Преамбула

 

Патриарх Московский и всея Руси Кирилл стал главой учрежденного Общества русской словесности, которое будет новой дискуссионной площадкой для обсуждения вопросов преподавания русского языка и литературы.

 

«Вы все хорошо знаете, какие общественные дискуссии проходят в стране. Как разделилось общественное мнение и мнение экспертного сообщества по целому ряду вопросов связанных с преподаванием литературы, русского языка с точки зрения отношения к проводимой реформы образования. Масштаб этой реформы, ее острота, целеполагание, может быть, даже политические и культурные последствия могут быть таковы, что эта дискуссия не может быть ограничена только рамками ведомств и экспертных сообществ», — сказал предстоятель РПЦ в среду на заседании учредительного собрания Общества русской словесности.

 

По его словам, возглавить Общество русской словесности ему предложил президент Владимир Путин.

 

Кроме того, в ходе заседания патриарх выразил обеспокоенность результатами по русскому языку и литературе, которые российские школьники демонстрируют в последние годы на Едином государственном экзамене. По его мнению, подобное говорит «о низком уровне развития общества». «То, что допустимо в слаборазвитых странах, не может быть допустимо в стране Пушкина, Лермонтова, Достоевского, в стране, где в самое тяжелое время была преодолена безграмотность, в стране, которая достигла очень высокого уровня образования», — убежден предстоятель Русской православной церкви.

 

В состав Общества русской словесности вошли профессора и преподаватели Института языкознания РАН, Института русского языка имени А.С. Пушкина, МГУ им. М.В.Ломоносова, ВШЭ, Литературного института, директор ВГТРК Олег Добродеев, писатели Сергей Шаргунов, Захар Прилепин, Юрий Поляков, поэт Юрий Кублановский, кинематографисты Никита Михалков и Станислав Говорухин, а также многие общественные и культурные деятели, ученые.

 

Слово как копье

 

 

Комментарий

 

С интересом и глубокой симпатией узнал о создании Общество русской словесности. Интересно и то, что это делается под эгидой Церкви, под эгидой разрастающегося православного миросозерцания, которое всё больше вытесняет нигилизм, депрессивное сознание, умышленную порчу русского языка. Эта инициатива крайне необходима на фоне очень мощной когорты, которая занимается не просто литературой, филологией, но является огромным идеологическим комбинатом, стремящимся мобилизовать в России либеральный проект. Этот проект в последнее время отступает, открывая место государственному, имперскому миросознанию. Но это влияние ещё весьма скромное, а либеральная толпа, нет-нет, да и демонстрирует свою способность контролировать культурное пространство России. Чего стоит недавнее заявление ПЕН-клуба в защиту Савченко, напоминающее мощнейшее идеологическое вторжение, угрожающее самому существованию государства Российского. Поэтому создание этого Общества – явление государственной важности.

 

Но как у художника, как у человека, искушённого во всех перипетиях литературных процессов на протяжении последних тридцати-сорока лет, есть и у меня и опасения. Русская литература несёт в себе множество фракций, замесов, тенденций, которые и превратили нашу литературу в явление, вместившее в себя сложность мироздания, в нём одновременно сверкают замыслы Господа и вьются силы дьявольской тьмы. Я боюсь, чтобы церковная опека над современной литературой не вылилась бы в жёсткую цензуру, ведь многие христианские постулаты весьма далеки от скрытых и сложных лабораторий, в которых рождаются романы или поэмы.

 

Мне интересно знать, как Общество обойдётся с Толстым, который по-прежнему, несмотря на истекшие времена и сроки, является нелюбимым и нежеланным писателем для современной церковной элиты. Как Общество будет воспринимать грандиозную культуру Серебряного века, в которой для церкви хватает богопротивного. Культура русского Серебряного века – это драгоценная, уникальная «Инонию» Есенина, творения символистов, которые во многом могут истолковываться как куртуазные, эротические, что противоречит представлениям Церкви.

 

Мне кажется, что Общество русской словесности не должно превратиться в фабрику цензурируемых текстов. Есть огромная проблема – найти язык, соединяющий Церковь с молодёжью, часто растленной, сбитой с толку, говорящей на сленге. Наши приходские священники в своих проповедях, как правило, достойных и глубоко канонических, часто не находят доступ к сердцам молодых экзальтированных людей. Поэтому создание этого Общества само по себе благотворно. Мне кажется, что Общество должно влиться в более широкое движение русских писателей, самых разных направлений, взглядов, которое противостоит чудовищному натиску либерального нигилизма. И если одной из целей Общества является противодействие агрессивной, едкой, кислотной либеральной энергии, то оно должно быть адекватным. На либеральные яды должны быть найдены антидоты. Против тьмы должно быть выставлено остриё, наполненное светом, как копьё Пересвета. И это движение должно быть остро социальным и, если угодно, окровавленным, потому что русская словесность после 1991 года была исколота либеральной ненавистью.

 

Меня также удивляет состав ассамблеи. Конечно, Никита Михалков, который полемизировал с Патриархом – светоч нашей культуры. Но Никита Сергеевич – режиссёр, а не романист или филолог. Я не понимаю, почему в этот ансамбль не попал, например, Владимир Личутин, настоящий творец сегодняшнего и завтрашнего русского языка, перед которым снимают шляпу даже недруги. И я, грешный, наверное, не имею никакого отношения к литературе, не умею выражать свои мысли, не написал ни одного романа. Мы, русские писатели, три десятка лет сражавшиеся за русскую словесность, испытываем разочарование от того, что Церковь сегодня подключилась к этому движению, а ветераны сражений, сумевшие отстоять наши ценности, вдруг оказываются в стороне от Общества.

 

Александр Проханов

 

 

 

Метки по теме: