за Идлибской зоной деэскалации и вырезает протурецких боевиков (которые, по идее, должны были вступить в политический диалог с правительством Асада и гарантировать учет турецких интересов в поствоенной Сирии), то для США «нусрачи» стали вынужденными партнерами.

Еретическая, на первый взгляд, поддержка Вашингтоном сирийского подразделения «Аль-Каиды»* (той самой, которая 16 лет назад устроила крупнейший в истории США теракт) объясняется элементарным прагматизмом — «Нусра»* на сегодняшний день является крупнейшей после ИГ* террористической группировкой «непримиримых», способной затянуть сирийский гражданский конфликт.

А учитывая, что 13 октября администрация Дональда Трампа заявила о резком ужесточении политики в отношении Ирана (вплоть до фактического выхода из ядерной сделки), Вашингтон заинтересован в максимально долгом продолжении сирийского гражданского конфликта, который рассматривается как война на периферии между Ираном и Россией, с одной стороны, и США с союзниками (прежде всего Саудовской Аравией) — с другой. И тот факт, что Турция в этой войне сменила лагерь и перешла де-факто на сторону иранцев, очень раздражает Соединенные Штаты.

Снова нужны

Теоретически, конечно, Анкара могла бы извлечь определенную пользу из обострившегося американо-иранского конфликта (например, попросить у иранцев, сирийцев и русских новые уступки в Сирии в обмен на сохранение лояльности). Однако линия на конфликт с Тегераном обостряет еще одну серьезную проблему в американо-турецких отношениях — курдскую.

Ни для кого не секрет, что США активно поддерживают курдов, прежде всего в Ираке и в Сирии. Анкара же рассматривает усиление курдов за пределами своих границ как прямую угрозу национальной безопасности, поскольку у Турции есть свои курды-сепаратисты, которые получают поддержку от братьев по ту сторону границы. И когда Эрдоган обвинял США в «снабжении террористов американским оружием на безвозмездной основе», он имел в виду прежде всего «террористов» из числа сирийских курдов.

Да, у некоторых экспертов оставались еще надежды на то, что США пойдут навстречу туркам в курдском вопросе и немного обуздают своих подопечных. Референдум в Иракском Курдистане Белый дом не поддержал, а ценность сирийских курдов в глазах Вашингтона должна упасть после того, как курды преподнесут Трампу на блюдечке победу над «Исламским государством»*, то есть возьмут де-факто столицу ИГ* Ракку.

Однако обострение конфликта с Тегераном резко повышает важность курдских карт Вашингтона. Сирийские курды, контролирующие значительную территорию в Сирии (в разы большую, чем сам Сирийский Курдистан), будут серьезным противовесом проиранскому Дамаску. А независимый иракский Курдистан станет не только противовесом проиранскому правительству в Багдаде, но и плацдармом для проведения секретных операций в иранском Курдистане (Тегеран небезосновательно опасается, что США через иракских курдов будут поставлять оружие и иные средства поддержки курдам иранским). Поэтому интересы Турции здесь уйдут на второй план.

С кем договариваться?

Что, естественно, категорически не устраивает Эрдогана. Анкара демонстрирует готовность начать военную операцию против курдов. «Белый дом действовал двулично и лицемерно. Они обеспокоены тем, что Турция взяла инициативу в регионе в свои руки. Вашингтон, чьи войска прибывают за много километров для ведения операций, незыблемо верит в свою правоту, в то время как действия Турции и ее вмешательство в события, разворачивающиеся прямо у ее границ, считаются неправильными. Как это возможно? Разве мы можем показать нашу слабость? Знайте свое место либо отправитесь домой, янки», — говорит Девлет Бахчели.

Да, Америка пытается договориться с Эрдоганом. Не случайно Трамп, тоже падкий на яркие метафоры и громкие заявления, не включил Twitter-дипломатию и пока не участвует в риторическом баттле с Эрдоганом. Однако Анкара на эти договоренности не надеется. Отчасти потому, что США запятнали свою репутацию прямым или косвенным участием в попытке свергнуть турецкого президента.

«При встречах с глазу на глаз они дают обещания и гарантии, а за нашей спиной ведут грязные игры, которые приняли такой характер, что их уже невозможно скрыть», — говорит Эрдоган о западных партнерах.

Вместо этого турецкий лидер продолжает укреплять свою власть в Турции с помощью судов и спецслужб (по некоторым данным, с января по середину сентября 2017 года заявления на получение статуса беженца в Германии подали 250 обладателей диппаспортов и 380 высокопоставленных чиновников).

Также турецкий президент хоть и торгуется беспощадно, а иногда и бессовестно (взять хотя бы историю с угрозой отказаться от сделки по С-400), но все-таки делает ставку на сотрудничество с Москвой и Тегераном. То есть странами, чьи интересы стали больше, чем американские, совпадать с турецкими. Ну или, по крайней мере, не мешать им. А значит, американо-турецкий альянс продолжит кипеть и испаряться.

*Террористическая организация, запрещенная в России.

Геворг Мирзаян, доцент департамента политологии Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, РИА