Суть сюжета. Выдвижение кандидатур на пост директора Института экономики РАН проходило не гладко, а главное — без учета мнения коллектива сотрудников. Дирекция выдвинула трех своих кандидатов, которые всем коллективом не обсуждались. При этом один кандидат — врио директора Головнин М.Ю. не был утвержден Президиумом РАН. Простите, и что? Президиум РАН и Кадровая  комиссия при Президенте РФ по закону вообще может без каких-либо объяснений отклонить любую кандидатуру.

 

Административные бои без правил в Институте экономики и не только

 

В настоящее время три кандидата (два заместителя директора Института экономики — Ленчук Е.Б. и Музычук В.Ю. и генеральный директор Института экономических стратегий ООН РАН Агеев А.И.) утверждены и выборы должны состояться 10 декабря 2015 г.

 

Мой собственный взгляд на ситуацию «научного андеграунда» и также я выскажусь за уволенных ранее сотрудников Института экономики. Я отработала в Институте 43 года, кандидат экономических наук, имею благодарности и награды. В июне 2015 г. была уволена, как и многие другие, в одну из волн этого процесса. Придя в Институт  после окончания МГУ им. М.В.Ломоносова, я всю жизнь работала на одном месте. Но меня уволили так стремительно, стесняясь объяснить истинные причины увольнения (дирекция отказывалась встречаться, нам не показывались приказы), сейчас меня не пускают даже в здание Института, хотя я все еще являюсь членом профсоюза. Вот это то, что я, как и многие уволенные, заслужили за свой многолетний труд в Институте. Кстати, Головнин М.Ю. в это время был зам.директора Института и при нем в течение последних полутора лет все сотрудники были лишены своих трудовых прав и социальной защиты из-за отсутствия Коллективного договора. Вероятно, это также ничуть не беспокоило зам.директора по персоналу Института.

 

Я работала со многими известными советскими и российскими учеными, которые преданно служили науке, людям и стране, приумножая величие Института экономики как флагмана экономической науки. Однако то, что происходит сейчас в Институте, далеко от науки и является, как мне кажется, лишь стремлением монополизировать власть в самой жесткой форме в узко корпоративных интересах. С завидным постоянством всем пытаются навязать для обсуждения, транслируя через отдельные СМИ, интервью, письма с какими-то сомнительными моментами прошедшую процедуру выдвижения, в то время как уже законно утверждены три кандидата для выборов. Все эти письма с «плачем Ярославны по любимому сыну Института» порой с детализированными подробностями прошедших событий, уже никому не интересны и зачастую носят провокационный характер.

 

Хочу отметить также наличие общего тренда безальтернативности при выдвижениях в Институте, проводимых без обсуждения всем коллективом сотрудников. Это относится к внесению изменений в Устав Института, в том числе и для утверждения научного руководства, которое проводилось без собрания, без обсуждения нескольких кандидатур, хотя в Институте есть достойные ученые, в т.ч. академик РАН. Но ему даже руководство направлением не предлагалось.

 

