У Терезы Мэй как-то все не задалось. То атака, то отступление, то рейтинг вверх, а теперь уж точно вниз. То «ход конем» в виде внеплановых парламентских выборов, то «ферзь» проигрывает важные ходы. Партия близится к завершению, времени не осталось.

Лондон

От этого голосования не ждут «землетрясения» по шкале Brexit или избрания Трампа. От него просто не знают, чего ждать. В том числе, и в Соединенном Королевстве. Причем независимо от того, кто победит. И это британцы, о традиционности которых слагают легенды и анекдоты. И не то чтобы они совсем изменили национальному характеру и окончательно впали в непредсказуемость. Но, похоже, «не мы такие, жизнь такая» – это  все, что они могут сказать в свое оправдание. Судя по всему, с референдумом о выходе из ЕС они не исчерпали лимит сюрпризов. Собственно, объявление досрочных выборов остается самым большим из них.

Во всяком случае, пока неизвестны их результаты. А все так хорошо начиналось. Для Терезы Мэй, казалось, безоблачно. Но получилось, как в песне: красивая и смелая на выборы пошла, черешней скороспелою любовь ее была. Так называемый налог «на старческое слабоумие» – дополнительный сбор с пожилых людей, сокращение социальных льгот, отмена бесплатных обедов в школах. Консерваторы стали сдавать еще до взрыва на «Манчестер-арене». А когда уже после атаки на Лондонском мосту премьер анонсировала урезание прав человека, на рейтинг тори и вовсе стало жалко смотреть.

По некоторым опросам, от их преимущества перед лейбористами накануне 8 июня оставалась статистическая погрешность. Хотя внезапная парламентская кампания, когда к ней абсолютно никто не готовился, при уверенно двукратном отрыве от прямого конкурента – это, конечно, был «ход конем». Но от Мэй ведь ждали мощи и разносторонности королевы. В смысле, не матери, а ферзя. А у нее вышло буквой «Г». Два теракта, десятки погибших и раненых, откровенная склока с ЕС, высокомерный, а по некоторым оценкам, трусливый отказ от теледебатов, резкие заявления на грани истерики.

Наверное, это не все, чем запомнилась премьер в этот предвыборный период. Есть же еще и то, что ей припомнили. 20 тысяч сотрудников полиции, которых она сократила в бытность главой МВД. И совсем не факт, что ей удастся удержать даже те 17% разницы, которые оставил ей в наследство от прошлых выборов Дэвид Кэмерон. Мэй пошла по его стопам. Ее тоже может сгубить самоуверенность и недальновидность. Другое дело, что Кэмерон после отставки смог неплохо заработать на лекциях. А ей, похоже, и сказать-то будет нечего.

При этом Запад в полной мере не устроит никто. Избрание Терезы Мэй может обернуться для ЕС таким скандалом, какого его история еще не знала. Джереми Корбин к евроотношениям настроен более лояльно, но бунтовщик и пацифист по природе. Он может выкинуть что-нибудь такое, от чего в Брюсселе, Берлине или Вашингтоне уже нервно поеживаются. Например, ядерную программу или антироссийские санкции. В любом случае, как бы ни завершилась эта кампания, кажется, что с ней не закончится неопределенность. Поскольку Британия сама не знает, чего от себя ожидать.

За день до выборов на белых скалах – Дувра, там, где Ла-Манш сужается до минимума между Англией и континентальной Европой, появилась подвешенная на кране гигантская фигура Терезы Мэй. В платье из британского флага и с оскорбительным жестом, обращенным Евросоюзу. «Фи, – наверное, сказала она, – какая пошлость! Это же совсем не мой стиль. Я ношу брюки». Фигуру быстро демонтировали, но в ней успели разглядеть пророчество и для всего королевства. Подвешенное состояние, и все это так неприлично. Хотя, может, все гораздо проще. Ведь получается, что Мэй сняли.

Михаил Шейнкман, радио Sputnik