Авторская съемка военкора команды News Front Катерины Катиной.

 

Бывший сотрудник ЦРУ Дэвид Симпсон приехал работать на Донбасс.

 

— Здравствуйте, представьтесь, пожалуйста.

 

— Я Дэвид Симпсон. Я приехал на Донбасс из США.

 

— Какова была ваша мотивация? Почему вы решили приехать сюда?

 

-Это давняя история, связанная с русскими и Россией в целом. Я приехал в Россию в 92-93, пробыв до этого в Риге три года. Я работал в ЦРУ, в разведке и мы поставляли много военного оборудования. Там я встретил свою первую жену. Вторая моя жена также русская, из Риги. Все мои друзья были русскими, и, вернувшись в Штаты, я заметил, как поменялась политика. Я заметил, как многие административные учреждения стали враждебными по отношению к России. И я стал задавать вопрос многим сотрудникам, что произошло за эти годы. Затем произошли события, такие как 9 сентября. И вектор страны по отношению к другим странам изменился. И основной статьей на экспорт стала смерть вместо реальной помощи людям. Я здесь для общей помощи.

 

— Каковы ваши впечатления от Донбасса? Это ваш первый визит?

 

— Да. Это мой первый визит. Я жил в России и в других странах на территории Европы. Я был впечатлен красотой города, что, несмотря на происходящее у них сильная культурная программа, хотя идет война, обстрелы почти ежедневно, и кто-то погибает. И в то же время у этих людей проводятся концерты, работает театр, музеи и проводятся различные проекты. Это в каком-то роде сюрреалистично, но это доказывает характер этих людей и красоту края.

 

— Каковы ваши рабочие планы, планы на жизнь здесь?

 

— На данный момент я работаю с правительством ДНР. Я консультирую по различным вопросам и помогаю в различных медиа событиях. Я надеюсь, мы сможем воодушевить людей по всему миру, и они взглянут на себя.

 

— Как известно Янус Путконен останется здесь до победы. А вы?

 

— Хороший вопрос. Это будет зависеть от того, как все будет происходить. От фактора стабильности, от того, поднимем ли мы эту страну, и она станет полноценной независимой республикой.  Или слиянием ДНР и ЛНР, то есть Новороссией. Ну, скажем так, я не против жить здесь.

 

— Говоря об обычных американцах, каково их отношение к этому конфликту?

 

— Это то, чего мы должны коснуться. Я уже говорил в интервью, что как я вернулся в США, я получил письмо от друга, высокообразованного человека, и он был смущен, как я могу жить в таком отличимом мире, и это говорит человек, который столько лет провел в университете. Когда я сказал, что наши налоги идут на убийство и бомбежку людей, семей, он сказал, что мы такого не видели по американскому ТВ. Я ответил, что на то есть причины. Ведущие СМИ уклоняются в этом вопросе. И мы должны приглашать различные нейтральные медиа группы и людей, чтоб они все увидели здесь своими глазами.

 

— И если говорить о СМИ. Я слышала, что многим журналистам «предлагают» очень тесно сотрудничать с ЦРУ.

 

— Да, именно так! ЦРУ занимается этим уже давно. Многие журналисты и издания признаются, что они многие годы сотрудничают с разведывательным управлением. И ЦРУ направляет их информацию о событиях в нужное русло. Есть много случаев, когда в это вовлечен Пентагон и другие службы. У них есть созданные фонды, они платят репортерам за поиск фактов и информации. Если взглянуть в американскую историю, то коррупция появилась с корпорациями, пришедшими в правительство. Они выходили и входили вновь. И таким образом там оказались люди корпораций. Или что происходит сейчас. Правительство прикинуло: если мы дадим людям деньги для поиска фактов и информации, то сможем купить мнение, какое мы хотим. И то то, что они делают последние два десятилетия.

 

— Есть ли альтернативные СМИ, и может ли быть услышан голос этих людей?

