10 марта с визитом в России побывал президент Турции Реджеп Эрдоган. Из Москвы он привез деньги, понимание и будущее.

Президент Турции Реджеп Эрдоган

Деньги дал

Несмотря на то, что визит длился всего лишь один день, повестка на переговорах была максимально широкая. И, благодаря кропотливой предварительной работе дипломатов, экономистов и военных (последние не раз встречались на уровне глав генштабов) по всем вопросам удалось достичь как минимум взаимопонимания. Что полностью устраивает Эрдогана, отправившегося в Москву за максимальным количеством побед. «В Турции скоро пройдет конституционный референдум по увеличению полномочий президента, и нынешнему главе Турции нужны маленькие и большие публичные успехи. За счет них он планирует получить голоса националистов», — поясняет РИА Новости доцент Дипломатической академии, директор Центра востоковедных исследований Владимир Аватков.

Судя по всему, проще всего решались экономические вопросы. Эрдоган приехал в Москву за отменой всех санкций, введенных Москвой против Анкары после нападения последней на российский Су-24 в конце 2015 года. «Те фирмы и компании, которые представлены сейчас в России, должны быть избавлены от всех санкций и ограничений, которые имеются в их отношении», — говорит турецкий президент. «Несмотря на политическую волю президентов двух стран, на деле процесс снятия ограничений затягивается. Мы терпеливо ожидали окончания процедур, но сейчас нацелены на окончательное решение вопроса», — вторил ему министр экономики Нихат Зайбекчи. По словам Владимира Аваткова, именно санкционная тема преобладала в публикациях турецких СМИ перед визитом.

Отказывать Эрдогану было непросто — Кремль и без того слишком долго оттягивал снятие сельскохозяйственных санкций (в угоду, понятно, отечественному производителю, которому давали встать на ноги). В результате Путин пошел турецкому коллеге навстречу. По словам российского президента, Москва и Анкара преодолели все разногласия после ситуации с Су-24. В самое ближайшее время будут окончательно сняты все ограничения на импорт турецкой плодоовощной продукции (в частности, томатов, винограда, яблок), а также снят запрет на получение рабочих виз для сотрудников турецких строительных компаний. Радостный Эрдоган снова говорит о перспективах роста товарооборота до 100 миллиардов долларов (в 2016 году эта цифра составляла 15 миллиардов). Российский президент был не столь оптимистичным и отметил лишь возникновение новых горизонтов для сотрудничества.

Сирийская конкретика

С внешнеполитическими вопросами было сложнее. Эрдоган и Путин, скорее всего, обсуждали весь спектр дипломатических тем, от Нагорного Карабаха (турецкий президент ритуально призвал к решению карабахского конфликта, поскольку «растет риск начала новой войны») до европейских проблем, однако основными вопросами была Сирия и Иран.

В сирийском вопросе Москва и Анкара достигли достаточно высокого уровня взаимопонимания и уважения интересов. Вплоть до готовности «понять и прощать ошибки» наподобие случайного российского авиаудара 9 февраля (в ходе которого погибло несколько турецких солдат) или же не пиариться за счет сирийского летчика, чей самолет рухнул на турецкую территорию. Стороны фактически согласились с самой нейтральной версией о том, что он-де упал из-за технической неисправности на борту. Однако у них до сих пор существуют практические разногласия относительно будущего этой страны.

«Для Турции самым болезненным вопросом в сирийской повестке являются курды. Анкара выступает против любого рода автономии для них, а также называет все курдские структуры — даже те, что борются с группировкой ИГ (структура запрещена в РФ – ред.) — террористическими», — поясняет Владимир Аватков. У Москвы иная позиция — Кремль готов сотрудничать с курдами в региональных делах, выступает за их подключение к женевским переговорам и не особо возражает против их культурной автономии в будущей Сирии.

По словам Владимира Аваткова, соприкосновение в сирийском вопросе будет найдено только тогда, когда Москва и Анкара договорятся по остальным пунктам сирийской повестки. Например, о судьбе Асада. «Турция продолжает отказывать сирийскому президенту в легитимности, она лишь немного убрала артикуляцию этой позиции из публичного пространства. Анкара все еще надеется на то, что на место Асада придут умеренные суннитские исламисты, которые будут сотрудничать с Турцией по ряду вопросов», — поясняет эксперт. Судя по всему, конкретизация будущего Сирии станет предметом дальнейших переговоров, причем не столько российско-турецких, сколько российско-турецко-иранских.

Иранская авантюра?

И вот тут возникает еще один тонкий момент. Не секрет, что сейчас Израиль и США хотят сколотить некий региональный блок по противодействию Ирану. За сутки до визита Эрдогана в Москве побывал израильский премьер-министр Беньямин Нетаньяху, и он убеждал Путина поучаствовать в игре «выброси Иран из Сирии». И если Путина он, по всей видимости, не убедил, то с Анкарой чисто теоретически должно быть попроще. Иран всегда соперничал с Турцией за влияние в регионе, и саму сирийскую войну Анкара поддерживала именно для того, чтобы выбить эту страну из-под иранского влияния. Почему бы не совершить новый подход к снаряду?

Потому что практически это не выгодно Турции, по крайней мере в данный момент. Во-первых, по словам Владимира Аваткова, Эрдогана полностью устраивает формат Россия-Турция-Иран в деле урегулирования сирийской проблематики (Анкаре гарантировали соблюдение ее интересов в вопросе о будущем устройстве этой страны). Действительно, Турция за последние несколько лет совершила слишком много ошибок, и ей нужны партнеры для конструирования Ближнего Востока в соответствии с турецкими интересами. Но где их взять?

Недавний турецко-германский скандал (когда министрам Турции фактически запретили приехать в ФРГ и убеждать живущих там турецких граждан прийти и проголосовать на турецком референдуме) показывает, что Евросоюз Анкару вообще не воспринимает. На американцев надежды нет — Дональд Трамп продолжает заигрывать с курдами, и всерьез намерен защищать их от нападения со стороны турецкой армии и подконтрольной ей части сирийских боевиков. США хотят, чтобы сирийские курды сначала взяли Ракку, а потом превратились в инструмент американского влияния на сирийские, турецкие и иранские дела. Говорить же о сотрудничестве между Анкарой и Израилем очень сложно — да, стороны недавно примирились, однако исламист Эрдоган продолжает всячески поддерживать палестинское дело, поэтому новый конфликт между сторонами не за горами.

Остаются лишь Россия и Иран, российско-ирано-турецкий триумвират. Да, чисто теоретически нельзя исключать вероятности того, что авантюрный Эрдоган все-таки решит разрушить эту ось и поучаствует в антииранской кампании Запада. Однако хочется все-таки надеяться, что президент полностью выучил уроки первой половины 2016 года, и не станет ссориться с единственными партнерами, которые его воспринимают как равного.

Геворг Мирзаян,
доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ, для РИА Новости