Фраза, вынесенная в заголовок, последние два года очень часто звучала из уст критиков Кремля. Каждый раз она символизировала очередное событие, которое должно было стать роковым для России, ее экономики и политики: от введения Западом санкций до резкой девальвации рубля.

 

Кремль. Москва

 

Однако последние месяцы постоянно поступали сигналы о постепенном снижении напряженности в отношениях между Россией и Западом. Саммит «большой двадцатки» продемонстрировал это еще более явно, а вчера произошла серия событий, которая не оставила иных вариантов интерпретаций.

 

В данный момент ключевой силой в смене тренда в отношениях России с Западом стала Франция.

 

В свете вчерашнего официального заявления Кремля, что авиакатастрофа над Синаем стала результатом теракта, российские вооруженные силы активизировали свои действия в Сирии. Однако громом среди ясного неба прозвучало заявление президента России, что в ближайшие дни между российскими и французскими военными будет установлено взаимодействие как между союзниками.

 

26 ноября в Москву приедет французский президент, а вчера состоялся его телефонный разговор с Владимиром Путиным по вопросам координации действий против ИГИЛ.

 

При этом США внезапно положительно оценили последние удары России по ИГ, а Британия отметила прогресс в диалоге с Москвой по сирийскому урегулированию.

 

В свою очередь агентство S&P, которое в январе опустило суверенный рейтинг России до спекулятивного, а всего месяц назад подтвердило «негативный» прогноз, вчера внезапно спрогнозировало улучшение рейтинга РФ и пересмотр санкций.

 

Западные СМИ также открыто пишут про смену тренда в наших отношениях.

 

Это, разумеется, не означает перехода отношений России с Западом на дружественный уровень. Они по-прежнему весьма напряженные и сложные.

 

Скорее, это принятие, наконец, Западом изменившегося места России в мире. Как показали последние годы, слов он не понимает. Зато реальные действия, в конце концов, донесли до него, что с некоторыми вещами стоит просто смириться.

 

Ирина Алкснис