 

—  Да, конечно! Это последний шанс быть честным с собой. Предпринимаются маленькие шаги, так как свобода ограничена. Они смотрят на людей, которые понимают, что происходит, и они начинают угрожать издательствам. И то, что они пытаются делать сейчас – если есть идея, которую надо ограничить. По моему мнению, во-первых, если смотреть аналитически, все происходящее в Европе, Донбассе, просто не должно появляться, оно рубится. Затем, следующий шаг – если идет критика правительство – то это тоже рубится. И так идет постепенная прогрессирующая потеря свободы в Интернет. Это контроль разума. Это финальная остановка для понимающих людей.  В противном случае, вы не будете знать ровным счетом ничего.

 

— Каково было отношение вашей семьи и родственников к вашему решению приехать на Донбасс?

 

— Сначала было волнение, злость, на разных этапах они мне говорили, что со мной не хотят разговаривать, не хотят меня видеть. Я переживал, что случится со мной, но сейчас все хорошо. Я жил в Америке много лет, и у американцев другой тип характера по сравнению с русскими. У русских такого рода жестокость немыслима в семье. Американцев с детства растят агрессивными, жестокими, независимыми. И на самом деле, это все меня не удивило.

 

— Возможно ли для вас вернуться назад в штаты? И будете ли вы как-то наказаны?

 

— Да. Если я вернусь в штаты, меня окрестят террористом и посадят в тюрьму на 25 лет.

 

— То есть выхода нет?

 

— Да. Я не вернусь в США. Я очень люблю Россию. У меня здесь друзья, они были рады меня видеть, это как возвращение в семью. У меня были проблемы с американским правительством, я был на федеральной службе и у меня были сложности, потому что у меня были друзья из России. И один следователь даже говорил мне, может, тебе лучше вернуться в Россию и устроиться на работу там? И когда я приехал через Москву, по пути сюда, у меня было впечатление, что моя жизнь сложилась бы иначе, если б я вернулся, как они сказали домой, еще 25 лет назад.

 

— Для американцев есть враг Сноуден, правдоруб, возможно вы следующий подобный враг?

 

— Да. Это так. И как и его, они бы посадили меня за решетку.

 

— Вы в хорошей компании, правдорубы…

 

— Да, и я понял, что я не могу просто так смотреть, как умирают дети, проходят обстрелы. Я помню имена – Кристина из Горловки, Инна Кукурудза из Луганска, я помню, как смотрел в ее глаза на видео, когда она умирала… Видя все это и понимая, что на это идут мои налоги, я сказал себе, что десять-пятнадцать лет я потрачу на то, чтоб остановить это.  Вот я и приехал.

 

— Вы уже видели разрушения? Может, слышали обстрелы?

 

— Да, как только я приехал, я сделал глупость – я взял такси на Октябрьский, таксист был приятный парень из этого района. И я видел, что некоторые места полностью разрушены, когда ты смотришь видео, ты видишь один разрушенный дом, но оказавшись там физически, ты видишь, что все дома разрушены, квартира за квартирой весь дом уничтожен.  Дома были очень красивыми, как в Америке, с двориками и все такое, и акр за акром все уничтожено. Если начинать отстраивать все сейчас, то понадобится 10-15 лет, чтоб все восстановить. То, что случилось с этими районами – ужасно. И на это идут американские налоги.

 

— И, возвращаясь к теме Америки, кто, по вашему мнению, будет следующим президентом и поменяется ли что-то для русских?

 

— Все возможно. Если Америка не пойдет на попятную с Россией, Америка не будет Америкой. Россия имеет тесное взаимодействие с Китаем, есть БРИКС и американцы не понимают, что это. Когда я упоминаю БРИКС, многие люди не знают, что это союз стран с тесными связями в экономике, а также вопросах безопасности, многие из стран имеют ядерное вооружение. И чем больше Америка давит на Россию, тем более проблематичной будет ситуация для Америки в долгосрочной перспективе. Бизнес смерти и разрушений на экспорт от страны к стране, смена режимов, не принесет Америке друзей, и не даст продления срока империи, но если не изменить эту политику, то и самой страны не станет. Это просто. Есть люди, способные к определенным движением, таким, что вы не узнаете Америку.

 

— Спасибо, Дейв. Хочется пожелать вам благополучного пребывания на Донбассе.