Результаты плебисцита в Турции выявили не только победителя, которым оказался действующий турецкий президент, но и продемонстрировали, что страна разделена примерно пополам. За поправки в Конституцию проголосовало чуть больше 50% избирателей при явке 86%. То есть сам референдум турок очень даже интересовал. Но 49% голосовавших оказались его результатами не удовлетворены.

Реджеп Эрдоган

Какие существенные дополнительные полномочия получил Реджеп Эрдоган?

— Отныне пост премьер-министра упразднен, президент получил право назначать вице-президента и министров (по все еще действующей Конституции премьерский пост занимает лидер победившей на парламентских выборах партии, он же предлагает министров на утверждение президенту).

— Теперь глава государства сможет объявлять чрезвычайное положение и формировать бюджет страны (сегодня эти вопросы находятся в ведении правительства и выносятся на рассмотрение и утверждение парламента).

— Президент сможет открыто продвигать интересы своей партии, не соблюдая нейтралитета, как раньше, — требование о невозможности одновременного пребывания на посту президента и председателя политической партии снято.

— По новой Конституции парламент теряет прямой контроль над деятельностью правительства — обязательные отчеты министров парламенту отменены. Депутаты смогут обращаться к правительству только через письменные запросы.

— Импичмент объявить президенту станет практически невозможно. За создание специальной комиссии по расследованию действий главы государства должны будут высказаться 50% депутатов парламента. Предложение о передаче вопроса в Верховный суд будет приниматься при поддержке 2/3 депутатов (по нынешней Конституции, глава государства может быть привлечен к ответственности по инициативе не менее 1/3 от общего числа членов парламента, решение считается принятым, если за него проголосовало не менее 3/4 от общего числа депутатов).

Выборы президента и парламента Турции пройдут в один день — 3 ноября 2019 г., после чего пункты положения о новой политической системе вступят в силу. Таким образом, Эрдоган намерен оставаться у власти до 2029 года.

Нет сомнений, что действующий президент перекроил Конституцию под себя. Но, оценивая произошедшее, имеет смысл разделять персону Реджепа Эрдогана и реформу Основного закона. Учитывая при этом, что ни один президент Турции в настоящем и будущем совершенно не обязан учитывать интересы России в период своего правления: у него есть своя страна, интересы которой он должен отстаивать. Нам же самим будет легче, если мы усвоим известную истину: кроме армии и флота, других союзников у нас нет, не было и не будет.

На мой взгляд, ситуация вокруг Дональда Трампа как нельзя лучше иллюстрирует, насколько сложно иметь дело с президентом, у которого есть искусственные противовесы, — никогда не понятно, окончательны ли достигнутые договоренности. Более того, странные на первый взгляд действия американского лидера — то всей мощью «Томагавков» бить по практически пустому сирийскому аэродрому, то грозить небесными карами Северной Корее, — говорит нам о том, что хвост явно виляет собакой, как в голливудской политической сатире 1997 года. Кто не видел фильм «Плутовство» («Хвост виляет собакой»), посмотрите — сегодня его сюжет весь мир наблюдает не на экране, а в реальной жизни.

По новой Конституции президенту Турции уже не понадобится плести интриги, чтобы добиться своих целей. То есть авторитарная конструкция власти, которая скоро появится в Анкаре, для нас привлекательнее, чем рыхлая парламентская республика, при которой никогда не поймешь, кто дирижирует политическими процессами, находясь в тени. Другое дело, что сам Реджеп Эрдоган — персона, прямо скажем, малоаппетитная. Но в ближайшие 12 лет всем, скорее всего, придется его терпеть.

И тем не менее не верится, что он чувствует себя уверенно и спокойно. Референдум показал, что Турция по крайней мере наполовину остается светской республикой, воспитанной в традициях Ататюрка, и неоосманизм во главе с неосултаном ей не по душе. За время, прошедшее после попытки госпереворота, Эрдоган основательно проредил «пятую колонну» и армию, привыкшую менять власть по своему усмотрению, однако с демократическими настроениями десятков миллионов своих «подданных» сделать так ничего и не смог.

И такой полярный взгляд на развитие страны вполне способен породить жесткий гражданский конфликт. А если принять во внимание находящуюся по соседству пороховую бочку — Сирию, сотни тысяч «солдат удачи», которые стеклись на Ближний Восток со всего исламского мира, горячее противостояние внутри страны не только возможно, но и вероятно.

Турция всегда понимала, что со всех сторон окружена или открытыми врагами, или тайными недругами. До 24 ноября 2015 г., когда был сбит Су-24 и погиб наш пилот, у Реджепа Эрдогана был шанс стать первый лидером, при котором страна за последний век получила хотя бы одного лояльного соседа, и значительно укрепить свое международное положение. К сожалению (и к нашему, кстати, тоже), он его бездарно упустил.

Остается довольствоваться абсолютной властью, которую турецкий президент вчера получил, и добиваться у Кремля разрешения торговать помидорами на нашем рынке. А еще — отбиваться от оппозиции, у которой прибавилось активных сторонников после прошедшего референдума. В новых условиях ей придется уйти в подполье, как свободолюбивым, но обделенным судьбой курдам.

У Турции впереди непростые времена. Победа на референдуме сделала их еще более непредсказуемыми.

Павел Шипилин, Утро.ру