Аналитик банка Barins Маттиас Зиллер считает, что российская экономика демонстрирует удивительную стойкость, и причин для беспокойства у страны нет. Даже несмотря на то, что во всем мире царит экономическая нестабильность, а цены на нефть остаются низкими.

 

Непотопляемая Россия

 

Он не единственный из иностранных экспертов, кто считает, что наша экономика вовсе не разорвана в клочья, как хвастался Барак Обама.

 

Российскую экономику Маттиас считает непотопляемой. К такого рода экспертным оценкам я по привычке отношусь или равнодушно, или настороженно. Мне кажется, что кто-то намеренно усыпляет мою бдительность, я со своей врожденной привычкой жить в окружении врагов пытаюсь учуять подвох.

 

Вроде все спокойно, Маттиас Зиллер не выполняет чей-то таинственный приказ, дезинформируя и расслабляя российскую общественность через мало известную у нас немецкую газету. Как бы то ни было, прочитать, что он сказал корреспонденту в своем интервью, довольно любопытно. Тут сказывается еще одна врожденная привычка — доверять иностранцам больше, чем своим спецам.

 

А сказал он, что Россия, в сущности, выигрывает от низких цен на нефть, поскольку уровень самообеспечения у нас существенно вырос.

 

Что важную роль в поддержании стабильности экономики сыграло принятое в 2014 году Центральным банком решение больше не вмешиваться в ситуацию на валютном рынке и отпустить курс рубля.

 

Что у России на данный момент нет острой потребности в иностранных инвестициях, поскольку основной капитал страны достиг достаточно высокого уровня.

 

Что курс на импортозамещение постепенно приносит результат: помимо того, что производство автомобилей давно «русифицировано», существует также большой потенциал для производства продуктов питания.

 

Что России по-прежнему удается иметь положительное сальдо торгового баланса, даже при столь низкой цене на нефть.

 

В общем, все им перечисленное вполне укладывается в стандартный набор аргументов российского государственника или блогера-запутинца вроде меня. Именно это и вызывает подозрения в готовящемся подвохе. Ну, какой из Маттиаса Зиллера блогер-запутинец? Даже обидно как-то.

 

Я оглядываюсь по сторонам и обнаруживаю еще одно проявление импортозамещения российских государственников — обозревателя Forbes Тима Уорстола. Который объяснил своим американским читателям выгоду от падения курса российской валюты примерно теми же аргументами, какими объяснял немецким читателям Маттиас Зиллер.

 

По словам американского эксперта, в ситуации, когда такая зависимая от экспорта нефти и газа страна, как Россия, сталкивается с падением цен на топливо, ее экономика остро нуждается в переориентации. Необходимо, чтобы страна производила больше товаров, которые она ранее импортировала.

 

«Ослабление валюты как раз этому способствует, — пишет Тим Уорстол. — Это делает импорт более дорогостоящим, ввиду чего количество ввозимых товаров снижается. Внутреннее производство становится более выгодным, поэтому оно увеличивается. Кроме того, это удешевляет экспорт других товаров, не связанных с нефтью и газом. Для этой экономики это то, что доктор прописал».

 

После таких ободряющих слов я уже не с тревогой, а, скорее, с отстраненным любопытством наблюдаю за играми на валютной бирже. Мне, как и многим россиянам, пришлось отказаться от загранпоездок за собственный счет, а больше ни для чего доллары и евро не нужны. Поэтому курсы валют превратились в такие же абстрактные, не имеющие прямого отношения ко мне индикаторы, как и цена нефти. Ведь нефть я тоже не покупаю и уж, тем более, не продаю.

 

Если предыдущие аналитики рассуждают о непотопляемости нашей экономики, то осведомленный Stratfor озабочен другими проблемами. Связанными, впрочем с нашими экономическими проблемами.

 

Эксперт этой частной разведывательно-аналитической компании Стивен Холл написал аналитическую статью, в которой опровергает известный тезис: резкое падение цен на нефть в совокупности с западными экономическими санкциями спровоцируют небывалые экономические и социальные волнения в России, которые станут угрозой для правительства президента Владимира Путина.

 

Я бы сказал, опровергает с сожалением. Поскольку еще в прошлом году Стивен Холл был кадровым офицером ЦРУ, где контролировал разведывательные операции в странах бывшего Советского Союза и бывшего Варшавского договора. А значит, сочувствия к нам в связи с возникшими экономическими проблемами мы от него по вполне понятным причинам никогда не дождемся. Стивен Холл — наш враг.

 

По его мнению, журналисты анализируют Путина, Кремль и события в России с чрезмерно западных позиций. Они с воодушевлением рассказывают о прошедших недавно протестах дальнобойщиков, антипутинскую риторику со стороны российских оппозиционных блогеров и даже незакрытое расследование по делу об убийстве оппозиционера Бориса Немцова. Некоторые обозреватели утверждают, что все это является доказательствами роста нестабильности в России.

