В арсенале киевской власти закрепился не почитаемый и не приветствуемый в приличных обществах прием: компрометация оппонентов путем заведомой подмены понятий, обвинения другого в том, что делаешь сам

Арсен Аваков

Чтобы продлить свое пребывание у власти П. Порошенко и его команда вынуждены политизировать все, что попадает им на глаза или под руку. Представляя меньшинство населения, не имея реальной поддержки в обществе, панически боясь за свою судьбу, они используют все средства и способы для устранения любых видов инакомыслия и конкуренции. Власть понимает, что неспособна выдержать открытый демократический бой даже против не очень сильного оппонента. Вот, и стремится превратить общественно-политический процесс в улицу с односторонним движением. Политизация не обошла стороной и сферу исторической памяти, превратив прошлое в арену борьбы между «своими», которых раз-два и обчелся, и «чужими», которых пруд пруди. Заставив, к тому же, задуматься о проблеме «чужих среди своих», которых обнаружилось во власти и вокруг нее немало. Великая Победа в Великой войне — Отечественной! — как и память народа о ней оказались заложницами политической конъюнктуры.

Развязав войну против памятников и памятных дат, Киев пошел по пути наименьшего сопротивления, решив и в данном случае, не вступая в дискуссии, тупо загнать то, что ему не по душе, под спуд. Встав же на этот путь, нежданно-негаданно для себя столкнулся с упорным сопротивлением со стороны значительной части населения. Пусть, в основном, пассивным, но сопротивлением. Наложив законодательный запрет на символику, связанную с «коммунистическим» прошлым Украины в составе СССР, в том числе — военную, П. Порошенко в очередной раз загнал себя в ловушку. Сказав «а», приходится говорить «б», делать что-то, чтобы запреты работали. В случае с празднованием Дня Победы добиться этого очень непросто. Любые действия властей, направленные на ограничение свободы граждан в проявлении своих святых чувств, оказываются крайне непопулярными, представляя нынешнюю государственно-политическую элиту в откровенно неприглядном свете.

В канун Дня Победы министр внутренних дел А. Аваков решил отличиться. Хотел, как лучше, получилось, как всегда. Благие намерения главного полицейского привели его не туда, куда бы ему хотелось. В глазах публики он предстал не героем, а персонажем сродни голубому воришке из «Двенадцати стульев», существо которого протестовало против того, чтобы красть, но не красть он не мог и продолжал тащить все, что попадало под руку. Глава МВД, правда, выступил в ином жанре, примерив на себя доспехи «голубого защитника Неньки». Отложив в сторону привычные повседневные заботы об освоении бюджета, он озаботился делами государственными и взялся защитить украинцев от «провокаций».

Грозное оповещение о намерении бравого министра прозвучало несколько странно, уже хотя бы по тому, что появилось на его страничке в «Фейсбук». О времена, о нравы! Но дело даже не в этом, дело в другом. Стесняясь использовать Национальную полицию в политических целях, вроде бы, понимая, что в демократическом государстве этого делать нельзя, министр все же решил идти именно этим путем. «9 мая подразделения МВД не допустят антиукраинских заявлений и символики», — предупредил он. Все бы ничего, только, вот незадача, «антиукраинскими» в представлении Авакова стали исключительно те внешние проявления праздничных эмоций, которые используют его политические противники. «Апологеты русского мира в Украине через свои пропагандистские каналы разгоняют, спекулируя на чувствах людей, акцию «бессмертный полк». Не ради воевавших во второй мировой войне, не ради исторической памяти — ради возможности спровоцировать — на фоне продолжающейся агрессии России — внутренние конфликты в украинском обществе (сохраняю орфографию и пунктуацию «писателя» — Я.Р.). Не дело МВД и его полицейских и гвардейских подразделений давать оценку и, тем более регулировать политическую деятельность (sic!). НО… на всех демонстрациях и маршах, запланированных в этот день — подразделения Национальной полиции и Нацгвардии не потерпят ни антиукраинскую символику, ни антиукраинские заявления!». Чтобы ни у кого не осталось сомнений в том, что в трактовке МВД под «антиукраинскими» проявлениями понимают то, что неугодно Авакову, его тезис подхватили, взявшись разгонять волну, записные министерские шавки, типа З.Шкиряка. Георгиевская лента в перечне запрещенной символики, на которую должны реагировать правоохранители, оказалась, естественно, на почетном месте.

