Конечно, это было с ее стороны дерзко – прерывать самого президента. И неосторожно. А когда эту женщину из зала выволокли, президент продолжил себе обличать Трампа. За то, что с женщинами ведет себя местами неподобающе.

«Мнимый больной». Барак Обама признался, что стар, глух и слеп

Работая на разогреве у Хиллари Клинтон, Барак Обама все-таки перегрелся. Из него, наконец, полезла правда, как тесто из кастрюли. На торжественном ужине Демократической партии в Огайо. «Я становлюсь старым, не могу вас расслышать и не могу разглядеть», – сказал президент США женщине, откуда-то с балкона прервавшей его пламенную речь о Хиллари Клинтон.

Хотя против нефтепровода в Северной Дакоте она выступила достаточно громко и даже с плакатом. Этот проект – известная и скандальная история. Индейцы штата добились было его временного закрытия. Но 9 октября апелляционный суд это решение отменил. Начались протесты, потом аресты. И совсем не факт, что даму вывели просто на улицу. Обама вдогонку предложил ей изложить все в письменном виде – так, сказал, он лучше понимает. А после того, как женщину выволокли, продолжил обличать Трампа за его неподобающее отношение к слабому полу. В общем, кроме проблем со слухом и зрением у него и «все, что было не со мной, помню».

Но это, наверное, от Клинтон передалось. Тоже ведь под присягой заявила, что совсем не помнит, как «сливала» государственные документы в интернет. «В несознанку пошла», – как назвал бы это герой Олега Табакова из «Ширли-Мырли». Обама, впрочем, в своих недугах вроде бы как признался чистосердечно. Хотя, скорее всего, он просто решил, что в такой благодарной аудитории это сойдет за шутку. Было бы еще смешнее, закрой он уши руками и зажмурь глаза, как делают дети, когда им мешают.

А ведь даже ООН требует остановить прокладку трубы в Северной Дакоте и уважать интересы коренного населения. Но президент США и ООН, как ту женщину, не слышит и разглядеть не может. И это уже не только про нефтепровод. И не только, кстати, про Обаму. Они все в том Белом доме рамок не видят. Просто он первый, кто признал: когда я ем, я глух и нем, когда нелеп, еще и слеп. Зато теперь понятно, почему Путину пришлось едва ли не к уху Обамы наклоняться во время их встречи в Анталии на саммите «двадцатки».

Между тем, шикарный повод сослаться на плохой слух у Обамы есть и сегодня. На экстренном Совете национальной безопасности «ястребы» как раз будут рекомендовать ему бомбардировки армии Асада. Самое время прикинуться, мол, «а, что, говорите громче, ничего не слышу». Но тут другая беда. Как бы он себя ни повел, уже могут не послушать и не заметить его самого.

Хотя, конечно, слукавил Обама. Был в Огайо, а мыслями-то уже на Гавайях. Потому и симуляция, что, ну, какой с меня спрос. Ему бы с этим притворством поаккуратней. Вспомните Мольера, который сам играл своего «мнимого больного» Аргана – и сразу после спектакля занемог. Впрочем, в политическом смысле Обаме уже все равно нечего терять. Его выписывают. 8 ноября в США – выборы нового, как они надеются, демократического пациента.

Михаил Шейнкман