Вопросы локального применения ядерного оружия становятся все более актуальными в связи с ситуацией вокруг КНДР.

Ядерный взрыв

На прошлой неделе оппозиционная партия Южной Кореи — «Свободная Корея» — объявила, что будет добиваться размещения в стране тактического ядерного оружия Соединенных Штатов, которое было выведено из страны в 1991 году. Это уже не первое заявление подобного рода. Призывы вернуть американское ядерное оружие звучали в консультационном совете при президенте Кореи еще в октябре 2016 года — многие в стране надеялись, что с приходом Трампа и растущей угрозой со стороны КНДР это станет возможным.

Маломощные ядерные

Подходы к применению тактического ядерного оружия также широко обсуждаются и в самих США. Весной Пентагон начал оценку и пересмотр состояния своего ядерного потенциала. К концу года процедуру закончат и президенту представят подробный отчет с рекомендациями. Оценка была инициирована Дональдом Трампом еще в январе. Цель — проверить, насколько ядерные возможности США соответствуют современным угрозам и вызовам со стороны России, Китая, Ирана и Северной Кореи.

ВВС США сегодня проводят собственные исследования, какие именно ядерные боеприпасы им нужны, и примеряются к маломощным ядерным боеголовкам или боеприпасам с изменяемой мощностью. Заместитель председателя Объединенного комитета начальников штабов США генерал Пол Сельва, выступая недавно в Вашингтоне в Институте Митчелла, заявил, что будущее ядерного сдерживания сегодня заключается в маломощных ядерных зарядах, которые США могут применить в ходе военных действий.

Заявления Сельвы отражают суть идущих дискуссий о ядерной войне. Хотя обывателей традиционно пугают тем, что любая конфронтация между ведущими державами автоматически выльется в полноценный обмен ядерными ударами на тотальное уничтожение и ядерный апокалипсис, военные и политики склоняются к тому, что на территориях третьих стран или даже на приграничных территориях самих ядерных держав локальное применение маломощных тактических ядерных зарядов не приведет к такому полномасштабному взаимоуничтожающему обмену.

В обиход американских военных экспертов входит термин «ограниченная ядерная война», даже когда речь идет о локальной конфронтации США с Россией или Китаем. Зимой Научный совет Министерства обороны США (DSB) рекомендовал Трампу наращивать запасы тактических ядерных зарядов для «адаптированного ограниченного использования».

Генерал Сельва тоже недавно подтвердил, что США должны быть готовы применять свое тактическое ядерное оружие против вооруженных сил «небольших режимов» или в ответ на «маломощную» ядерную атаку, чтобы по возможности избегать массовой гибели мирного населения противника.

С ним солидарен и генерал Нортон Шварц, бывший глава штаба ВВС США, по мнению которого «противник должен учитывать наличие у Вашингтона высокоточного тактического ядерного оружия с малым выбросом радиации и с минимально возможными «побочными потерями для мирного населения».

Расчеты уже велись. Например, во время «Войны в заливе» американцы подсчитали, что на уничтожение одной дивизии Саддама Хусейна надо потратить 17 тактических ядерных бомб. Дик Чейни тогда заявил, что ядерного джинна не выпустят из бутылки, но теоретические последствия такого действия надо тщательно изучить.

Главное — начать

Критики такого подхода тем не менее указывают, что тактические ядерные заряды вряд ли даже в теории послужат инструментом сдерживания. Скорее наоборот — это снижает психологический порог применения ядерного оружия, так как те, кто пойдут на это, будут считать, что удар в 10-20 килотонн — это не массовое уничтожение людей без разбора, а «точечное» применение по военным целям.

Применение тактических ядерных боеприпасов регулярно обсуждается аналитиками при оценке сценариев войны Ирана и Израиля, Китая и Индии, Индии и Пакистана.

Логика критиков такова: применение новых видов вооружений (например, ударных дронов) начинается осторожно и постепенно, но потом это становится привычным делом и только набирает обороты. США решат применить тактическое ядерное оружие против боевиков в какой-либо стране третьего мира. СМИ, конечно, после первого применения будут рвать и метать, правозащитники будут в шоке, другие страны формально и грозно осудят применение.

Но во второй раз использование маломощного ядерного заряда уже не вызовет такой реакции. Шумиха утихнет. А мощность заряда будет постепенно повышаться. И уже вскоре можно будет оправдать применение 50 килотонн против «особо укрепленных» оборонительных сооружений или большого скопления боевиков где-нибудь в Йемене, Сомали, Ливии, Афганистане.

Дальше — Северная Корея и Иран?

«Во всем виноваты русские»

При этом сами американцы, продвигая идею применения своих тактических зарядов, постоянно апеллируют к тому, что на это готовы пойти русские.

Например, республиканец Майк Роджерс от штата Алабама, являющийся главой подкомитета по ядерному оружию палаты представителей, считает, что США просто обязаны «отвечать» на новые доктрины применения ядерного оружия Россией.

Обычно при этом американцы для нагнетания внутреннего психологического давления ссылаются на слова Вячеслава Никонова (даже не представителя военных кругов, а председателя комитета Госдумы по образованию и науке), которые тот произнес на форуме GLOBSEC 2017 в Братиславе: «По вопросу расширения НАТО на наших границах, в какой-то момент я услышал от российских военных — и я считаю, что они правы, — если силы США или силы НАТО вошли бы в Крым или Восточную Украину, то в военном отношении <…> маловероятно неприменение ядерного оружия на ранней стадии конфликта».

Бывают и совсем феерические предположения. По мнению Филиппа Кабера, главы фонда «Потомак», Россия также сегодня создает «атомный танк», активно работает над субкилотонными снарядами и отрабатывает их теоретическое применение во время учений на границе с Украиной.

Американские аналитики постоянно цитируют и выдержку из Военной доктрины России варианта еще 2000 года, согласно которой страна оставляет за собой право на применение ядерного оружия, в том числе и в ответ на крупномасштабную агрессию с применением обычного оружия в критических для национальной безопасности ситуациях. В обновленной доктрине 2014 года говорится уже не просто о критической ситуации, а об угрозе самого существования государства.

При этом в Соединенных Штатах не удосуживаются идти даже дальше устаревшей цитаты 2000 года, чтобы понять, что такое «агрессия» и «критическая ситуация» для России, не говоря уже об «угрозе существования», что, по сути, отражает проблему выживания, так как в своем собственном видении мира в Америке оперируют совсем другими, более вольно трактуемыми терминами: «расширенное ядерное сдерживание» (рассредоточение ядерного оружия за пределами США в других странах), «сфера интересов» и «угроза национальной безопасности».

А тем временем только в Италии, Германии, Бельгии, Голландии и Турции размещено около 150 американских тактических ядерных зарядов B61 различных модификаций. При этом сегодня в США звучат призывы размещать тактическое ядерное оружие уже и в Польше. Против кого — вопрос риторический.

Илья Плеханов, РИА Новости


Ньюс Фронт на Яндекс. Дзен