Итоги первой годовщины пребывания Юрия Луценко в должности генпрокурора: успехи, провалы, кадры, крыши, прайсы и Ку-Клукс-Клан

12 мая 2016 года Верховная Рада 264 голосами утвердила кандидатуру Юрия Луценко на должность генерального прокурора. Этому предшествовало скандальное внесение изменений в закон «О прокуратуре», позволившее занять пост главы ГПУ человеку без юридического образования. Под данными правками оперативно появилась подпись президента Порошенко, документ был обнародован на страницах загодя отпечатанного номера «Голоса Украины», и вечером того же дня парламент поддержал представление о назначении нового главы ГПУ. Так началась новая страница в истории надзорного ведомства, которую журналисты с самого начала назвали «Юрским периодом».

Принимая поздравления в кулуарах парламента год назад, Луценко утверждал, что отмеряет себе у руля надзорного ведомства 18 месяцев (в прочих выступлениях срок варьировался максимум до 2 лет).

«Я принял предложение Петра Порошенко о своем назначении и сразу сказал, что я рассматриваю это как срок до полутора лет. Я ни в душе, ни по жизни не прокурор. Я понимаю, что надо там сделать, но хотел бы не задерживаться, у меня другие взгляды на жизнь», — говорил он. И пообещал, что Украине стоит ожидать ряда громких уголовных дел, объявления «большой рыбалки» на коррупционеров, установления истины в деле о расстрелах активистов Небесной сотни на Майдане и суда над экс-президентом Виктором Януковичем и его ближайшим окружением.

Что из этого получилось — выясняла «Страна».

Как делили прокурорский пирог

Беглый нардеп Александр Онищенко ранее рассказывал «Стране», что реализация схемы по кройке законодательства и назначению Луценко генпрокурором обошлась президенту в 2 миллиона долларов, которые ушли на подкуп парламентариев.

На Банковой эти обвинения отметают, связывая их с попытками опального народного избранника обеспечить себе статус «политического беженца», а не схематозника-коррупционера.

Однако, даже при всем желании у спикеров власти нет аргументов для отрицания очевидных вещей — без депутатов из «Воли народа» и «Видродження», которые 40 голосами решили исход волеизъявления, кандидатура Юрия Витальевича не прошла бы в зале (БПП и «Народный фронт», синхронно жавшие на кнопки, обеспечили четвертому после Евромайдана главе ГПУ только 205 голосов).

В качестве компенсации за поддержку Луценко как старшие, так и младшие партнеры де-юре не оформленной коалиции в парламенте ожидали значительных уступок. Именно с попыткой «раздать всем сестрам по серьгам» была связана почти месячная пауза после утверждения его кандидатуры в конце весны 2016 года.

Тогда глава ГПУ с окружением заполняли и переделывали пустографки для назначений. Изначально формальности оказались соблюдены, а кадровый пасьянс разложили так, что в ведомстве наметилось сразу несколько влиятельных групп:

1.Несгораемая квота «друзей Порошенко» в ГПУ. Представители этой группы заблаговременно введены в состав многих структурных подразделений ГПУ, но в СМИ она носит устоявшееся название как «департамент Кононенко-Грановского» — возглавляемый Владимиром Гуцуляком Департамент по расследованию особо важных дел в сфере экономики;

2. «Тень» Виктора Шокина, которая должна продолжить нависать над Резницкой. Благодаря заступничеству Виктора Николаевича было решено, что его ставленники не будут выдворены из системы. Речь идет о замах генпрокурора Юрие Севруке и Юрие Столярчуке, начальнике следственного управления Юрие Грищенко, руководителе Департамента кадровой работы Александре Горбане, главе управления внутренней безопасности Иване Дзюбе и начальнике новосозданного управления по расследованию преступлений, совершенных преступными организациями Дмитрие Басове;

3.Политические союзники президентской политсилы из «Народного фронта» в размене получили на откуп должности 1-го зама Луценко (им стал Дмитрий Сторожук) и столицу (именно благодаря этому прокурором Киева был назначен Роман Говда, на кандидатуре которого настаивали нардепы Пашинский и Иванчук);

4.Ситуативные попутчики власти из числа бывших регионалов (прежде всего, группа «Видродження») забронировали себе места во втором эшелоне надзорного ведомства (Алексей Ничипоренко, Дмитрий Беловол) и негласные гарантии о ненападении;

5.Группа военных прокуроров Анатолия Матиоса продолжает оставаться «государством в государстве».