Об общей ситуации в Институте хочу сказать, что только сейчас стало возможным отношение к научным сотрудникам как к массе, которая делится по критерию «лояльности или близости к дирекции» — на своих и прочих. При этом все бонусы, конечно, у самого близкого круга, а сотрудники «старого» Института как-то оказались социально не близки. Поэтому то, что мы наблюдаем сегодня в прессе очень сильно коррелирует с этим критерием, например, «любимый кандидат и не очень» при выдвижении на должность директора Института. При этом кандидаты подписывают какие-то письма и одновременно выдвигаются без каких-либо программ развития Института или лишь с единственной программой — продолжение «прежней линии дирекции». Они даже не стесняются это говорить при выдвижении. Хотя нужно было бы сказать о том, например, что не произошло органического соединения при слиянии двух институтов в один с 2005 г. Так же как никто из кандидатов не говорит о гипертрофированной структуре Института, связанной с доминированием политических исследований, преобладающих в тематике научных исследований всего Института. В некотором смысле ИМЭПИ — выделенный в отдельное самостоятельное подразделение, является «государством в государстве» со своим собственным Ученым советом и отдельным монополизированном (из-за невозможности высказывать альтернативные взгляды) информационным ресурсом (сайтом). Поэтому в «старом» Институте экономике никто не знал о руководстве и финансировании Центра в ИМЭПИ г-ном Лебедевым А.Е., так же как и о коммерческой основе известного доклада, представленного от всего Института экономики. В нем, оказывается, принимали участие М.Ю.Головнин и другие сотрудники ИМЭПИ и как теперь, стало известно, и А.А. Абалкина, активно отстаивающая как «широту» взглядов данного доклада, так и отсутствие политического контекста данной абсолютно коммерческой «научной» работы.

 

В обращении А.А.Абалкиной на информационном ресурсе Института она как бы дистанцируется от своего непосредственного участия в данном докладе, активно защищая М.Ю.Головнина. А зря, было бы честнее сказать — я тоже причастна к сему изыску. При этом она застенчиво не обращает внимание, будучи активным борцом за «чистоту» науки, на тот, например, факт, что часть бывшей дирекции Института уже сегодня входит в так называемый «черный» список ВАК (приказ № 544/нк от 03.06.2015 г.), в том числе из-за мягко говоря, некорректной деятельности диссоветов в Институте (приостановление деятельности диссовета, приказ № 577/нк от 21.10.2014 г. и не утверждение нового диссовета, приказ № 296/нк от 31.03.2015 г.)[1].

 

Весь политический подтекст демарша в навязанном общественности обсуждении по кандидатам — это уход от освящения серьезных глубоких структурных, в том числе и экономических проблем в Институте: и с увольнениями, и с дискриминационной диспропорциональностью в оплате труда научных сотрудников (например, та же 0,1 ставки, которую неприлично даже назвать в стоимостном выражении) при значительности разрыва ставок по величине. Также формирование и расходование внебюджетных фондов, в т.ч. средств от аренды зданий, принадлежащих Институту экономики (14-ти этажного и 5-ти этажного), является абсолютно непрозрачным.

 

Еще одна сторона лояльности и принадлежности к близкому кругу. Хочу спросить — если, например, у Ученого секретаря индекс Хирша «0», а он всех аттестует, еще периодически корит — то за кого он подпишется или проголосует? Или, например, если у главного бухгалтера нет высшего образования, то догадайтесь с трех раз — кого он поддержит на выборах. По большому счету, дирекции Института нечего бояться. Страх сотрудников перед увольнениями, политтехнологи и послушное большинство приведут к желаемому для дирекции результату. Подумаешь, Головнин М.Ю. станет 1-м замом, как страшно жить с этим будет всем!!!

 

Еще одно, на что хочу обратить внимание — это условия труда: отключены все телефоны у рядовых сотрудников в Институте, люди работают на собственных компьютерах, нет современной библиотеки (на 2016 г. подписка всего на четыре журнала), кондиционеров (летом в помещениях жарко, а зимой — холодно), нет буфета. Десять лет — это немалый срок, и можно было иметь какие-то позитивные результаты, связанные с инфраструктурными изменениями, а также с изменениями в условиях труда сотрудников. Но, к сожалению, ничего этого нет. И все это время «этически безупречный» кандидат почивал на лаврах.

