Мне бы все-таки хотелось понять: когда мы интересуемся украинскими делами — например, сворачиванием торговли или авиасообщения, — это «че там у хохлов» или «че там у москалей»? Потому что убытки и у тех, и других. Хотя у нас в процентном отношении, к счастью, поменьше, потому что мы сами побольше.

 

Но сегодня на Украине зашла речь о российском газе.

 

Принуждение России к транзиту

 

Когда Арсений Яценюк резко выступил против «Северного потока – 2», я опять задался этим вопросом. «Мы обращаемся в секретариат Энергетического сообщества и в Европейскую комиссию начать расследование — прекратить этот антиевропейский, антиукраинский, антисловацкий, антипольский проект, не позволить России переиграть нас», — объявил он.

 

Это «че там у хохлов» или «че там у москалей»? Денег-то мы у нэньки не просим — строим газопровод на свои. По дну Балтийского моря, чьи холодные воды не омывают украинских берегов. Еще и в Китай газопровод ведем — он тоже против нэньки?

 

Мы вообще много чего строим и производим вопреки желанию украинцев. И много чего продаем, не спрашивая у них разрешения. Они намерены через посольства рассылать ноты нашим покупателям? Подавать на них в суды за предательство идеалов Майдана и интересов незалэжной державы?

 

Не удивлюсь, если такие коварные планы обсуждаются во властных кабинетах.

 

Правда, в случае с «Северным потоком – 2» к москалям и хохлам придется прибавить как минимум «бриттов», «дойчей» и «френчей», поскольку проект совместный. И воззвание Яценюка правильно было бы расширить: не позволим России, Германии, Великобритании, Австрии, Нидерландам и Франции переиграть нас — Украину, Польшу и Словакию.

 

Но премьер-министр Украины список государств – участников противостояния почему-то обрезал. Из чего можно сделать простой вывод: хохлов интересуют только дела москалей.

 

А москалей, то есть нас, интересуют дела хохлов. Ибо мы все еще связаны незримыми нитями. Хотя тот же Яценюк вовсю старается их оборвать.

 

Но тогда логично было бы, наоборот, приветствовать строительство «Северного потока – 2», который может перерезать последнюю нить. В смысле, трубу. Ведь она явно мешает Украине дрейфовать в сторону запада, тяжкой гирей москальского наследия сдерживает неумолимую поступь евроинтеграции.

 

Почему хохлы не хотят полностью отвязаться от России, не поддается объяснению. Их живо интересует, че там у москалей — как мы договорились со своими партнерами, сколько стоит проект, когда мы его начнем и когда завершим. Они очень любопытные.

 

Возможно, до них стали доходить размеры катастрофы, в которую погружается страна. Или хохлы со всей очевидностью поняли, что доходы от транзита москальского газа — последняя надежда нэньки выжить. Потому что та самая Европа, к которой Украина обращается за помощью, торговать с незалэжной не желает ни в какую.

 

А из-за чего сыр-бор, собственно, что за вселенский плач разносится над Днепром? После того как «Северный поток – 2» заработает, Украина потеряет то ли три миллиарда долларов в год, то ли пять. Из-за такого пустяка Арсений Яценюк готов сражаться с москалями до последней капли крови — куля в лоб, так куля в лоб. Скрепя сердце, уняв известную на весь мир малоросскую гордость. Ну или какая там у него.

 

Как же, оказывается, мало нужно сегодня для счастья нашим небратьям.

 

Даже неловко за них.

 

Павел Шипилин