Милицейский ренессанс в ГПУ

Сам Луценко при этом получал карт-бланш на тотальную ревизию кадров в регионах, а также точечные перестановки у руля ключевых департаментов. Полученную им карту Юрий Витальевич быстро сдал в колоду, когда за только первые 100 дней на Резницой сменил 15 областных прокуроров и 32 их зама (в конечном счете только 6 облпрокуроров, назначенных Шокиным, на сегодня продолжают исполнять свои обязанности).

Накануне кадровых пертурбаций на местах в прокурорских кругах «устаканились» обновленные расценки для карьерного роста: кресло облпрокурора стоит от 0,8 до 1,5 миллиона долларов, пост зама руководителя регионального надзорного ведомства — около 0,5 миллиона.

Не вписывающие в новые реалии службы сотрудники вынуждены были оставить свои кресла — только за первые полгода с админдолжностей было уволено свыше 160 прокуроров. Тех, кто отказывался это делать добровольно, традиционно пытались принудить к этому с помощью «хлопка» — спецопераций по регистрации в ЕРДР уголовных производств о вымогательстве взяток надзорниками.

Параллельно глава ГПУ занялся возвращением в ведомство милицейских кадров периода генпрокурорства Виталия Яремы и его консильери Анатолия Даниленко, а также назначением собственных протеже из МВДшной и парламентской эпохи. Так уже к осени 2016 года оформилось ближайшее окружение генпрокурора с ярко выраженным милицейским прошлым, влияющее на политику и кадровую работу ГПУ:

— экс-замминистра внутренних дел Украины, бывший начальник Главного управления по борьбе с организованной преступностью Владимир Бедриковский – давний соратник Луценко, которого в узких кругах принято было называть одним из серых кардиналов МВД, стал таковым и в ГПУ. Он возглавил Департамент надзора за соблюдением законов в уголовном производстве и координации правоохранительной деятельности, и прославился тем, что как и многие силовики записал на свою 80-летнюю мать роскошный дом под Киевом площадью в почти 600 квадратных метров;

— начальник Департамента информационных технологий, документального и материально-технического обеспечения Константин Моргун, с августа прошлого года являющийся параллельно руководителем тендерного комитета ГПУ. До прокуратуры Моргун возглавлял Департамент ресурсного обеспечения ГСЧС Украины, где оказался замешан в коррупционном скандале по закупке топлива по завышенным ценам. Журналисты также писали о том, что высокопоставленный прокурор не задекларировал взносы своей жены в уставные фонды двух предприятий на общую сумму 2,37 миллиона гривен (часть этого бизнеса связана с братом экс-главы ГПУ Виталия Яремы Александра) и вместе с бывшим начальником охраны Порошенко Геннадием Ильиным является учредителем благотворительной организации «Закон и честь».

— руководитель Департамента обеспечения деятельности руководства ГПУ Олег Садыкин, который ранее был помощником-консультантом Юрия Луценко в парламенте и его советником в период карьеры в МВД. С 2014 года Садыкин руководил управлением стандартизации Главного сервисного центра МВД, а в ГПУ «юрского периода» ему поручались щепетильные вопросы. Так, в октябре прошого года прокурор Запорожской области Александр Шацкий, открыто конфликтовавший с Луценко, заявил, что Садыкин шантажировал его по телефону, требуя написать рапорт об отставке. «Руководитель его (Луценко — Прим.Ред.) аппарата в грубой форме стал требовать, чтобы я ушел, что будет проверка, что посадят и так далее», — заявлял Шацкий в эфире одного из телеканалов.