 

Все в Институте кто пытался хоть как-то говорить о проблемах, в том числе и я, автоматически попадали в категорию нелояльных, целые подразделения ликвидировались, люди увольнялись. Хочу спросить — и собственно, что из позитивных изменений в Институте было сделано «этически безупречным» зам.директора М.Ю.Головниным? Отвечу — ничего. Но говорить об этом нельзя — это табу. Лучше мы будем говорить «о политической травле, доносительстве, захвате института, «каннибализме» …». Давайте, уже признаемся открыто, что речь идет о недопустимости экономического передела сфер влияния в Институте и манипулировании общественным сознанием, когда людей призывают подписываться под всевозможными письмами, как это было, например, сделано на недавно прошедшем форуме Новой экономической ассоциации (НЭА). Это очередной «крик души» опять же радует глаз на сайте Института. Почему же наш «этически безупречный» кандидат позволяет все это делать, будучи сейчас врио директора, а другой кандидат, выдвигаемый на должность директора Института — фигурирует в этом же обращении НЭА среди подписантов?

 

Хочу сказать еще об одном. В Институте среди сотрудников много высокопоставленных совместителей, «внештатников», активно рекомендующих всем и вся как и кого сотрудникам выбирать и каким путем двигаться в светлое будущее. А почему бы им эти рекомендации не разместить на сайтах, там, где они работают на постоянной основе, например, на сайте в МШЭ, МГУ им. М.В.Ломоносова, Финуниверситете при Правительстве РФ, ЦЭМИ, ВШЭ и т.д., а не «вываливать» все эти сентенции на сайте моего родного Института.

 

И вот еще. Прочитав в прессе об обсуждении сайта кандидата Агеева А.И., я не поленилась и «зайдя» на сайт Института экономических стратегий обнаружила, что на экспертной площадке этого Института присутствует две тысячи экспертов, в том числе и те фигуры, о которых активно говориться сегодня в прессе — Яценюк и др. И в чем здесь криминал? По-моему, это абсолютно нормально, когда разные точки зрения могут быть представлены на одной экспертной площадке, а не одна, как на сайте Института экономики и его самостоятельного филиала — ИМЭПИ, что является, по нашему мнению, односторонним представлением картины по выдвижению кандидатов в Институте и характеризует монополизацию общественного государственного ресурса в чистом виде.

 

Сейчас всем стало особенно очевидно: кто и как добровольно и главное «демократично» передает власть, имея императив, что «правители не могут быть два срока». Это настоящие административные бои без правил, прикрываемые демократией, а на самом деле, как нам представляется, направленные на развал Института и также на подрыв авторитета Академии наук. Искренне жаль, что целый ряд известных, заслуженных и уважаемых ученых вовлекаются в этот процесс, руководствуясь неполной, зачастую искаженной информацией.

 

Институт экономики РАН является ГОСУДАРСТВЕННЫМ научным учреждением, где собственником выступает Правительство РФ (через ФАНО), т.е. это тот особый случай, когда Правительство просто не может оставаться в стороне и обязано вмешаться для защиты государственных интересов.

 

Галина Ивановна Белова, кандидат экономических наук

 

 

 

Для справки

 

Считая свое увольнение незаконным, вынуждена восстанавливаться через суд. Против меня в суде наняли адвоката (которая очень уж близка дирекции Института). Этот адвокат участвовал также в деле против журнала «Вопросы экономии» (информация о скандале с 2011 «висит» на сайте Института). Тот же «этически безупречный» кандидат дал доверенность от Института адвокату на ведение в суде дела против меня. Силы, конечно же, не равны. Полгода назад мною были подготовлены обращения в ФАНО, Президиум РАН, Прокуратуру по перечисленным выше сюжетам. Жду ответов. В настоящее время на меня оказывается сильнейшее давление (заводятся дела). В связи с этим, УВАЖАЕМЫЙ СЕРГЕЙ ЮРЬЕВИЧ, ОТКРЫТО ОБРАЩАЮСЬ К ВАМ С ПРОСЬБОЙ ОБ ОКАЗАНИИ ПОМОЩИ, в т.ч. и Институту экономики из-за существующих рисков для тех сотрудников, кто еще пытается говорить об имеющихся серьезных проблемах, а таких людей — немало.

 

 

 

Метки по теме: