Совместное противостояние Вашингтона и Москвы международной террористической группировке ИГИЛ (запрещена в РФ — ред.) является первым шагом к снятию санкций с России, заявил представитель Белого дома Шон Спайсер.

Обама и ИГИЛ

По его словам, если США хотят победить ИГИЛ, им придется сотрудничать с Россией.

Спайсер добавил, что решение по санкциям пока не принято, но отметил, что президент США Дональд Трамп и его команда продолжат вести диалог с Москвой по этому вопросу.

«Он (Трамп) — великолепно умеет вести переговоры и готов работать с Россией или любой другой страной в сферах общих интересов. Если мы с ними (с Россией) можем стать партнерами или разработать план по уничтожению ИГИЛ, то мы и это сделаем», — приводит «Интерфакс» слова официального представителя американского президента.

В беседе с корреспондентом «Вестника Кавказа» военный обозреватель ТАСС, полковник в отставке Виктор Литовкин в первую очередь отметил, что Россия и США только вместе смогут победить террористическую группировку ИГИЛ (запрещена в РФ). «То, что российское-американское сотрудничество по борьбе с ИГИЛ должно быть налажено – это объективная необходимость. По отдельности ни мы, ни они победить ее не в состоянии», — отметил он.

При этом эксперт допустил, что Москва и Вашингтон действительно могут стать союзниками в данном вопросе. По его словам, это может произойти в том случае, если США перестанут использовать ИГИЛ для свержения неугодных им руководителей арабских государств. «Все зависит от искренности США, готовы ли они по-настоящему бороться с ИГИЛ, или же, прикрываясь словами о борьбе с ИГИЛ, продолжат пытаться свалить Башара Асада, как это делала администрация Обамы» – рассказал он.

Также военный обозреватель ТАСС поведал, как именно могло бы осуществляться российско-американское сотрудничество по борьбе с ИГИЛ. «Например, мы бомбим, а они проводят наземную операцию. А есть еще Турция, Иран, Сирийская правительственная армия, которые тоже могут участвовать в этой борьбе. Важно, чтобы американцы поддерживали и своими разведданными, и разделением труда, скажем так, и в вопросе проведения наземных операций. Войска США находятся в этом регионе, они могли бы этим заниматься. Можно было бы отвести американские войска из стран Балтии и Восточной Европы и направить их на Ближний Восток, чтобы заниматься борьбой с серьезное угрозой в лице ИГИЛ, а не выдумывать всякие мифы о российской военной угрозе, которые нацелены на Прибалтику», — считает он.

Помимо этого, он уточнил, что противоречия Ирана и США не скажутся на борьбе с ИГИЛ.

«Исламская республика не стремится сотрудничать с США, но она будет с Сирийской правительственной армией. Россия же будет сотрудничать как с Сирийской военной армией, так и с США. Необязательно, чтобы американцы и иранцы контактировали. У нас есть центр по объединению усилий, который находится в Багдаде, где участвуют и российские, и американские офицеры, и сирийские, и иракские офицеры. И все дружно работают, когда хотят работать», — напомнил эксперт.

В то же время эксперт обратил внимание на то, что говорить об отмене антироссийских санкций не стоит, поскольку Россия является для Америки политическим, экономическим и военным конкурентом. «По этой причине США при помощи санкций пытаются приостановить развитие России. Это началось в 1949 году, когда был введен Комитет по экспортному контролю. Далее последовала поправка Джексона-Вэника, а потом был акт Магницкого. США совершенно невыгодно развитие России, поскольку она может опередить их во многих отношениях. Американцы этого не хотят, поэтому делают все возможное и невозможное, чтобы притормозить развитие России», — подытожил Виктор Литовкин.

Президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов, в свою очередь, обратил внимание, что именно сирийский кризис является тем пунктом российско-американской повестки дня, по которой возможно подлинное сближение и сотрудничество сторон. «Оба президента заинтересованы в убедительном успехе в борьбе с ИГИЛ и другими террористическими группировками, а также в том, чтобы выработать приемлемую стратегию выхода из конфликта. Поэтому сотрудничество на этом поле вполне возможно, особенно учитывая много раз заявленную позицию Трампа: сначала разбираемся с террористами, потом решаем, как быть с Асадом. При всех сложностях сирийского конфликта именно здесь возможно взаимодействие, в том числе потому, что здесь у России сильны позиции, а у США выражены интересы», — указал он.

При этом сфера борьбы с международным терроризмом все же делится на американскую и российскую зоны. «У США есть иракский сектор ответственности, у России – сирийский. Синхронные действия в обеих зонах при последовательном давлении на региональные державы и потенциальных спонсоров террористических группировок могут дать искомый эффект. Разумеется, этот эффект не подразумевает окончательного решения вопроса терроризма на Ближнем Востоке, но вполне возможен такой эффект, как уничтожение той или иной группировки и освобождение территорий, которые она контролирует», — заключил Михаил Ремизов.

Вестник Кавказа