— глава Генеральной инспекции ГПУ — генерал-майор Владимир Уваров, имеющий за плечами четверть века работы в системе МВД. В 2009 году именно Луценко назначал его на пост руководителя милиции Николаевской области, Уваров называет Юрия Витальевича одним из тех руководителей, с которыми ему комфортно работать.

Слова и дела

Укрепившись кадрово, глава ГПУ развернул деятельность сразу по нескольким направлениям.

1.С его подачи была заблокирована работа ранее избранных органов прокурорского самоуправления. Совет прокуроров и Квалификационно-дисциплинарная комиссии прокуроров образца апреля 2016 года были списаны в утиль и признаны неправомочными, дабы на смену им были избраны новые составы этих институций, уже полностью лояльные к руководству Генпрокуратуры. Так, потерявший де-юре часть полномочий по назначению/отстранению сотрудников на административные должности генпрокурор сумел вернуть их себе де-факто.

2. Луценко инициировал кампанию по проверке добропорядочности прокуроров, которую он доверил сыну своего друга Зиновия Шкутяка. С этим также произошла накладка — по итогам ревизии ведомства были привлечены к ответственности всего 4 прокурора (один был лишен премии, а еще трое — получили выговоры), а куратор «чистки» — инспектор управления внутренней безопасности ГПУ Шкутяк оказался ранее судимым за многомиллионные коррупционные аферы.

3. Был объявлен донабор на руководящие должности в местных прокуратурах, а также продолжен курс на сокращение численности ГПУ (согласно законодательству, к 2018 году она должна ужаться до 10 тысяч человек). Как отмечают в прокурорских кругах, конкурс-2016 на руководящие и рядовые вакансии ничем существенным не отличался от принципов и правил, установленных ранее при Шокине. Результаты и назначения показали, что обещанная «новая кровь» так и не разбавила «прокурорское болото». Зато появилась четкая схема, помогающая одиозным прокурорам из регионов «прятаться» от люстрации, или переседеть опалу в главке ГПУ. В итоге, на фоне повального сокращения штатов рядовых прокуроров на местах на почти 25%, продолжает разрастаться аппарат самой Генпрокуратуры. Как было заявлено на сборах сотрудников в апреле нынешнего года, фактически численность следователей и прокуроров в главке превысила 1300 сотрудников, при том что годом ранее она составляла 1180 человек.

4. После объявления курса ГПУ на борьбу с нелегальной добычей янтаря и вырубкой/экспортом леса, тектонические изменения произошли и в этом сегменте теневого рынка, прежде всего — на Западной Украине. Был проведен ряд образцово-показательных акций по задержанию старателей, их пособников из числа представителей ровенского и львовского криминалитета, а также нескольких силовиков. После таких пертурбаций янтарный и кругляковый «бизнес» не исчезли, а эволюционировали — перешли под протекцию новых «смотрящих».

5. При Луценко ГПУ продолжила работу по «кошмариванию» политических оппонентов действующего режима. Для этого сначала образцово-показательно был задержан (и до сих пор находится в СИЗО) бывший лидер фракции регионалов в парламенте Александр Ефремов, а затем развернута настоящая эпопея с лишением неприкосновенности сначала Александра Онищенко, а затем Вадима Новинского. На данный момент ни одно из этих дел не получило своего логического завершения в суде, зато целый ряд прокуроров, которые принимали участие в данных специфических спецоперациях — удостоены кадрового продвижения по службе. В целом, все эти дела (кроме Онищенко, где ситуация более сложная) имели своей целью, в основном, пиар, чтобы показать хоть какой-то результат в работе прокуратуры.

