Президент Дуда и варшавский салон

Связанные с Ближним Востоком эксперты знают об одной особенности этого региона, особенно проявляющейся в настоящее время. Это место, где постоянно «творчески» клубится практика создающихся и распадающихся коалиций, в которые вступают и из которых выходят различные страны, как региональные, так и внешние. Участники союзов могут одновременно «дружить» по одной проблеме и «враждовать» по другой. Одним словом, наблюдать за этим калейдоскопом с восточным орнаментом сложно, но и увлекательно. Сегодня нечто подобное складывается в Польше, где президент Анджей Дуда стал виновником потрясений в собственной партии «Право и Справедливость» (PiS), что в итоге проецирует нестабильность как в прочих политических силах, так и в других сферах общественной жизни, включая Церковь.

Точкой бифуркации стали летние законопроекты правящей PiS о судебной реформе. Смысл ее заключался в том, что министр юстиции и он же генеральный прокурор получал бы большое влияние на судей. Дуда, наложив вето, выступил с контрпроектами, которые делали президента ответственным за функционирование судебной системы. Учитывая, что расхождения были вынесены на публику, появлялся вопрос, почему в «Праве и Справедливости» не сработал механизм внутрипартийного согласования и что на самом деле стоит за конфликтом, в котором Дуда противопоставил себя правительству и клубу PiS в Сейме Польши. Некоторые увидели в этом признак того, что президент «реализует курс, который он избрал определенное время тому назад, и который заключается в укреплении его политического лагеря вокруг президентского дворца и в перспективе — партии Кукиз’15 (Kukiz’15)».

И это выглядело странным. Дуда избирался в 2015 году на пост президента от «Права и Справедливости», логичным выглядело идти на второй срок от этой партии, которая ныне пользуется популярностью у поляков, ее рейтинги стабильно держатся на первом месте. В конце концов, есть и разветвленная партийная структура, организации на местах, симпатизирующие средства массовой информации — всё то, что нужно для организации эффективной избирательной кампании в масштабах страны. Однако Дуда почему-то решил вступить в борьбу, в которой он фактически бросил вызов самому могущественному польскому политику, главе PiS Ярославу Качиньскому, сделав ставку больше, чем просто поддержание своей политической жизни. Частично ситуацию прояснил сам Качиньский в недавнем интервью Gazeta Polska:

«Я совершенно открыто сказал президенту Анджею Дуде, что не вижу никаких предпосылок при наличии стабилизированной политической системы для того, чтобы ввести в Польше президентскую систему, которая всегда создает риск, что человек без соответствующего политического опыта, без навыков, а иногда может произойти, что — только, пожалуйста, не относите это к пану Дуде — человек со злой волей получает очень большую власть и без реального контроля».

Президент «Права и Справедливости» не единственный, кто обратил на это внимание. Впрочем, есть голоса, которые не видят особых проблем в трансформации Польши из парламентской в президентскую республику. Краковский католический портал Polonia Christiana замечает, что «несомненным преимуществом этой власти одного человека является факт персональной ответственности», в то время как глава правительства зависит от настроения лидера партии или лидеров партий в случае коалиции большинства в Сейме. По мнению издания, введение президентской системы и в интересах PiS, которая видит исторический идеал для себя в режиме санации, установленном в Польше в мае 1926 года после переворота, осуществленного маршалом Пилсудским. Тогда, правда, президента избирал не народ, как сейчас, а парламент, но глава государства обладал большими полномочиями. Однако, заметим мы, по факту сегодня именно Дуда ведет себя как политик коалиционного типа, ведь он вынужден искать союзников. В то время как Качиньского критики могут упрекнуть в том, что это он единолично правит страной, при этом не занимая официально государственные должности, то есть будучи выведен из-под какого-либо контроля полностью.

Вместе с тем спор между Дудой и Качиньским в части определения реорганизации системы управления нельзя не оценивать и с точки зрения ориентиров Польши, ее курса. Президент предоставляет политическую альтернативу тем полякам, которые, с одной стороны, поддерживают действия «Права и Справедливости» по обретению национального суверенитета, но не согласны с тем, чтобы страна так стремительно ухудшала отношения со своими соседями. А с другой стороны, им не по душе и альтернатива в лице сил, которые окончательно примкнули к «евроатлантическому глобализму», для которого нет ни эллина, ни иудея, ни американца, ни поляка, а есть только деление на «продвинутых» и «отсталых». В этом смысле Дуда меняет сложившийся партийный баланс, расшатывая не только правящую PiS, но и оппозицию, заставляет определяться влиятельный Костел, которому все труднее становится оставаться над политикой. И за всем этим внимательно наблюдают Европейская комиссия и Европейский парламент, выносящие «польский вопрос» на уровень всего ЕС в ситуации, когда Варшава сама провоцирует внешних посредников вмешаться в ее дела.

Станислав Стремидловский, ИА REGNUM