Образ грозного и беспощадного борца-рейнджера не дает Авакову покоя. «Мне, как министру внутренних дел известно о планах таких (приуроченных к 9 Мая — Я.Р.) провокаций в столице и ряде городов юго-востока Украины. Видим имена и «задумки организаторов». Поистине неисповедимы пути твои, Господи! Возглавляемое Аваковым министерство призвано защищать граждан и общество не от политических, а от уголовных угроз и вызовов. Это — аксиома. Тем не менее, когда в центре Киева прямо на глазах, чтобы не сказать грубо — под носом, «орлов Авакова» происходят криминальные разборки, убивают Павла Шеремета, Дениса Вороненкова, министр молчит, словно воды в рот набрав. Об этом ему «как министру внутренних дел» ничего не известно ни до, ни после преступлений. А вот, о политических мероприятиях ему, наоборот, «известно». Что-то тут явно не так. Или министр вводит общество в заблуждение. Или осведомители МВД заняты не тем, чем им бы следовало заниматься по долгу службы.

С легкой руки аваковых и других «полициянтов» в Украине теперь настоящие провокации именуются законным проявлением общественной «активности», провокационными же считаются любые публичные действия оппозиционного характера. Хорошо известно, что многие из получивших широкую огласку провокаций исходят из источников, близких к главе МВД и к его окружению, что реализуют их группировки, ряд которых находится под контролем Авакова. Грозя в «Фейсбук» С. Левочкину, А. Вилкулу и другим оппозиционным политикам наказать их за провокации, шеф Шкиряка в действительности изъявляет желание защищать украинцев совсем не от них. Политическим силам, готовым организованно выводить своих сторонников на празднование Дня Победы, провокации и инциденты не нужны. Обещая не допустить 9 Мая провокаций, министр, по сути дела, выступает в роли лисы, берущей на себя почетную миссию защиты кур в курятнике. Проще, надежнее, дешевле было бы самому не провоцировать.

Запретительные судороги МВД и лично министра Авакова накануне Дня Победы понятны и объяснимы. Они вполне укладываются в общее русло реакции власти на нежелательное для нее развитие отношений с обществом, ответственность за которое, кстати, лежит на самой же власти. Отказавшись от любых форм диалога с целыми пластами общественного мнения, власть взялась продавливать нужный ей алгоритм поведения силой. Когда стало ясно, что предлагаемые от ее лица шаги и объяснения того, что творится, в обществе, в народе не воспринимаются, в дело пошла тактика запретов и запугивания. День Победы в этом плане — наглядный и очень показательный пример. «Теперь как-то уж очень отчетливо чувствуется страх — точно подмечает киевский журналист Д. Заборин, описывая ситуацию, сложившуюся в стране в связи с этим праздником. — Говорить о солдатах и офицерах Красной Армии как-то не с руки — а вдруг припишут коммунистическую пропаганду? А если обвинят в потакании «информационной войне против Украины»? Или просто в непатриотичной позиции? Как-то так заворачивается, что гордиться своими предками и говорить об истории своей страны уже вроде как неловко. Не дай Бог прозвучишь в унисон с Россией, и будут неприятности».

Режим П. Порошенко сегодня настолько одиозен и слаб, что любой, даже не очень сильный протестный «ветерок» способен смести его не то, что за пару-тройку дней, а за пару часов. Мало кто в Украине сомневается, что нынешняя власть в скором будущем освободит свое место не в результате выборов, а насильственным путем, под давлением то ли доведенных до отчаяния собственных граждан, то ли внешнего фактора. Факт использования полиции в политических целях, пусть и прикрываемый фиговым листком красивых слов А. Авакова, служит неопровержимым свидетельством того, что час «Ч» не за горами.

Яков Рудь, ИА Regnum