Эксклюзив ИА News Front. Доктор политических наук, профессор МГУ им. М.В. Ломоносова Андрей Манойло раскрывает истинные цели визита Ангелы Меркель к Путину в Сочи и механизмы подготовки этого визита.

News Front: На фоне обеспокоенности пяти министров иностранных дел стран Евросоюза, не буду перечислять, чтобы им стыдно не было, которые страшно переживают и воют под стенами нашего МИДа, Лаврову кричат – «Свободу гомосексуалистам Чечни! Прекратите их преследовать!», они три года не замечают ничего. Они не видят Одесской Хатыни. Не видят издевательств над сирийскими детьми, над иракскими детьми в Мосуле. Но вот судьба несуществующих геев-чеченцев их беспокоит страшно. Вот на этом фоне беспокойства министров иностранных дел Евросоюза, мы наблюдали прилеты. Донецк понимает, что это такое, но у нас они были не страшные: это — «визит Дамы», звонок Трампа, и после этого – «визит Султана». Эти три события, на Ваш взгляд, чем закончились?

— Эти события, безусловно, взаимосвязаны. Причем, это не три события, а четыре. Как Вы правильно сказали, все началось с истерии по поводу притеснения геев в Чечне. При этом, обратите внимание, что эта истерия поднялась как раз в тот самый момент, когда стала приближаться годовщина трагедии в Одессе. Я убежден, что эту истерию на Западе специально подняли для того, чтобы отвлечь внимание от самого факта трагедии. Потому что, каждый раз, когда приходит годовщина, встает вопрос: а почему тогда Европа не просто не отреагировала на эту трагедию, а сделала вид, что ничего не произошло? А во-вторых, Европа своим молчаливым согласием не только поддержала, но и простимулировала бандеровцев, которые эту трагедию совершили, на подобного рода действия.

Если бы за бандеровцами не было изначально вот этого молчаливого одобрения европейских стран, они, может быть, на эти действия никогда бы и не решились. И множество жизней простых граждан, которые пришли туда без оружия, было бы спасено. Поэтому, в значительной степени ответственность за эту трагедию лежит не только на нынешнем украинском режиме, не только на радикалах – бандеровцах и неофашистах, но и на главах европейских стран. И они это прекрасно понимают. Также они понимают, что придет время, когда эту роль европейских глав будут детально разбирать, и, возможно, даже в суде. Потому что, все виновники трагедии 2 мая будут найдены, я в этом убежден. Найдены и посажены на скамью подсудимых. Конечно, те, кто к этому моменту доживут, поскольку народный самосуд еще никто не отменял. И есть определенный испуг у лидеров европейских государств в том, что если истинная их роль в этих событиях всплывет, то мало не покажется. Вот они и попытались этим скандалом с непонятно откуда взявшимися геями в Чечне заглушить память об этой трагедии.

Все-таки надо понимать, что к геям, к теме меньшинств, у нас в России относятся, мягко говоря, спокойно, а на Западе это едва ли не лейтмотив политических программ практически всех деятелей – особенно деятелей либерально-демократического толка. Там эту тему очень любят. Эта тема, конечно, прокатилась резонансно. И она выбила просто из информационных лент любые напоминания о том, что 2 мая все-таки произошло. Это, во-первых.

Второй момент заключается в том, что буквально за последнюю неделю мы наблюдаем сразу несколько прилетов в Российскую Федерацию, в одну и ту же точку России, в Сочи, высокопоставленных лиц – лидеров стран. В первую очередь, это, конечно, визит канцлера Меркель. Но интересно то, что не успела Меркель улететь, как тут же состоялся телефонный разговор Владимира Владимировича Путина и Дональда Трампа. Он длился всего полчаса, но, тем не менее, результаты его уже отчасти известны. Они прогнозируемы, хотя ни Трамп, ни Путин не выступили с официальным заявлением по поводу содержания этого разговора. Но интересно, что встык этому разговору, не успел разговор закончиться, а в Сочи уже приземлился самолет Эрдогана. И произошли уже третьи для нашего президента переговоры на высшем уровне. Это знаменательный момент, потому что, чтобы в мире ни происходило, чтобы ни готовилось, когда начинаются вот с такой частотой встречи на высшем уровне, то это говорит о том, что что-то назревает.

