Отношения между Польшей и Евросоюзом еще никогда за все время членства в объединенной Европе не были такими холодными, как сейчас. Польское правительство явно движется в направлении евроскептицизма.

Варшава и Брюссель: холод и лёд

Зачинщиком, если можно так сказать, опять выступил министр иностранных дел Польши Витольд Ващински. Накануне открытия саммита ЕС в конце прошлой недели он пригрозил сорвать подписание заключительного документа и, следовательно, работу всей встречи, если не будут отложены выборы президента Евросовета и если польский кандидат не получит возможность в них участвовать. Сейчас глава МИД дал еще более острое, беспрецедентное, считает Politico, для высокопоставленного политика интервью. Отвечая на вопросы корреспондента столичного таблоида Super Express, он призвал к резкому понижению уровня доверия к ЕС в Польше. Он хочет, чтобы Варшава блокировала инициативы ЕС для того, чтобы изменить отношение поляков к Евросоюзу.

Разногласия между Варшавой и Брюсселем ни для кого в Европе не секрет, но раньше правящая партия «Право и справедливость» (PiS) утверждала, что борется за интересы Польши и поляков в Брюсселе, и старалась не допускать антиевросоюзовской риторики. Причина такой осторожности лежит на поверхности – Польша в числе лидеров по объему благ, которые дает членство в ЕС. Не удивительно, что согласно самому последнему опросу Eurobarometer, поляки уступают только ирландцам по доброжелательному отношению к Евросоюзу.

Витольд Ващиковски дал понять, что правительство хочет изменить такое отношение: «Долгие годы в Польше преобладало наивное мнение, что Евросоюз представляет из себя клуб альтруистов… Выборы Туска показали, что это не так и что нужно иметь острые зубы».

Конечно, выступление главы МИД Польши не только его личное мнение. Оно выражает позицию всего польского правительства по резкому изменению риторики после выборов Туска в сторону ужесточения. Польша, напомним, единственная проголосовала против его переизбрания на пост главы Евросовета еще на 2,5 года.

«Мы, главы правительств, должны защищать интересы своих граждан,- заявила премьер-министр Беата Шидло после выборов.- Однако Европейский Совет очень часто защищает интересы определенных групп».

В Варшаве итоги саммита прокомментировали еще более резко. Ярослав Качиньский, лидер PiS и фактический руководитель Польши, заявил на пресс-конференции: «Бессмысленно скрывать, что в Европе доминирует одна страна и что эта страна – Германия». Он также подчеркнул, что если ЕС и дальше будет идти той же дорогой, что сейчас, то это «приведет к ситуации, когда он станет историей».

Качиньскому вторит государственное телевидение, назвавшее выборы Дональда Туска «успехом Германии».

Многие консервативно настроенные поляки никак не могут определиться с отношением к Евросоюзу: членство в нем несет, с одной стороны, политическую безопасность и экономическое процветание, а с другой – такие малоприятные для них перемены в социальной жизни общества, как терпимость к гомосексуализму и аборты. В Польше немало людей боится, что эти две евросоюзовские тенденции подорвут религиозный дух польского народа и национальные традиции.

«Патриотов», конечно, пугает и ослабление национального суверенитета и передача все большего числа полномочий Брюсселю. Ярослав Качиньский безуспешно пытался уговорить европейских лидеров переписать европейские договоры с целью замедления интеграционных процессов. Он видит объединенную Европу в идеале зоной свободной торговли, а не федерацией.

Переизбрание Туска усилило все эти страхи. Претензий к Брюсселю у Варшавы накопилось много. В Польше были очень недовольны, например, что ее предложения не были учтены в недавнем реформировании европейской Системы эмиссионной торговли. В Варшаве опасаются, что растущая стоимость разрешений на выбросы двуокиси углерода затормозит развитие ее тяжелой промышленности и энергетического сектора, который основывается на угле.

Правительство Шидло отказалось принимать беженцев из Африки и с Ближнего Востока после введения Брюсселем квот для каждой страны. Острые споры между Варшавой и Брюсселем идут и по внутренней политике польских властей, например, реформе конституционного суда, которую в Еврокомиссии и Евросовете считают наступлением на демократию.

Самой крепкой связью, соединяющей Польшу с 27 членами ЕС, являются сейчас деньги. Варшава рассчитывает получить в текущем бюджетном цикле (2014-20) ок. 106 млрд евро.

Не удивительно, что, отвечая на вопрос, не собирается ли Польша прибегнуть к блокированию решений ЕС по бюджету так же, как она сделала это в вопросе с выборами Туска, Беата Шидло попросила не связывать финансы и бюджет с другими вопросами.

Однако коллеги польского премьера придерживаются иного мнения. Франсуа Олланд, например, заметил, что французские взносы в европейские структурные фонды идут Польше. Италия и Австрия не скрывают недовольства позицией Варшавы по отношению к мигрантам и требуют наказать поляков. Еврокомиссар по вопросам юстиции Вера Юрова заявила в интервью Spiegel, что в ходе переговоров по бюджету ЕС после 2020 года в расчет следует принимать не только экономические нужды членов Евросоюза, но и их «ценности». Естественно, все эти высказывания и настроения не поднимают популярность Евросоюза в Польше и играют на руку евроскептикам.

Сергей Мануков, «Expert Online»