Вопрос из серии очевидных: может ли массовый расстрел исламским фанатиком в клубе в Орландо, штат Флорида, США, произвести переворот в американском сознании? Такой, что полетит на обочину вся нынешняя американская внешняя политика, включая ее антироссийскую направленность? Такой переворот, что достаточно много американцев поймет, что по ключевому вопросу современности – росту мусульманского экстремизма – Россия и США могут и должны работать вместе?

 

Муаммар Каддафи
Муаммар Каддафи , свергнутый лидер Ливии

 

 

Не ружья убивают людей

 

Понятно, что произойдет это, только если победит Дональд Трамп. Но ему-то вообще никак не надо использовать расстрел в Орландо для своей предвыборной кампании. Трампу повезло, он на эту тему высказался давно и был осмеян, подвергнут высокоморальному презрению со стороны демократического лагеря. Сейчас он мог бы просто молчать.

 

Оправдываться надо демократам. И они это делают, но чрезвычайно глупо. Не Хиллари Клинтон, но штатные пропагандисты демократического лагеря не нашли ничего умнее, чем использовать ситуацию для борьбы с Национальной ружейной ассоциацией (республиканцы – политическая опора этой влиятельной структуры, и наоборот). Вот посмотрите, как они это делают: опубликовали инфографику о том, что НРА пожертвовала 3 миллиарда 782 миллиона 803 доллара нынешним членам конгресса США. Читателю предлагается найти свой штат, кликнуть на него мышью и узнать, кто поименно и что получил. В общем, во всем виноваты республиканцы.

 

Я бы сказал, что если бы по случайности оказался в том самом клубе (всякое бывает в жизни), то было бы очень неплохо, если бы у меня в кармане лежал не отобранный охраной пистолет. Не пристрелил бы этого Омара Мартина, так хоть попытался бы. Если твое правительство не может тебя защитить в любой и всякой ситуации, то, значит, защищай себя сам: это типично американское консервативное мышление.

 

Но демократам, которые вознамерились лишить настоящих американцев святого – права легально приобретать любое оружие, – уже поздно отступать. Что ж, скоро будут опросы общественного мнения, посмотрим, как и кому в США понравится эта очередная запретительская инициатива.

 

Здесь хочется вспомнить цитату республиканской иконы стиля Рональда Рейгана: не ружья убивают людей, это делают другие люди. То есть важно не то, что у тебя в руке, а что в голове.

 

Американцы думали, что формирование дикой античеловеческой идеологии, исламский терроризм – это проблема чья угодно, да вот хоть несчастных европейцев, но не американская: США всегда защищал океан. И вот вам сначала 11 сентября 2001 года, когда страна заплатила за безбрежный глобализм только что ушедшей демократической администрации под водительством человека по фамилии Клинтон. И вот вам чисто американское массовое убийство, совершенное человеком, увлеченным бешеной версией ислама.

 

В 2001 году в ответ на удар террористов по Нью-Йорку США взяли Афганистан. Защитили этим себя? Как видим, не очень или ненадолго. Надо теперь думать обо всей ситуации в целом и всерьез, а не разоружать американцев.

 

 

Хиллари, где ты?

 

Посмотрим, что говорит в этой ситуации Трамп. Заявление на эту тему президента Барака Обамы – из серии очевидного и жалкого. Хиллари, как уже сказано, хочет наказать оружие и напоминает, что Омар Мартин приобрел свою винтовку легально. А Трамп, как всегда, импровизировал и не сказал ничего выдающегося.

 

А именно: отбросил прежние сомнения насчет оружия (он раньше выступал за какие-то ограничения на продажу такового). Уточнил свой ранее предложенный план ограничений на въезд в США жителей мусульманских стран. Правда, добавил, что демократы проявили «смертоносное невежество» и поставили политическую корректность (нельзя называть мусульман мусульманами?) выше безопасности страны. И заявил, что стране нужен новый лидер.

 

Что я сказал бы, если бы был Трампом: примерно следующее. Давайте, дорогие американцы, посмотрим, как ситуация из плохой стала катастрофичной. Сентябрь 2001 года: это было плохо, очень плохо. Но вот началась «арабская весна». Кто это у нас в США решил подыграть саудовским и катарским экстремистам, которые решили преобразовать регион в свою пользу?

 

Кто делал заявления насчет того, что Ближний Восток идет к демократии, а старые лидеры потеряли легитимность и должны уйти? Кто тогда был госсекретарем – эй, Хиллари, где ты, слышишь меня?

 

Кто поддерживал деньгами все эти неправительственные организации, устраивавшие бунты и свергавшие арабских лидеров, с которыми Америка раньше как-то вела дела: ах, это были неправительственные американские фонды, а Хиллари тут ни при чем… Кто решил, что надо помочь «умеренным» сирийцам захватить Сирию, и что из этого получилось, где они, эти «умеренные»? Кто предлагал бомбить Сирию, чтобы сделать ее проамериканской, кто проделал то же самое с Ливией и отдал ее экстремистам, убивающим американских дипломатов?

 

Кто до сих пор заявляет, буквально сегодня, что в ответ на Орландо надо начать бомбить Сирию? Кто остался без сильных партнеров в борьбе с «исламским государством», хотя Владимир Путин назвал это извращение ислама «абсолютным злом»? Эй, Хиллари, может быть, враг нашего врага – это как минимум наш партнер? Кто-то ведь должен ответить за то, что способствовал разрастанию угрозы, – и что-то мне подсказывает, что это ты, Хиллари…

 

В порядке послесловия: наверное, российские интересы или дружба с Москвой — последнее, о чем думает Дональд Трамп. Этот человек видит, что у Америки, а не России, очень большая проблема, и, чтобы решить ее, нужно поменять очень многое. Так уж получилось, что его конкурент, Хиллари Клинтон, буквально олицетворяет то, что надо менять. Посмотрим, согласны ли с Трампом избиратели.

 

Дмитрий Косырев

 

 

 

Метки по теме: