Международный опыт воссоединения разделенных народов не в полной мере учтен современной российской политикой

 

Русский мир – правовая категория

 

Оказание всемерной поддержки Русскому миру — безусловный внешнеполитический приоритет России, заявил глава российского МИДа Сергей Лавров. В статье «Русский мир на пути консолидации», которая опубликована в «Российской газете», он указал, что приоритетность этой поддержки зафиксирована в Концепции внешней политики России.

 

«Как неоднократно подтверждал президент Владимир Путин, мы будем и впредь энергично отстаивать права соотечественников, используя для этого весь арсенал имеющихся средств, предусмотренных международным правом».

 

Итак 5 ноября в Москве соберется очередной Всемирный конгресс русских соотечественников. За достойное представительство на этом главном форуме Русского мира таких стран, как Канада, Новая Зеландия, Австралия, ЮАР, США  и Бразилия можно не волноваться. Возможно даже, что из некоторых держав, типа Габона, русские соотечественники приедут в полном составе – числом человек десять.  А вот что касается русского мира Украины, или допустим Белоруссии с Казахстаном, то здесь у меня такой уверенности нет. Во всяком случае, до сих пор их участие в данном высоком собрании было минимальным.  Вряд ли и на этот раз здесь  будет достойно представлен Русский мир Новороссии, или хотя бы республик Донбасса. Неформатно как-то, да и пахнет от них резковато —  порохом, кровью  и окопным потом.

 

Увы, но означенные конгрессы на протяжении всей свой уже долгой истории интересовались в основном жизнью соотечественников где-нибудь за морями-океанами, а не за ближайшей околицей. Это было во всех отношениях удобно и не чревато никакими последствиями. Общины в тех дальних странах, как правило, небольшие, вполне себе интегрированные в местную жизнь и поэтому никогда особенно не грузят ни головы московского начальства, ни российский бюджет.  Ну там, какие-нибудь культурно-фольклорные инициативы, детские фестивали и тому подобные безобидные «радости жизни».

 

Интересоваться на государственном уровне Русским миром ближнего зарубежья в Москве считалось не по понятиям. Здесь очень переживали за благосклонность окраинных феодалов, которые, не ровен час, могли на РФ осерчать за излишнее внимание к тамошним русским. Лучшей стратегией считалось ублажать туземных правителей всякоразными  скидками и подачками, в обмен на которые, как предполагалось, они не будут слишком сильно утеснять «представителей нетитульной нации».

 

Что же касается прямых связей и налаживания системной работы по поддержке русского и русскоязычного общества за пределами РФ, то, с течением лет, все это свелось к копеечным подачкам местным жуликоватым «инициативникам», которые, как правило, ими  же и разворовывались, естественно — не без знатных откатов благодетелям — московскими чиновникам.

 

Будучи на протяжении многих лет главным редактором региональной телекомпании на Украине, могу с полным знанием вопроса засвидетельствовать – за все эти годы российские власти не провели ни одного целенаправленного мероприятия, даже какого-нибудь завалящего семинара, связанного с координацией работы русскоязычных СМИ и их ориентации на развитие российско-украинского партнерства. Только в последний год перед госпереворотом на Украине начались какие-то шевеления на эту тему, да и то крайне ограниченные.  В то же антироссийская пропаганда в этой стране, подержанная пятью миллиардами долларов американских дотаций, буквально свирепствовала. Кто-то скажет – наверное, у России просто не было средств этому противостоять. Но тогда позвольте спросить – а двести миллиардов долларов российских скидок и льгот украинским властям – это что, не деньги? И почему их надо было давать именно правящим в этой стране профессиональным русофобам, а не вкладывать в альтернативные всем этим Кучмам и Януковичам общественные,  политические и медийные структуры?

 

На сегодняшний день можно уверенно констатировать, что такая специфическая  «политика поддержки русского мира» потерпела полный и оглушительный провал. Который увенчался бандеровским мятежом на Украине, который и стал возможным, прежде всего, благодаря полнейшей пассивности и неорганизованности миллионов украинских русских.

 

Поэтому нынешние высказывания С.Лаврова о «заметной консолидации Русского мира», применительно к постсоветскому пространству, где этот мир в основном и существует, звучат как весьма оптимистический аванс на очень неблизкое будущее.