Здесь можно предположить сразу несколько моментов. Вот если говорить о возможной повестке, истиной повестке, переговоров между Путиным и Меркель, между Путиным и Трампом, а затем — между Путиным и Эрдоганом, то, по крайней мере, в переговорах с Меркель и с Трампом истиной повесткой этих переговоров была, скорее всего, встреча, которая готовится. Это встреча между Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, которая состоятся 7-8 июля в Гамбурге во время саммита «Большой двадцатки». И, скорее всего, Меркель как раз прилетала к Владимиру Владимировичу обсудить детали этой встречи – выяснить, будет эта встреча или нет, и какие вопросы будут вынесены. Меркель прилетела, по сути, с таким разведывательным визитом. Потому что, ей очень интересно, какая повестка будет в разговорах между Путиным и Трампом. Также Меркель было важно узнать из первых уст, вернее попытаться оценить, насколько велики шансы между Путиным и Трампом договориться о той самой большой сделке, слухи о которой ходят уже не меньше года.

News Front: Я правильно понимаю, что Меркель обеспокоена тем, как два взрослых мужчины могут между собой договориться поделить, в том числе, и Европу? И кого куда они будут расставлять. Кого на Украину, кого – в Германию. И вот Ангела Меркель за себя беспокоится – разрешать ли они ей пролонгировать себя в кресле канцлера.

— Это тоже верно. Действительно, она заботится, в первую очередь, о себе и о своей будущей карьере. Потому что, у нее на носу выборы в Бундестаг, и она собирается, конечно, сесть на очередной срок в кресло канцлера Германии. При этой ее со всех сторон подпирают довольно мощные конкуренты, тот же, например, Мартин Шульц, у которых шансов не меньше, а может быть, даже больше, чем у самой Меркель. И Меркель в этом отношении чувствует себя очень неуверенно.

Во-первых, есть противники, с которыми нужно бороться. А с Шульцем невозможно бороться, выдвигая какие-то популистские лозунги. Это действительно серьезный, конкретный противник – очень опытный. Во-вторых, если бы у Меркель были очень тесные контакты с Трампом, и ей удалось бы привести Трампа к определенной точке зрения по поводу будущего Европы, и Трамп бы заявил, что Германия по-прежнему является стратегическим союзником, тогда бы Меркель чувствовала себя спокойнее. Но Меркель за все время ее контактов с Трампом так и не удалось получить от Трампа ответа на вопрос — нужна ли ему Германия, вообще.

И, вообще, Трампу сейчас до Германии ли? Трамп при этом, крутя разные переговоры с Меркель, умудрился не сказать ни «да», ни «нет». И в плане выстраивания отношений с Вашингтоном Меркель находится в подвешенном состоянии. Это, во-первых. А во-вторых, Меркель опасается вмешательства мифических российских хакеров. Хакеры – это, конечно, шутка, тем не менее, Меркель понимает, что контакты с Россией – это тема если не номер один, то номер два в избирательной повестке будущих выборов в Германии. И она беспокоится о том, что если Мартин Шульц ее обгонит, договорится с Путиным, и Путин начнет поддерживать именно Мартина Шульца, то ее шансы переизбраться в канцлеры резко упадут.

Потому что, самая интересная повестка для немцев – взаимоотношение с Россией – у нее будет вырвана из рук и передана Шульцу. И в этом отношении Меркель летела, чтобы договориться о неком взаимном нейтралитете. О том, что она на какой-то период не будет щипать нашу страну, а в ответ Россия должна занимать нейтральную позицию по отношению к самой Меркель. То есть, Меркель прилетела и сказала о том, что она будет хорошей девочкой.

Беседовал Сергей Веселовский

Текст подготовил Игорь Орцев