На фронте Великой Майданной войны без перемен — только каждые сутки в сухих боевых сводках пресса сообщает, что кто-то ранен или убит. Один, два, три человека, бывает и больше… Каждый день, месяц за месяцем, год за годом насильно обрываются человеческие жизни.

Война на Донбассе

Я не уверен, что эти погибшие люди (или даже большинство из них) читали «На Западном фронте без перемен» — культовую для моего поколения антивоенную книгу Ремарка. Определение «потерянное поколение» это оттуда: «Нам было восемнадцать лет, и мы только еще начинали любить мир и жизнь; нам пришлось стрелять по ним. Первый же разорвавшийся снаряд попал в наше сердце. Мы отрезаны от разумной деятельности, от человеческих стремлений, от прогресса. Мы больше не верим в них. Мы верим в войну…».

Потерянное поколение. Это сейчас. И вокруг. Молодежь бросили в мясорубку гражданской войны людишки, которым любой ценой надо было удержаться у власти. Мелкие людишки говорили высокие слова, лишь бы пушечное мясо поскорее пошло умирать за них в бою. И сами дети, воспитанные на компьютерных стрелялках и исторических реконструкциях, поначалу не могли поверить, что смерть — это навсегда. Им пришлось на своей шкуре убедиться, что война, как и во времена Ремарка, это род чудовищно опасной болезни, вроде рака или СПИДа. Только смертельный исход наступает гораздо чаще.

Да и мы, взрослые, не сразу могли поверить, что это возможно в нашей стране, в наше время, с нашими детьми. Мы не могли представить, что наступит такое быстрое оскотинивание общества, и ежедневная человеческая смерть на поле нелепого боя станет восприниматься наравне с прогнозом погоды. Мы не могли спрогнозировать подлое поведение порядочных с виду людей, которые в упор не видят насилия и пыток, войны и вранья. Мы не думали, что «цивилизованный мир» будет ласково прикармливать откровенных неонацистов. И мы теперь тоже не будем прежними.

Но у нас есть хотя бы надежда и возможность внутренне измениться, в отличие от тех, кто уже убит. В результате артиллерийских и минометных обстрелов, бомбардировок городов, огня снайперов и автоматчиков, методичных пыток и стихийных расправ погибли тысячи людей. Из них сотня — маленьких детей, истинная небесная сотня. С начала конфликта на Восточной Украине (по данным ООН на 15 сентября 2016 года) официально задокументировало 9640 связанных с конфликтом смертей и 22 431 ранений среди военных и гражданских лиц. Из них мирных жителей погибло примерно 2 тысячи человек и еще 6-7 тысяч были ранены. Сейчас уже больше.

А рядом с линией фронта продолжается весёлая жизнь столицы и тыловых городов — с их светскими раутами, сияющими ресторанами и пиршеством интендантов. Я гляжу на выступающего по телевизору спокойного Турчинова и вижу десятки убитых по его воле детей. Наблюдаю в новостях трусливо падающих на судах в обмороки мосейчуков-корбанов-насировых и вижу павших в братоубийственной бойне тысячи солдат-украинцев. Смотрю на холёных политиков в телестудиях и вспоминаю едва выживающих на скудную пенсию старух…

Оказывается, «люди со светлыми лицами» могут быть страшнее зверей. Это они молчали о первых убийствах рядовых милиционеров зимой 2014 года, утаивали факты издевательств над захваченными в плен на Майдане правоохранителями, сознательно врали и помогали своим враньём организаторам государственного переворота. Помните одну из самых «светлолицых» — Ольгу Богомолец, которая заботилась о лечении боевиков за границей? «Мы теряем возможность отправлять на лечение и протезирование ребят из «Свободы» и «ПС» («Правый сектор», структура запрещена в РФ – ред.), — в разгар Майдана писала она своим соратникам. В своем письме, помнится, Богомолец сообщала, что лечить протестующих за границей проблемно, так как из-за постоянно всплывающих фактов насилия на Майдане у иностранных журналистов к боевикам возникает много вопросов, а это нежелательно и надо бы всячески избегать подобных ситуаций.

Помнится, лидер упомянутой в письме «Свободы» Олег Тягнибок писал, восхваляя вклад своих боевиков, о которых так заботилась «светлолицая» Ольга Богомолец, в победу якобы «демократии»: «Революция Достоинства — яркий пример «бандеризации». Главным лозунгом Майдана стало бандеровское «Слава Украине! Героям слава!» А движущей силой Майдана, кто бы что ни говорил и как бы сейчас ни пытался заретушировать этот факт, стал национализм. И этих бойцов за «демократию» дружно поддерживали на Майдане интеллигентные, толерантные и благовоспитанные жители столицы. Они потом ещё за Порошенко голосовали, а теперь они как бы вообще ни при чём…

Помню, как растекшиеся с Майдана «революционеры гидности» из Киева хлынули в перепуганные города. Первыми убитыми вне Киева гражданами Украины стали двое харьковчан, которых застрелили боевики неонацистской организации «Патриоты Украины», вскоре реорганизованной в батальон «Азов» — нынешнюю гордость майданной власти. В ту весеннюю ночь убийства они транслировали в соцсетях: «С самого утра бичами с Антимайдана готовились провокации и акции против СНА («Социал-национальной Ассамблеи» — К.К.) и «Правого сектора» в городе Харьков. Около 20:00 на пл. Свободы антиукраинские массы совершили нападение на автомобиль, в котором находились члены СНА и Вождь… (Андрей Билецкий — К.К.) Позже унтерменьши совершили вторую попытку штурма… наши бойцы смогли устоять и не понести потерь среди личного состава… Слава Героям!» Конец цитаты. И украинская «патриотическая общественность» захлёбывалась от восторга и гремела вслед выстрелам: «Героям слава!»

Сколько из этих злых бойцовых щенков буквально через несколько недель добровольно уйдёт на войну? Сколько из них погибло к сегодняшнему дню? Симпатичные герои книги Ремарка, вчерашние школьники, тоже были добровольцами, ушедшими и погибавшими на фронте ради (как им сначала казалось) Родины. А позже выяснилось, гибли они ради чужих доходов и власти. И озверение коснулось их душ: «Мы превратились в опасных зверей, — говорит Ремарк устами своего героя. — Мы швыряем наши гранаты в людей, — какое нам сейчас дело до того, люди или не люди эти существа с человеческими руками?..» Потерянному поколению Украины не о чем говорить со своими родителями, знающими войну лишь по телевизионной пропаганде; потерянному поколению нечего передать потомкам, кроме груза военных преступлений против собственного народа.

Главного героя книги Ремарка, девятнадцатилетнего Пауля Боймера, убивают, когда на фронте случилось затишье. Все вокруг уже говорили о перемирии, и военные сводки были кратки: «На Западном фронте без перемен». У нас сейчас тоже вроде бы перемирие. Правда, с начала года миссия ООН подтвердила факт гибели 20 человек среди гражданского населения и ещё девяносто человек были ранены. В докладе отмечено, что большинство мирных жителей пострадали в результате обстрелов из танков, артиллерии или систем залпового огня… На Восточном фронте без перемен.

Константин Кеворкян, «ПолитНавигатор»

Метки по теме: ; ; ; ; ; ; ;