 

При этом, российская политика на данном направлении по-прежнему, даже после случившегося на Украине катаклизма, остается весьма расплывчатой в определении базовых критериев, на основе которых возможно ее эффективное  проведение. Стоит в этой связи напомнить, что даже после нацистского путча на Украине существенного изменения подходов не произошло и высшая российская власть официально ограничивала свое участие в делах потерпевшего катастрофу государства только защитой интересов российских граждан (которых на Украине — всего-ничего) либо, защитой населения Крыма, но уже после его воссоединения с РФ.  Даже в случае с Донбассом речь об официальном праве России на вмешательство не идет именно потому, что в рамках узко понимаемого, не наполненного осознанием высших национальных интересов международного права, у Москвы нет никаких правовых зацепок. Да на Украине русские люди, да, они абсолютно неотличимы от жителей того же Воронежа или Ростова, но это формально —  иностранные граждане.

 

Тема исторической и, в конечном счете – юридической правосубъектности самого Русского мира, имеющая фундаментальное право на жизнь, по прежнему  даже не рассматривается. В Москве предпочитают считать его, по старинке — преимущественно культурно-фольклорным феноменом и не более того, абсолютно игнорируя имеющийся на этот счет мировой опыт и, в частности —  события недавней истории.

 

Речь, разумеется — о новейшей истории Германии, которая воссоединилась буквально на наших глазах, именно на основе немецкого понимания права на  единство  германской нации, которое, с их точки зрения, является абсолютным правовым приоритетом для любого разделенного народа. Напомним, что на тот момент крупнейшим разделенным народом мира были именно немцы.

 

Политико-философские основы немецкой восточной политики, на основе которой и было реализовано германское воссоединение, были официально сформулированы еще в 70-х гг. прошлого века немецким канцлером Вилли Брандтом:

 

«Нация охватывает и означает гораздо больше, чем общие язык и культура, чем государство и общественный порядок. Нация основывается на длительной принадлежности людей к одному народу. Никто не может отрицать, что в этом смысле есть и будет только один немецкий народ».

 

Это утверждение давало право рассматривать нацию как связующее звено расколотой Германии. В пользу единства засчитывались «прочные узы совместно пережитой истории, за которую в ответе все, от которой никто не может уйти, семейные узы, узы языка, культуры и еще чего-то незримого и неощутимого дают нам почувствовать свое единство».

 

Германия возвела принцип единства нации в высший приоритет свой государственной политики и настойчиво — на протяжении многих лет, вела дело к его безусловной реализации. Немцев не остановило ничто – даже присутствие на территории ГДР полумиллионной группировки советских, а затем российских войск.

 

Конечно, на стороне Германии было колоссальное давление всего Запада и беспрецедентное предательство позднесоветской элитой государственных  интересов своей страны.   Но это уже то, что называется привходящими обстоятельствами, с которыми может повезти больше, или меньше. Тем не менее, ключевым моментом является именно наличие самого стержня – целенаправленной государственной политики, направленной на объединение  принадлежащих к одной нации и культуре людей и территорий их проживания.

 

Именно отсутствием такого четкого целеполагания страдает сегодня, на мой взгляд, нынешний крупнейший в мире разделенный народ  – русский и его организующий центр, находящийся в Москве. И если российская власть и далее будет следовать только формальной букве международного права, а не облекать в таковое собственные национальные и государственные интересы, то России только и останется что «консолидировать русский мир» где-нибудь в Новой Зеландии и Австралии.   Тогда как  у неё под носом процессы будут идти в прямо  противоположном направлении, вплоть до поголовной ассимиляции многих миллионов русских, с их превращением в таких себе новоявленных украинцев или казахов, либо до их массового вытеснения на территорию самой РФ.

 

При этом, у современной России нет ни одной причины, по которой можно было бы считать программу воссоединения Русского мире менее реалистичной, чем мира немецкого. Российская Федерация, подобно Западной Германии в конце 80-х гг. имеет неоспоримое превосходство перед отколовшимися окраинами по уровню жизни большинства населения, это страна, обладающая могучим экономическим потенциалом, колоссальными ресурсами и, соответственно – большими перспективами на будущее. У жителей той же Украины нет ни одной рациональной причины для того, чтобы не хотеть быть органичной частью этого динамично развивающегося русского мира, тем более, что ни в какой другой их просто не берут.   И если в действительности с их устремлениями сегодня все обстоит иначе, вплоть до наоборот, то объясняется это отнюдь не объективными обстоятельствами, а чудовищным воздействием на местное население деструктивной западной пропаганды, которая, за счет вложенных в нее миллиардов долларов и, пользуясь полным отсутствием информационной конкуренции со стороны России, обработала значительную часть населения Украины на полное невосприятие доводов разума и даже предупреждающих сигналов инстинкта самосохранения.  И сегодня этому фундаментально обманутому населению предстоит практически самостоятельно пройти обратный путь к правде и осознанию собственных коренных интересов. И подлинная консолидация настоящего Русского мира случится не раньше, чем этот путь будет пройден.

 

Юрий Селиванов, специально для News Front

Юрий Селиванов