6. Направляемый Банковой генпрокурор еще летом 2016 года нарушили главное неписаное правило работы всех силовиков после Евромайдана. На сленге правоохранителей оно давно известно, и звучит так: «Вы получаете зарплату и откупные в обмен на дальнейшее нерасследование резонансных злоупотреблений «Семьи». Луценко внес свои коррективы в эту диспозицию, и сегодня он четко называет тех, кому не удалось «решить» вопросы с ним, несмотря на ряд переговоров и обсуждений. Это так называемый «Ку-Клукс-Клан Януковича». Под данной аббревиатурой скрывается 5 фигурантов — сам экс-президент и его сын Александр, Сергей Курченко, бывший глава НБУ Сергей Арбузов, а также министр доходов Александр Клименко.

Известно, что еще в ноябре 2015 года Луценко (тогда еще как глава фракции БПП) впервые озвучил план по раскулачиванию соратников Януковича, который предполагал их заочное осуждение как членов организованной преступной группировки и спецконфискацию преступных активов. Летом прошлого года операция вошла в решающую стадию — тогда были задержаны сначала бывший замминистра экономики Александр Сухомлин и экс-замглавы правления НАК «Нефтегаз Украины» Александр Кацуба, а затем бывший руководитель налоговой милиции Украины Андрей Головач. Всем им следствие инкриминировало многомиллиардные хищения, но после нескольких месяцев заключения в феврале-марте нынешнего года эта троица пошла на сделки со следствием, получив условные сроки и штрафы. Согласно сообщениям первых лиц ГПУ, Сухомлин уплатил в бюджет 22 миллиона гривен, Кацуба — 100, а Головач — 130 миллионов гривен, и параллельно — якобы дали некие показания против фундаторов «Семьи».

«Контрольный» выстрел был произведен совсем недавно — сначала с помощью решения Краматорского горсуда и показаниям «фунта» Аркадия Кашкина власти конфисковали почти 1,5 миллиарда долларов из его «общака». Правда методы, которые для этого были использованы крайне сомнительны с правовой точки зрения и могут быть в дальнейшем использованы для «отжима» любого имущества в Украине, о чем «Страна» уже подробно писала.

Вместе с этим Оболонский райсуд приступил к рассмотрению «дела Януковича» по обвинению его в госизмене. Сам Луценко еще до начала слушаний четко обозначил, что планирует получить обвинительный приговор для экс-президента ко Дню Независимости.

Правда, к этому суду также много вопросов относительно процессуальной чистоты, которой никогда особо в ГПУ по важным политическим делам не дорожили, а при нынешнем генпрокуроре и вовсе зачастую приносят в жертву пиару и «революционной целесообразности».

Сколько еще продолжится «юрский период»?

К концу августа как раз истечет 15 месяцев из 18, которые сам отвел себе в ГПУ Луценко, а в Украине будет стартовать очередной политический сезон, в ходе которого возможны выборы, где не исключено участие Юрия Витальевича.

Пока же Луценко пока всячески отрицает у него наличие премьерских либо президентских амбиций, но очевидно готовится использовать «дело Януковича» как новый козырь в политической игре.

«Я собираюсь еще долгое время работать в ГПУ, у меня есть много планов и посмею сказать результатов, начиная от Януковича и заканчивая нашими чиновниками. Я не имею других политических амбиций,.. власть сделала вызов мне на всю жизнь, выбрав генпрокурором. Идти в политику без серьезных завершений дел — я не могу, не буду прыгать с должности на должность», — сказал он в конце марта.

Впрочем, в апреле 2016 года он так же уверенно сообщал, что и генпрокурором быть не хочет, но готов… Уже осенью станет понятно, куда вынесет политический расклад Луценко. Ведь борьба за потоки между различными группами у власти уже привела к нарушению изначальных договоренностей и будет еще более обостряться. В таком случае прокурорский карточный домик, выстроенный Юрием Витальевичем и его окружением из МВД в ГПУ, может начать сыпаться.

И последствия этого могут оказаться непредвиденными как для самого Луценко, так и его партнеров у власти.

Виталий Губин, «Страна», Украина

Метки по теме: ; ; ; ; ;