Здесь так еще с Николя Саркози повелось. Президент должен успеть сделать три дела: разочаровать всех за один срок, сенсационно вернуться после отставки в политику и предсказуемо вылететь из нее окончательно.

Он уже несколько месяцев как не президент, а его партия как не правящая. А его все равно не отпускает. Точнее, он сам себя не отпускает. Франсуа Олланд заявил, что остается. «Если даже я решил не выдвигать себя на второй срок из-за ситуации, казавшейся мне опасной, – я не ухожу из политики», – заявил он одному из телеканалов. И добавил интриги, пообещав, что в «определенный момент» обязательно скажет то, что «должен сказать». Вряд ли теперь это кого-то заинтересует. Тем паче, что он уже сказал все, что «Президент не должен был говорить».

Так называлась книга его скандальных откровений, которая, собственно, и добила его репутацию. То есть, предопределила ту самую «ситуацию, казавшуюся мне опасной». Это рейтинг 12% и ни единого шанса на переизбрание. Кроме Макрона и переселения политического духа Олланда в него. Экс-премьер Вальс, слишком хорошо знавший обоих (у одного находился в подчинении, другого какое-то время в подчинении имел), с категоричностью, которая свойственна уязвленной недооцененности, назвал их «подлецами». С той лишь разницей, что, по его словам, у первого были хоть какие-то границы, а у второго их и вовсе нет.

А если верить Франсуа Фийону – уничтоженному компроматом, как говорят, не без помощи Олланда в интересах Макрона – оба, как одно лицо. И это он определил еще до того, как вместе с Францией узнал о попытке нынешнего  хозяина Елисейского дворца поднять своей жене и государственный статус, и государственное довольствие. «Моя хоть на пару лет моложе», – это, наверное, самое цензурное, что мог сказать Фийон по этому поводу.

Что скажет Олланд по поводу своего камбэка, знает только он сам. Но вряд ли это убедит всех остальных. Самое простое и, пожалуй, естественное объяснение – это сила привычки. За пять президентских лет он настолько привык во всем подражать Бараку Обаме, что не смог устоять и сейчас. Стоило тому объявить о возвращении – и Олланд тут же последовал за ним. Впрочем, совсем как у Обамы не получится. Тот перед тем, как вернуться, сумел «толкнуть» свои мемуары за небывалые для США 60 с лишним миллионов долларов. А этот своими «историями» вытолкнул себя сам. Так что, «если хочешь остаться – останься просто так».

Ему бы еще определиться, кем. Поскольку титул самого непопулярного президента вряд ли позволит рассчитывать на превосходство. Разве что в сравнении с его преемником. Судя по динамике, Макрон очень скоро может оказаться еще хуже. Впрочем, в некоторых вещах он Олланда пока так и не перещеголял. За три месяца потратил на визажиста 26 тысяч евро. А его предшественник в месяц платил стилисту десятку. Так что есть Эммануэлю на кого равняться и в кого, как в зеркало глядеть. Между прочим, это может оказаться небесполезным. Если, конечно, он захочет увидеть в этом отражении, в кого он превратится, если не будет за собой следить.

Здесь так с Николя Саркози повелось. Президент должен успеть сделать три дела: разочаровать всех за один срок, вернуться после отставки в политику и вылететь из нее окончательно. Ведь Франции от присутствия Олланда ни тепло, ни холодно. Это как вынуть палец из стакана с водой, а потом погрузить его обратно. Ни количество, ни качество жидкости от этого не изменится. Потому что ее и после первого раза пить уже было невозможно.

Михаил Шейнкман, радио Sputnik