Россия внесла свои предложения о соблюдении режима прекращения огня в Сирии, а также по созданию зон снижения напряженности. Об этом рассказал член делегации вооруженной оппозиции Сирии Фатех Хассун. Предложения нашей страны он назвал «полезными своей реалистичностью».

 Кто встанет между оппозицией и правительственными войсками в Сирии

В частности, РФ высказалась за введение сил на линии разграничения между правительственными войсками и оппозицией. В число таких сил должны войти страны, которые не вовлечены в боевые действия в этом государстве.

Кроме того, стало известно, что оппозиция готова посетить Астану и принять участие в переговорах. Хассун отметил, что приглашение было получено от России в устной форме. Он выразил надежду, что наша страна будет гарантом процесса, а не просто стороной. По мнению представителя оппозиции, это поможет улучшить обстановку в Сирии.

Напомним, переговоры должны пройти 3-4 мая в столице Казахстана.

Тем временем Запад в успешный исход переговоров не верит. Без привлечения западных стран, только на основе переговоров в Астане, Россия, Турция и Иран не смогут урегулировать сирийский кризис, заявил официальный представитель МИД Германии Мартин Шефер.

Напомним, Россия, Турция и Иран выступают за безальтернативность политико-дипломатического урегулирования кризиса в Сирии и не видят военного решения проблемы.

«Правда.Ру» обратилась за комментарием к Борису Долгову, старшему научному сотруднику Центра арабских и исламских исследований Института востоковедения РАН, кандидату исторических наук, члену Союза писателей России.

— Какие страны могут встать на линии разграничения? Действительно это может серьезно помочь?

— Да, такие сообщения появились со стороны сирийской оппозиции. Именно о том, что Россия якобы предложила введение сил нейтральных стран для размежевания сторон в сирийском конфликте. Здесь еще надо сказать, что необходимо все-таки подтверждение этих предложений и со стороны России. Также нужно официальное согласие на такое предложение со стороны сирийского руководства, поскольку это затрагивает интересы сирийского правительства, сирийского народа. И только после этого можно говорить о каких-то конкретных вещах.

Я бы здесь сейчас не стал конкретизировать, какие страны могут участвовать в силах по размежеванию, поскольку, если предложение будет поддержано, это должно решаться и с участием представителей ООН и, естественно, с участием сирийского руководства, и тех группировок, в том числе вооруженных, которых будут касаться эти предложения. Ведь силы размежевания будет между ними и сирийскими правительственными войсками. Поэтому этот вопрос еще не проработан детально, и здесь я предложу подождать официальные заявления.

— А чему может помочь такой режим размежевания и создания зон снижения напряженности? Это поможет более четко соблюдать режим прекращения огня?

— Да, возможно, это будет способствовать соблюдению режима прекращения огня, но здесь сразу возникает много вопросов. Во-первых, не завершены операции по подавлению радикальных исламистских группировок: это ИГИЛ и Джебхат Фатх аш-Шам, бывшая ан-Нусра (структуры запрещены в РФ – ред.), и ряд аффилированных с ними группировок. Наряду с противостоянием радикальному исламизму такие группировки не входят в рамки каких-либо переговорных процессов, с ними борются и сирийские правительственные войска, поддержанные российскими ВКС, и американская коалиция.

Вот этот вопрос должен здесь стоять на повестке дня, как будут соотноситься эти силы размежевания с борьбой с этими двумя группировками, признанными террористическими. Насколько это будет способствовать борьбе с ними, какова будет ситуация с теми территориями, которые занимают эти террористические группировки, и как будут размещаться эти силы размежевания.

Здесь множество вопросов, которые нужно обсуждать. Есть же районы в Сирии, которые контролируются местными вооруженными формированиями. На встречах с сирийской оппозицией, в которых я участвовал, были сообщения о том, что есть, допустим, районы в Сирии, которые контролируются местными властями, которые имеют свои вооруженные формирования, охраняющие эти районы и от правительственных войск, и от радикальной оппозиции. Когда организационные вопросы будут проработаны, это может действительно серьезно улучшить положение дел.

Pravda.Ru