То, куда нынешний режим ведет Украину – это архаично-ксенофобский хутор с примитивной экономикой, преимущественно аграрного типа. Поэтому и «аграрной супердержавой», о которой в свое время рассуждал бывший американский посол Пайетт, Украине стать не суждено.

Украина не станет «аграрной супердержавой»

Предметом гордости профильных украинских чиновников является размер собираемого после «майдана» урожая зерновых. В 2016 и вовсе поставлен рекорд – собрано 66 млн тонн. Не исключено, что этому поспособствовал американский ГМО-гигант «Monsanto», продукция которого проникает в фермерское хозяйство Украины. Однако рекордный размер урожая никоим образом не сказался на ценах на мучные изделия на внутреннем рынке, продолжающих расти. А размер экспортных поступлений, оседающих прежде всего у оффшорных латифундистов (и заодно порошенковских бизнес-партнерах), при увеличении физических объемов поставок не растет: 2014 – $6,5 млрд, 2015-2015 – ровно по $6 млрд. Из этих сумм, для чистоты эксперимента – определения рентабельности украинского АПК, следует вычесть стоимость ремонта дорожного полотна (особенно Причерноморья), угробленного перегруженными зерновозами после отмены Киевом ограничений на экспорт зерновых. «Укравтодор» недавно заявил, что 97% украинских дорог находятся «в плохом состоянии» – вопреки тому, что весь прошлый год чиновники постили в соцсетях фотографии о «масштабных» ремонтных работах.

В целом, несмотря на заявления об «аграрной сверхдержаве», размер экспорта при майданных властях так и не сумел превысить показатели 2012-2013, когда Украина отправила на внешние рынки продукции сельского хозяйства и пищевой промышленности на $17,9 млрд и $17 млрд соответственно. Экспорт в период 2014-2016 составил $16,7 млрд, $14,6 млрд и $15,3 млрд.

В новую посевную кампанию украинские аграрии входят с неопределенностью. Одна из причин – остановка химических заводов по производству минеральных удобрений. Видимо, Порошенко и его клиентелла решили окончательно «деолигархизировать» Фирташа – оператор ГТС «Укртрасгаз» ограничил подачу «голубого топлива» на принадлежащие ему предприятия. Недостаток удобрений собственного производства вынуждает закупать их по более высокой цене за валюту в РФ, что затем отображается в ценах на продукты внутри Украины и уменьшении конкурентоспособности украинского экспорта. В результате «деформ» Украина из нетто-экспортера превратилась в нетто-импортера минеральных удобрений: в 2015 дефицит составил $174 млн, в 2016 – $494 млн. Притом в феврале МЭРТ Украины даже отложило введение антидемпинговых пошлин на российские удобрения.

Здесь, кстати, кроется ответ на вопрос, почему девальвация гривны не улучшает позиции украинского сельского хозяйства на внешних рынках и не покрывает дефицит бюджета, если рассматривать данный вопрос с точки зрения макроэкономики. Все просто – на сегодняшний день АПК критически зависит от валютного импорта в виде техники («декоммунизированы» Днепропетровский комбайновый завод, «Львовсельмаш», а «Укрзализныця» испытывает дефицит зерновозов), удобрений (наценка на реверсный газ убивает рентабельность химпрома), моторного топлива (функционируют, притом далеко не на полную мощность, лишь Кременчугский НПЗ и Шебелинский ГПЗ). Словом, если действительно создавать полноценную «аграрную сверхдержаву» (как бы смешно это не звучало), то необходимо развивать и машиностроение, и химпром, и нефтепереработку. Даже экстенсивное развитие сельского хозяйства требует немалых капиталовложений в воссоздание и модернизацию промышленного производства. Которое, в отличие от сельского хозяйства, создает высокую добавленную стоимость и требует большого количества квалифицированной рабочей силы.

Но покамест упрощается даже сама структура сельского хозяйства и пищевой промышленности. Продолжает падать удельный вес животноводства и производства готовых продуктов питания в структуре АПК, растет лишь сбор зерновых вкупе с производством жиров и подсолнечного масла. Особенно сложная ситуация сложилась с животноводством – бушующие не первый год эпидемии африканской чумы свиней и птичьего гриппа и не думают стихать (даже наоборот), что приводит к ограничениям на экспорт продукции из Украины. В период с 2013 по 2016 экспорт продукции животноводства сократился на 30% – с $1,08 млрд до $0,77 млрд. По одной из конспирологических версий, подобного рода эпидемии вызваны экспериментами, проводимыми находящимися в Харьковской области американскими биолабораториями. А ведь даже без фактора эпидемий внешние рынки для Украины сузились – самоблокада Крыма, Донбасса, Приднестровья, санкции РФ, квоты ЕС, а также ограничения, вводимые странами ближнего зарубежья (Белоруссия, Молдавия).

А вот какая товарная позиция экспорта растет – так это сахар и кондитерские изделия. За 2016 поставки на внешние рынки увеличились, ни много, ни мало, на 108%! Кто сконцентрировал в своих руках «сладкие» отрасли Украины, а также продолжает расширять данный бизнес за рубежом – всем хорошо известно. Этот же человек в 90-ых распиливал на металлолом сахарные заводы в Винницкой области, ликвидируя бизнес конкурентов.

Оптимизма украинским аграриям не добавляет ряд управленческих решений, принятых в конце прошлого года. С 2017 отменен спецрежим НДС (уплаченный налог аккумулировался на целевых счетах фермеров), вместо которого введены дотации общим фондом 4-5,5 млрд грн. Украинские политические и экономические реалии таковы, что эти дотации распределяются исключительно между «приближенными» к профильному министерству за «откат», причем максимальный размер дотаций «в одни руки» не ограничен (только со следующего планируется ввести ограничение в 150 млн грн). Данный шаг уже приводит к банкротству мелких фермерских хозяйств и очередному витку повышения цен на продукты питания.

В общем, когда эксперты говорят о том, что ключевым кризисом сегодня на Украине является управленческий – они абсолютно правы. И здесь простой заменой одного министра на другого не отделаться. Здесь, как говорится, всю систему менять надо – пока проводимая порошенковская «децентрализация» окончательно не угробит украинское село.

Антон Антонович, КСУ

Метки по теме: ; ; ; ; ; ; ;