Думать, что Евросоюз развалится после выхода из его состава Великобритании, — наивно.

 

Сбежавшая невеста Евросоюза

 

Во-первых, никто никого еще никуда не отпускал: процедура Brexit находится даже не в начальной, а только в предварительной стадии. Предстоят долгий и мучительный сбор документов, решения Европарламента и т.д.

 

Во-вторых, Германии такой «выход», простите за тавтологию, только на руку. Она получает в свое распоряжение всю континентальную Европу. Думаю, что Ангела Меркель и ее соратники втайне даже «держали кулачки» за положительный результат на британском референдуме.

 

В-третьих, Великобритания находилась в составе Евросоюза на таком особом положении (и в последнее время оно становилось все более и более «особым»), что иметь такой прецедент Брюссель позволить себе больше не может. Теперь отношение к членам ЕС со стороны «старших товарищей» будет поистине строгим. И, например, Греции придется забыть о некоторых кредитных вольностях, на которые она, вероятно, рассчитывала.

 

Конечно, много политических копий будет сломано вокруг того, что Brexit якобы запустил механизм дезинтеграции Евросоюза, вот-вот в разных его регионах начнутся процессы отделения и т.п. Никто не может политикам и журналистам запретить разжигать страсти. В конце концов это их хлеб насущный. Однако весь прогнозируемый экспертами и аналитиками праздник сепаратизма в реальности вряд ли возможен.

 

ЕС сегодня стоит перед серьезными вызовами, главный из которых — вероятность общеевропейской войны. И лидеры союза понимают, что перед этой чертой их поставила отнюдь не «агрессивная» Россия, а их заокеанские, как любят теперь говорить в России, «партнеры» — США.

 

Именно Штаты втянули европейские страны в целый ряд опасных авантюр в Северной Африке и на Ближнем Востоке, именно Вашингтон открыто милитаризует Восточную и Северную Европу, выстраивая новую «берлинскую стену» между ЕС и Россией, нарушая торгово-экономический баланс и даже пережимая энергопотоки, именно конгресс США выделяет специальные финансовые средства для ведения военных действий в Донбассе, оплачивая так называемую АТО. Киев, напомню, прямо называет свою гражданскую войну «европейской», гордится тем, что начал «Третью мировую» и даже присвоил себе лавры «защитника Европы».

 

Можно сколько угодно называть «победой демократии» государственный переворот в Киеве или ликвидацию светских режимов в Ираке и Ливии, но факт остается фактом — именно эти события стали причиной воцарения хаоса на территории Евросоюза.

 

России в этих непростых условиях приходится защищаться, и это — тоже факт. Лидеры Китая, Индии и Японии прекрасно понимают специфику ситуации и, судя по их частым встречам с Владимиром Путиным, очень ценят взвешенную позицию России. И, несмотря на оказываемое на них чудовищное давление, ее поддерживают.

 

Слепота европейских политиков проистекает не столько из их слабости, так как среди них есть и опытные тяжеловесы, сколько от нежелания признать собственные ошибки. И главное — из-за традиционного европейского высокомерия по отношению к другим странам, в том числе, так сказать, младоевропейским.

 

А Brexit на самом деле очень похож на попытку Великобритании сбежать, укрыться у себя на малом острове от вала проблем, захлестывающих континентальную Европу, подобно библейскому потопу.

 

Пожалуй, британцы сделали то, о чем многие жители Германии, Франции и Италии не смеют пока и мечтать.

 

В центре внимания на некоторое время окажется и судьба «виновника торжества» — Дэвида Кэмерона, спровоцировавшего референдум своими неуклюжими попытками манипулировать Брюсселем, чтобы «выжать» из него побольше преференций для Великобритании. Его судьба будет незавидной. Политик, действия которого чуть не привели к развалу Соединенного Королевства, а мы помним, что и референдум о выходе Шотландии из его состава — дело рук нынешнего британского премьера, останется в истории Англии отнюдь не в триумфальных ее разделах.

 

Европейцы любят говорить, что сильная сторона политики Европы — переговоры. Однако, судя по нынешнему контексту, не в этот период ее истории.

 

Политики всё портят, дипломаты — нейтрализуют, а военные — исправляют… Хотя до глобального «исправления» доводить ситуацию не хотелось бы никому, за редким заокеанским исключением.

 

Поэтому сейчас в дело должны вступить настоящие акторы — медиаторы, способные канализировать вал проблем для их решения в определенное русло. Больше всего на эту роль подходит европейский бизнес, который ответственен и не позволит сильно разбалансировать систему принятия решений политиками, уже доведшими ситуацию до предвоенного абсурда.

 

Алексей Мухин, газета «Известия»