 

«В действительности власть президента остается неизменно сильной, а его авторитет у россиян — высоким, несмотря на обстоятельства, которые могли бы положить конец политической карьере большинства западных лидеров», — приземляет соотечественников да и, что греха таить, наших либералов Стивен Холл.

 

Этот эксперт по России указывает на некоторые особенности нашего менталитета.

 

  • Россияне гордятся тем, что им приходится страдать (довольно интересная черта, которая характерна и для других славянских культур, но почти не представлена у других народов.) Когда российское правительство объясняет причины экономических трудностей в националистическом ключе и обвиняет в них внешние силы, такие как Евросоюз и США, необходимость терпеть и мириться с дефицитом превращается практически в национальный вид спорта.

 

  • Россияне традиционно предпочитали стабильность тому, что они называют «хаосом» настоящей демократии. Большинство россиян готово с легкостью пожертвовать тем, что жители Запада считают своими неотъемлемыми правами, во имя стабильности — даже если эта стабильность оборачивается дефицитом товаров, услуг и ограничением свободы.

 

Я с интересом прочитал аналитическую записку Стивена Холла. И с удовлетворением заметил, что он, во-первых, не всегда точен в оценках, а во-вторых, не поборол искушение напомнить соотечественникам о знакомых им раздражителях — Pussy Riot, Анне Политковской, Михаиле Ходорковском, Александре Литвиненко и уже упоминавшемся Борисе Немцове. Если западные журналисты и эксперты прислушаются к аргументам матерого разведчика, они по-прежнему будут ошибаться в своих грядущих публикациях, рассчитанных на российского читателя или на собственную власть.

 

Кроме того, Стивен Холл придает чрезмерное значение российским спецслужбам, всегда готовым к подавлению протестных настроений и репрессиям, стоит Путину щелкнуть пальцами. «Путин не колеблясь применит инструменты запугивания и принуждения, чтобы подавить оппозиционные силы», — утверждает американский разведчик. И в доказательство приводит убийства политиков и журналистов, что, на мой взгляд, снижает уровень аналитики до обывательского.

 

«Чтобы дать точную оценку перспективам дестабилизации ситуации в России, необходимо в первую очередь посмотреть на мир — и, что еще важнее, на саму Россию — с позиций россиян», — призывает Стивен Холл. Однако сам во многом так и не смог себя заставить отказаться от западного взгляда.

 

И это меня радует.

 

Но если наши либералы или западные аналитики захотят всерьез разобраться с феноменом практически тотальной поддержки Путина россиянами вопреки проблемам в экономике, я бы порекомендовал прекрасную статью Романа Носикова «Последние такты «Рио-Риты».

 

Роману, как, полагаю, и многим из нас, приходилось выслушивать злорадство оппонентов, вызывавшее у нас недоумение:

 

— Россию выкинули из G8 — зато Крым ваш!

 

— Россию лишили права голоса в ПАСЕ — зато Крым ваш!

 

— Доллар уже по 90 — зато Крым ваш!

 

— Нефть по 20 — зато Крым ваш!

 

И вот что он всем им ответил.

 

 

Помните, мои дорогие либеральные сограждане, когда наступили нулевые, вы все костерили нас за то, что мы променяли свободу на достаток? Мы все никак не могли понять, о какой свободе вы говорите, пока до нас не дошло, что вот то, что у нас было рабством — и было вашей свободой.

 

Вы полагали, что сделка состояла именно в этом, что эта сделка выдает нашу рабскую потребительскую суть и неспособность следовать высоким идеалам. А ведь именно тогда, едва наевшись, многие из нас почуяли какую-то тоску, какой-то внутренний разлад. Что-то не так было в этом изобилии нулевых. Кусок в горло не лез.

 

И сейчас мы испытали облегчение. Потому что именно теперь все стало в порядке. Это раньше, в нулевых была редкая для нашей страны и нашего народа аномалия — покой, изобилие и расслабленность. Норма — это то, что сейчас. И мы спокойно отпустили это благосостояние в обмен на смысл.

 

Мертвая тухлая душа — вот что страшно.

 

Но все это уже позади. Пронесло. Это нам больше не грозит. Зажегся, заплясал в глазах моих соотечественников странный лихой огонек, похожий и на пламя церковной свечки, и на лепестки Вечных огней, и на огонь Дома профсоюзов в Одессе.

 

Крым наш. Судьба наша. Наша жизнь. Наша правда.

 

Может, чуток и пафосно, зато точно. Главное, в чем так и не разобрался крупный чин ЦРУ Стивен Холл — это в том, что если бы даже с самого начала мы были бы поставлены перед выбором между пармезаном и Крымом, большинство из нас предпочло бы Крым. Что совершенно не укладывается в головах наших либералов и западных экспертов.

 

Ну надо же, какие мы загадочные.

 

Павел Шипилин

 

 

 

Метки по теме: