#content_rb_119478 { min-height:215px; } #content_rb_119475 { min-height:165px; } .code-block-1 { display:flex !important; clear: none !important; } .code-block-2 { display:flex !important; clear: none !important; } figure { padding: 0px; margin: 0px 0px 15px 0px; max-width: 100%; height: auto; } iframe { max-width: 100%; height: 500px; } @media screen and (max-width: 600px) { #content_rb_119478 { min-height:0px; height:0px; } #content_rb_119475 { min-height:0px; height:0px; } .player__container { width: 375px !important; height: 400px; } iframe { height: 250px; } } .player__container { width: 100% !important; height: 500px; } .single .all-news__inner .article { border-top: 1px solid #ccc; padding-top: 20px; margin-top: 10px; } .sidebar-news { font-weight:500; } .sidebar-news-block { background: #f3f5f7; } .sidebar--f-l { padding-bottom: 15px; } .lazyloaded{ max-height: 450px; object-fit: contain; } .nocrop { object-fit: contain !important; } #buttonup { display: inline-block; background-color: #263238; width: 60px; height: 60px; text-align: center; border-radius: 4px; position: fixed; bottom: 30px; right: 30px; transition: background-color .3s, opacity .5s, visibility .5s; opacity: 0; visibility: hidden; z-index: 1000; padding: 12px; } #buttonup::after { font-size: 1em; line-height: 60px; color: #fff; } #buttonup:hover { cursor: pointer; background-color: #52585a; } #buttonup:active { background-color: #555; } #buttonup.show { opacity: 1; visibility: visible; } .btn-load-more { width:100%; } .entry-title { margin-top: 15px; } .yarpp-related h3 { padding: 0 17px!important; } .main-head--mb15 { margin-bottom: 15px!important } .videobutton{ background: rgb(210,23,3); background: linear-gradient(90deg, rgba(210,23,3,0.4) 0%, rgba(38,50,56,0.3) 73%); } .videobutton a:hover { color: #fff!important; } .article-link { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .article-link:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .top-news__main { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .top-news__main:hover { -webkit-filter: brightness(60%);} .video-list__img { -webkit-filter: brightness(100%); -webkit-transition: all 0.6s ease; -moz-transition: all 0.6s ease; -o-transition: all 0.6s ease; -ms-transition: all 0.6s ease; transition: all 0.6s ease;} .video-list__img:hover { -webkit-filter: brightness(60%);}

Власть Украины будет придумывать новую «евроморковку» для манипулирования массовым сознанием — Золотарев

Власть Украины будет придумывать новую "евроморковку" для манипулирования массовым сознанием - Золотарев
Финал очередного саммита Украина-ЕС, закончившегося без совместного заявления, свидетельствует о том, что Европа не намерена что-то еще давать украинцам. А то, что уже дала, обошлось Украине слишком дорого. Об этом сказал на пресс-конференции в РИА Новости Украина политолог, руководитель Аналитического центра «Третий сектор» Андрей Золотарев.

Очередной 19-й саммит Украина-ЕС 12-13 июля прошел в Киеве. По информации администрации президента Украины, основными темами повестки дня были конфликт в Донбассе, реализация реформ в стране, поддержка Киева со стороны Евросоюза, а также имплементация соглашения об ассоциации с ЕС.

По результатам саммита не было принято традиционного для таких мероприятий совместного заявления, в котором стороны декларируют дальнейшие планы по сотрудничеству. Причина в том, что некоторые европейские страны возразили против предложений Киева включить в текст пункт о поддержке ЕС европейских устремлений Киева (речь идет о перспективе вступления Украины в ЕС).

«То, что мы видим сейчас на поверхности, это жирная точка в истории евроромантизма. Да и сам этот евроромантизм, который стал краеугольным камнем выстраиваемой властью мифологии, он напоминает открытки с моделями «ню» на стенах матросского кубрика… разница в том, что не несколько матросов, а вся страна занималась непонятно чем», — сказал Золотарев.

По его словам, возникает вопрос о балансе: что потеряла страна, а что получила в результате? «Да, в принципе, никто не возражает – меньше барьеров, больше возможностей, которые дала ассоциация… Но, если возьмем экономические аспекты, что Украина потеряла, что выиграла, здесь – посчитали, прослезились. Это раз. Два – потеря территорий, потеря человеческих жизней, продолжающийся конфликт. Не кажется ли вам, что этот баланс выглядит крайне отрицательно с точки зрения интересов страны, с точки зрения интересов общества?» — сказал политолог.

Власть будет теперь придумывать новую «евроморковку» для манипулирования массовым сознанием, но успех тут очень сомнителен, считает Золотарев.

Перспективы, конечно, есть, но не совсем те, о которых трубили с трибун. Украина пустеет.

«Благо, получили безвиз. Но здесь вполне прикладной, ясный для власти аспект: безвиз выполняет роль такого социального клапана, стравливая социальное напряжение. И, как я и прогнозировал, Украина превращается в страну массовой эмиграции. Плюс, на фоне разговоров о введении визового режима (с Россией – Ред.), биометрии – что даже промайданный политолог Андрей Окара прямо сказал, что это дичайшая глупость, которая обернется тем, что Украина потеряет еще один миллион своих граждан. Я думаю, скоро по российскому ТВ будут показывать гору украинских паспортов, это все впереди», — сказал в заключение эксперт.