И один в поле воин: Brexit

И один в поле воин: Brexit

Выборы в Европейский парламента (ЕП) в 2014 г. и последующая эволюция событий показали явный рост крайне правых и правопопулистских настроений в Европе. Конечно, крайне правые находятся в своих странах в оппозиции, но именно в последние годы они заметно и резко укрепили свои позиции в самых разных странах Евросоюза. Сегодня именно партии этого спектра являются главными врагами «единой Европы» и ЕС как такового. Но в силу исторических причин, если говорить о деятельности панъевропейских объединений, имеет место не только разделение на правых популистов и крайне правых; внутри самих этих «политических семей» существует дифференциация.

Так, сегодня правый популизм представлен в ЕС созданным в 2014 г. Альянсом за прямую демократию в Европе (АПДЕ) и оформленным в 2011 г. Движением за Европу свобод и демократии (ДЕСД). В первом из указанных объединений тон задаёт Партия независимости Соединённого Королевства (ПНСК), которая практически в одиночку — в условиях «европеистского» объединения всех основных парламентских партий Великобритании — летом 2016 г. на референдуме по «брекзиту» сумела добиться успеха — победы сторонников выхода Британии из ЕС. В ЕП на АПДЕ ориентируется состоящая из 42 членов группа «Европа свободы и прямой демократии», ядро членов которой составляю собственно депутаты от ПНСК и итальянского антисистемного и популистского движения «Пять звёзд».

В свою очередь, ведущие позиции в ДЕСД принадлежат Датской народной партии (ДНП), консервативно-популистской силе, добившейся на парламентских выборах в 2015 г. исторического для себя успеха с 21% голосов. Евродепутаты, представляющие национальные партии-члены ДЕСД, входят в состав парламентской группы «Европейские консерваторы и реформисты». По многим политическим позициям ДЕСД блокируется в Европарламенте с Альянсом консерваторов и реформаторов в Европе.

И АПДЕ, и ДЕСД являются правыми евроскептическими формированиями. С их точки зрения, Европейский Союз превратился в централизованное, бюрократическое образование, управляемое неподконтрольными народам и национальным парламентам технократами, и стремительно движущееся — вопреки воле наций — в сторону политического федерализма. Партии, входящие на национальном уровне в АПДЕ и ДЕСД, призывают бороться против угрозы «европейского технократического государства», они последовательно выступают против функционирования Валютного и экономического Союза как такового с единой денежной единицей, расширения прерогатив Европейской Комиссии, подвергают критике «усиленные кооперации» стран-членов ЕС в отдельных вопросах.

У правых популистов имеются свои рецепты по «выздоровлению Европы». Например, к ним относится идея восстановления полновесного национального контроля за границами стран-членов и фактического упразднения «Шенгенга» при «усилении» общего иммиграционного законодательства. В политическом документе АПДЕ подчёркивается: «Мы хотим переделать Европу на простых основах свободной и добровольной кооперации.» Впрочем, после «брекзита» многие правопопулистские партии в «Старом Свете» уже ставят вопрос о полезности последовать британскому примеру.

Справедливо мнение о том, что в современной Европе правый популизм и крайне правые являются объективными союзниками Кремля. Евродепутат Найджел Фарадж, «рупор» кампании за выход Соединённого Королевства из ЕС, открыто заявляет, что «Владимир Путин — лидер, который меня больше всех восхищает». В свою очередь, в 2014 г. руководство ДНП заявило, что мы должны уважать право народа Крыма на воссоединение с Россией». В большинстве случаев партии, примыкающие к АПДЕ и ДЕСД, в своих парламентах выступали против продления антироссийских санкций.

Крайне правый спектр политической Европы также представлен несколькими транснациональными субъектами без большой истории, прежде всего здесь речь идёт о Движении за Европу наций и свобод (ДЕНС) и Европейском альянсе национальных движений (ЕАНД). Оба данных панъевропейских движений объединяют крайне правые и правонационалистические партии, выступающие принципиально против европейской интеграции и за выход своих государств из Евросоюза.

