Окрыленный статусом эвакуированного главы государства, и превращением себя любимого в олицетворение вселенской европейской скорби, Франсуа Олланд понесся, аки Гермес, налаживать связи между сильными мира сего. Неделю назад на бумаге его вояж, действительно, выглядел потрясающе, и мир лелеял надежду, что у Олланда получится. У Саркози же получилось! Но вышел, как всегда, пшик.

 

 

И полбеды, что Франсуа, в отличие от неистового венгра Николя,– абсолютный политический импотент; проблема в том, что пока Олланд пребывал в небе над океаном ситуация на планете стремительно менялась. С тех пор, как Примаков развернул самолет, ничего больше не стоит на месте и никакие решения не принимаются в течение нескольких дней, в лучшем случае у лидеров государств есть часы.

 

Саркози рванул в Тбилиси и в Москву почти сразу же, как только получил от Темнейшего добро в олимпиадных кулуарах. Олланд же провел траур, поплакался в национальном собрании, посоветовался с Меркель и Туском, и лишь тогда полетел сначала к Обаме, а потом уже в Москву. В результате, уже всем оказался не в кассу, хотя мог бы добиться большего.

 

Конечно, не стоило верить, что Хуссейныч кинется на шею сначала Франсуа, потом Вове, поплачется, скажет, что был не прав и тут же создаст совместные звенья из сушек и эфок.

 

Однако заявления Темнейшего в оборонном центре о сотрудничестве с де Голлем обещали многое. Но тут фееричные турки сбили наш самолет, и все полетело к чертям. Франсуа и его 13 ноября перестали быть интересны кому бы то ни было, кроме него самого.

 

Сотрудничать с Олландом резко расхотелось, потому что появилось четкое ощущение, что информация, которую мы передаем коалиции прогресса для и дружбы ради, нарочно или случайно сливается Эрдогану, а, значит, и его террористам, а через них вообще кому угодно.

 

Следовательно, Темнейший еще не скоро захочет налаживать хоть какие-то контакты по борьбе с ИГИЛ с теми, кто так или иначе с ним связан.

 

Олланд хотел показать себя мировым лидером – но снова все испортил. Он просто не умеет иначе. Да, турки ему изрядно подгадили, в чем тоже очевидно просматривается своеобразный англо-саксонский след. Саксы никогда Францию всерьез не воспринимали, но после 13 ноября сближение последней с Россией на почве борьбы с терроризмом, их несколько взволновала. Так что вполне возможно: Эрдоган решил сделать приятное обкому и по этой линии, но перестарался.

 

Теперь все персонажи очередного геополитического сюжета появятся в Париже, кстати, в комплекте с паном Вальцманом, который стремительно вываливается из новостной обоймы.

 

Там у Франсуа будет очередной шанс сыграть хоть какую-то значимую роль. Например, он на правах хозяина придется может помирить Эрджепа Таиповича с Владимиром Вадимировичем, правда, для этого первому возможно придется одолжить у Меркель каносскую власяницу германского императора, вдруг еще где-то завалялась.

 

 

Инквизитор