США меняют терминологию

Белый дом в борьбе с террористической группировкой, общим для которой является словосочетание «исламское государство», решился на маленькую «терминологическую революцию». По сообщению американской прессы, отныне Пентагон во всех официальных документах и заявлениях будет именовать ее как «Исламское государство Ирака и Сирии» или ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ), ссылаясь на меморандум президента США от 28 января 2017 года и указания министра обороны. Ранее администрация президента Барака Обамы предпочитала другой акроним — «Исламское государство Ирака и Леванта» или ИГИЛ (организация, деятельность которой запрещена в РФ). По словам пресс-секретаря Пентагона Джеффа Дэвиса, ничего необычного здесь нет, так как оба термина являются «взаимозаменяемыми», но ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) «наиболее известна и понятна американской общественности, и это то, что использует наше руководство».

Однако можно вспомнить, что в 2013 году лидер террористов Абу Бакр аль-Багдади не случайно изменил название своей группировки на «Исламское государство Ирака и Леванта» (организация, деятельность которой запрещена в РФ). За этим стояли растущие амбиции террористов, так как Левант является историческим понятием, охватывающим территории, которые включают части Сирии, Ливана, Израиля, Палестины и Иорданию. В конце января этого года, как пишет The Washington Post, президент Трамп приказал Пентагону и другим ведомствам составить к концу февраля предварительный проект новой стратегии по борьбе с террористами, которая «может повлечь за собой существенные изменения стратегии действий в Сирии, унаследованной от Обамы». В частности, США, возможно, сократят или прекратят поддержку, которую долгое время оказывали силам умеренной оппозиции, борющимся с сирийским правительством, ограничат или вовсе откажутся от использования формирований сирийских курдов в качестве основной «опосредованной силы» в боях с боевиками. И далее: «По словам высокопоставленных официальных лиц, осведомленных об этих усилиях, главная цель — сузить деятельность США, дабы более энергично сосредоточиться на «Исламском государстве» (организация, деятельность которой запрещена в РФ) и других террористических группировках, не отвлекаясь на гражданскую войну в Сирии, потребность в «государственном строительстве» или продвижение демократии».

Такое намерение Белого дома не могут не приветствовать христианские общины в Ираке и Сирии, пострадавшие от действий террористов и потому постоянно призывающие американцев к решительной борьбе с ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ). Однако, на наш взгляд, новая стратегия Вашингтона должна поставить и вопрос, насколько адекватно и уместно будет в дальнейшем использовать в акрониме террористических групп сочетания «исламское государство» с акцентом на первое слово. Когда ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) дало знать о себе явно, оно и с его подачи мировые средства массовой информации стали активно использовать религиозный фактор. Ислам и христианство росли как религии, предлагающие своим адептам новый образ жизни, позволяющий на этих началах создавать повседневную социальную ткань, социализировать людей в семье и общине. Но террористы из всего богатства ислама и христианства выбрали узкий сегмент апокалиптических предсказаний. На этой основе ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) выстраивала собственную информационную кампанию. Террористы объявляли то о войне с «крестоносцами» во главе с Ватиканом, то вспоминали древние исламские пророчества о последней битве накануне конца света. Но с точки зрения организации повседневной жизни людей, если что и было так называемого «исламского» в действиях террористов, то разве что обращение к архаичной практике взимания с «неверных», то есть христиан, джизьи (дополнительного налога). Иногда даже складывалось впечатление, что информационным прикрытием ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) занимались люди, знакомые с основами ислама, но сами по себе неверующие и с западным менталитетом.

В конечном итоге те мусульманские мыслители, отрицающие за террористами право использовать исламские каноны, обвиняющие их в искажении религии, выглядели более правыми, чем те, кто спекулировал на теме фундаментализма. В наиболее сложном положении оказались в этом контексте христианские меньшинства Ближнего Востока. С одной стороны, они не могли не взывать к мировому сообществу о помощи. С другой стороны, им нужно было пройти между Сциллой и Харибдой, между апелляцией к чувствам сопричастности с единоверцам и негативной исторической памятью об эпохе крестовых походов и разыгрывания западными державами христианского фактора в своих геополитических интересах. Сегодня баланс позиций начинает смешаться, что ставит лидеров христианских общин перед серьезными вызовами. На днях, комментируя итоги визита председателя «Национального фронта» Франции Мари Ле Пен в Ливан, итальянский портал Vatican Insider иронично заметил: на Ближнем Востоке растет список подражателей защитникам христиан. Под этим подразумевается, что положение христианских общин сегодня становится все чаще и чаще поводом для обоснования «геополитических операций». В свою очередь издание приводит мнение сирийского монаха из монастыря Святого Моисея Абиссинского отца Жака Мурада, который считает, что «неуместно говорить о постоянном «геноциде» христиан на Ближнем Востоке», поскольку «первыми жертвами ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) были мусульмане-сунниты», поэтому представление «христиан как единственных жертв войны только лишь увеличит сектантские разделения».

Безусловно, мнение отца Жака — это не истина в последней инстанции, и многие лидеры ближневосточных христиан не согласятся с ним, считая, что ради защиты их паствы можно акцентировать внимание на факторе «исламского фундаментализма». Но если сформулировать очередность целей и последовательность, то желание в первую очередь покончить с террористической группировкой ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ) при одновременном обустройстве мирной жизни в Ираке и Сирии, заставляет более внимательно присмотреться к терминологическому обоснованию планируемых операций. Как отмечает сиро-католический патриарх Антиохийский Игнатий Юсуф III Юннан, сейчас «мы можем только надеяться восстановить социальную ткань, которая растворилась». По его словам, в настоящее время проблема заключается в поддержке законного сирийского правительства, признанного ООН, но «есть европейские страны, Франция, Великобритания и Германия, которые не помогают на этой хрупкой стадии». Патриарх отмечает, что проблема прорастания фундаментализма в обществе существует, она затрагивает и мусульманских соседей ближневосточных христиан. Но вместе с тем он надеется, что президент Трамп сможет реализовать то, что говорит в отношении Сирии и свободы вероисповедания, защитив «это право для всех, а не только для христиан». Однако если среди мировых держав сложится консенсус в отношении того, что ныне главным делом должна стать победа над ИГИС (организация, деятельность которой запрещена в РФ), необходимо будет отделить деятельность этих террористов от остальных мусульман, чтобы с водой не выплеснуть и ребенка, тех лидеров исламского сообщества Ближнего Востока, которые заинтересованы в сосуществовании со своими христианскими соседями.

* организация, деятельность которой запрещена в РФ

Станислав Стремидловский, ИА REGNUM