В ДЕНС, де-юре оформленном лишь после евровыборов 2014 г., главенствующее место принадлежит французскому Национальному фронту (НФ), располагающему сегодня поддержкой четверти избирателей. Заместитель председателя НФ Мари Лё Пен Луи Алио является президентом Движения. Из других известных и влиятельных правонационалистических партий, в деятельности ДЕНС принимают участие Австрийская партия свободы (АПС) и итальянская Лига Севера. В ЕП на ДЕНС ориентируется фракция «Европа наций и свобод», состоящая из 40 евродепутатов, преимущественно представляющих НФ. В то же время, с ДЕНС сотрудничают также голландская Партия свободы (ПС) и «Альтернатива для Германии» (АДГ).

Ещё раньше, в 2009 г. был создан ЕАНД, причём по инициативе… французского НФ. Но это была идея бывшего шефа французских националистов Жан-Мари Лё Пена; когда же его дочь Марин сменила отца на посту главы НФ, в конце 2011 г., в русле курса на «де-дьяволизацию» НФ она решила отказаться от участия в данном объединении в силу его слишком ультранационалистического имиджа. С этого времени ЕАНД превратился в «вотчину» ультраправой партии «Йоббик» — Движения за лучшую Венгрию, чей представитель Бела Ковач и является сейчас председателем альянса. Из партий-участников ЕАНД только «Йоббик», третья по влиянию партия в Венгрии, имеет парламентское представительство.

Как для ДЕНС, так и для ЕАНД, совершенно не характерно наличие конкретных и конструктивных инициатив по «переделке» ЕС. Им не нужно это, потому что в принципе европейские крайне правые не ставят своей задачей «вылечить» ЕС от кризиса. Для них стратегически важно его развалить. Как заявила М. Лё Пен на прошедшей неделю назад конференции своей группы в ЕП в Кобленце, «Европейский Союз мёртв, но ещё не знает об этом. Он провалился во всех сферах.» Не менее откровенна и подруга М. Лё Пен, лидер германской АДГ Фрауке Петри: «Европейский Союз не преуспеет так же, как Наполеон, нацисты или Советские…»

Нельзя, однако, сказать, что у европейских крайне правых имеется единая и монолитная позиция по разрушению ЕС, Если, например, французский НФ и нидерландская ПС (как, впрочем, и венгерский «Йоббик»), действительно, нацелились повторить «брекзит» на национальном уровне, с акцентом на отказ от Союза, единой валюты и Шенгенского пространства, то некоторые правые националисты занимают более сдержанную позицию. Так, лидеры АПС недавно дали понять, что не в интересах Австрии поднимать сегодня тему выхода из Евросоюза и отказа от единой европейской валюты.

В чём точно сходятся представленные и в ДЕНС, и в АЕНД национальные крайне правые партии, так это в симпатиях в отношении России. На уровне ЕП, в Италии, Франции, Австрии и т. д. крайне правые последовательно и жёстко критикуют политику ЕС и своих национальных правительств по отношению к Москве. Лиде итальянских «северян» Маттео Сальвинии обещает, что в случае прихода к власти правых сил, они будут на качественно более высоком уровне отстаивать стратегическое партнёрство с РФ. М. Сальвинии и М. Лё Пен известны как политики, лоббирующие в своих странах отмену антироссийских санкций. У нас много любят рассуждать о крайне правой опасности в Украине, которая. Конечно, имеет место. Но ирония заключается в том, что европейские крайне правые, в своём большинстве, уже давно признали для себя правоту поведения России на «крымском направлении». Как отмечает лидер венгерского «Йоббика» Габор Вона, «Европа выступила против своих интересов за антироссийские санкции, отказываясь от своего суверенитета, энергообеспечения и независимости».

И вот какой парадокс истории получается. Если сто лет назад Москва стала центром международного революционного движения, настроенного на всемирную пролетарскую революцию, то сегодня, похоже, она является ориентиром прежде всего для наиболее ксенофобских и националистических сил на европейском континенте…

Руслан Костюк, ИА Regnum

Метки по теме: ; ; ; ; ; ;