У нашего заокеанского соседа, похоже, будет новый общефедеральный праздник. Наряду с Днем благодарения, Днем независимости на подходе День Хиллари, он же День стеклянного потолка.

Хиллари Клинтон

После того, как съезд Демократической партии номинировал Хиллари Клинтон в качестве кандидата в президенты США, расчувствовавшаяся номинант и бенефициант сказала речь: «Стоя здесь, как дочь своей матери и как мать своей дочери, я счастлива, что этот день наступил, день счастливый и для бабушек, и для маленьких девочек, и для всех, кто находится между ними. Но счастливый также для мальчиков и мужчин, поскольку, когда падает барьер в Америке, то он падает для всех. Когда не существует никаких потолков, тогда лимит нашего движения вперед — это небо. Так давайте же пойдем, пока каждый из нас — из 161 миллиона женщин и девушек по всей Америке – не получит тех возможностей, которые они заслуживают».

Так, завершилась до предела скандальная история выдвижения первого кандидата женского пола на высший пост от  двухпартийной системы. Женщины-претенденты от партийной мелюзги бывали и раньше, но кандидатов от карликовых партий (равно, как и самих партий) в большой американской политике как бы и не существует. Что вообще-то неверно: иногда третий кандидат набирает силу достаточную, чтобы изрядно нагадить кому-то из фаворитов. Принцип «не съем, так понадкусываю» вполне применяется и в американской политике. Но новизна действительно изрядная: кандидатом, чьи шансы выиграть игры за престол отличны от нуля, впервые стала дама.

Вообще-то сам по себе половой (расовый, возрастной etc.) признак претендента еще добродетелью не является, ибо никак еще ни говорит — ни хорошо, ни плохо — о его моральных и деловых качествах. Хотя не только в американском, но и вообще в передовом западном быту принято считать иначе.

Вспомним хотя бы ныне действующего американского президента Барака Обаму. Никакими сверхъестественными добродетелями данный муж не отличался, но эйфория 2008 г., захватившая западный мир, была чрезвычайной. Никогда американским президентом не был негр (точнее — мулат, хотя это и не важно), и вот сказка стала былью, Обама — наш президент. Он произведет перестройку для США и всего мира, а мы загодя поощрим его Нобелевской премией.

Каковая авансовая премия, если говорить начистоту, была выдана ему за расовую принадлежность, потому что никакими иными добродетелями и великими свершениями Обама себя не проявил. Вероятно, если президентом Франции изберут араба (по нынешним временам вещь вполне вероятная), Нобелевский комитет таким же манером подсуетится.

Для нашего быта здесь много странного. Претензии на установление квот не пользуются большим спросом в обществе, поскольку есть еще не вполне забытый богатый опыт советского прошлого. Во времена СССР квотирование по половым и национальным признакам было чрезвычайно распространено. Причем не только при формировании вполне декоративных советов, где от этого квотирования никому, кроме самого депутата, было ни жарко, ни холодно. Квоты на нацкадры встречались и при раздаче благ (например, в системе образования — при поступлении в вузы), и, что более важно, при раздаче властных полномочий. Назначение местного начальства из числа коренного населения (в сущности, те же квоты на блага) — это достижение политкорректности, к которому просвещенный Запад только сейчас приходит.

Все это, совершенно как сейчас на Западе, сопровождалось изрядными перегибами и головотяпством, и система квотирования воспринималась как неразумное порождение бюрократического социализма. А равно, как показуха — Западу сейчас тоже предстоит освоить это важное понятие.

Вместо того выдвигался принцип «был бы человек хороший», а какого он пола, национальности и вероисповедания — да какого угодно. Практика квот осмеивалась видными демократами и, что существенно, так же и видными демократками. Теперь принцип «был бы человек хороший», (восходящий еще к «нет ни эллина, ни иудея», а равно и к пушкинскому «Не то беда, что ты поляк — Костюшко лях, Мицкевич лях») оказался одним из немногих выживших и даже действующих достижений перестройки. Про непотизм и кумовство говорить не будем — сия болезнь, похоже, вечная.

Наши заокеанские соседи всего этого не знают и с энтузиазмом неофитов осуществляют девиз «дорогу женщине!» — на примере Хиллари Клинтон. Примерно как восемь лет назад осуществляли программу содействия прогрессу цветного населения на примере Барака Обамы.

В общем-то, и Бога ради. Хозяин — барин, тем более великий заокеанский хозяин. Если нет более плодотворной идеи для выборов, чем квотирование — сперва Обама, затем Хиллари, — что ж, за неимением гербовой пишут и на простой.

Единственная ошибка, как то представляется стороннему наблюдателю, — это сама кандидатура Клинтон. С Обамой-то все было в порядке, он не только мулат, но и человек хороший (только должность у него плохая). Выражаясь слогом Юрия Лужкова, «никакой нечистоты, теневки за Обамой нет». Про Хиллари это сказать труднее.

Изучение ее биографии, начиная еще с провинциального Арканзаса, где супруга тогдашнего губернатора Клинтона необычайно успешно играла на бирже, а потом доверенный адвокат взял и случайно помер при неясных обстоятельствах, и вплоть до нынешнего гомерического мухлежа с праймериз, оставляет одно впечатление. «Грязь такая, что хочется калоши надеть».

Бесспорно американские (а также и практикующие в других странах) политики — все преимущественно не святые, причем сильно не святые, но, однако же, во всем должна быть мера.

Все-таки Хиллари Клинтон — первый претендент на пост президента США (по крайней мере в новейшей истории), с именем которого связаны слухи о мокрых делах. Отчего ее торжественное заявление «Когда не существует никаких потолков, тогда лимит нашего движения вперед — это небо» звучит несколько двусмысленно, ибо слухи как раз касаются отправки на небо некоторых слишком много знавших людей.

Такие кривые толки, темные дела являются сильным обременением хоть для кого. Для кандидата в первые президенты США женского пола обременение тяжко вдвойне, ибо не на должность же леди Макбет Хиллари Клинтон баллотируется.

Максим Соколов