Те, кто отслеживал перепетии переговорного процесса между Украиной и частными кредиторами хорошо помнят, что первой — в последние дни августа — появилась новость о том, что достигнуто соглашение между Минфином страны и держателями мажоритарного пакета долгов. Потом — буквально через неделю-две после этого появилась новость о том, что «миноритарщики» против предложенных Украиной условий и собираются отстаивать свою позицию в суде.

 

 

Потом выяснилось, что никакой реструктуризации на деле не было, и Украину признали страной-дефолтером — во всяком случае, такой вывод можно сделать на основании последних решений международных рейтинговых агентств, входящих в так называемую «большую тройку».

 

Лично я сразу заподозрила неладное, потому что возмутители спокойствия и «срыватели» соглашений — иными словами, держатели миноритарного пакета долговых обязательств — крайне редко действуют по собственной инициативе.

 

Обычная история — они выполняют волю «мажоритарщиков», которые не хотят подставляться сами, зато с удовольствием цепляются за то, что «баба-яга против». И вот теперь примерно ту же картину мы созерцаем на несколько ином «поле» — а конкретно, на поле ратификации Соглашения об Ассоциации между Украиной и Европейским Союзом.

 

В качестве «буйного миноритарщика» в данном случае выступили Нидерланды.

 

Неожиданно для многих наблюдателей, эта страна буквально «уперлась рогами» и заявила о необходимости проведения референдума по вышеназванному вопросу. То есть, всем остальным странам, входящим в ЕС, было достаточно решения парламента, а Нидерланды настаивают на плебисците. При этом, как дают понять его инициаторы, торопиться некуда — референдум вполне можно провести в течение полугода, то есть, где-нибудь в феврале-марте. Весь мир подождет, и уж тем более Украина.

 

Любопытно, конечно, и другое обстоятельство. Как известно, именно Нидерланды играют роль первой скрипки в комиссии, созданной с целью расследования обстоятельств падения Боинга малазийских авиалиний в Донбассе. И вот как раз сейчас, когда решение о проведении референдума фактически принято (при условии, что для его организации требуется 300 тыс. подписей было собрано без малого 430 тыс подписей, и из них только одна тысяча была признана недействительной), комиссия оглашает первые результаты расследования.

 

Кто сбил Боинг — неясно, зато ясно как Божий день при свете фар, что Украина несет ответственность, как минимум, за не закрытие неба над зоной боевых действий. И это, надо полагать, создает просто упоительный фон для проведения референдума по вопросу о том, должен ли ЕС в целом и Нидерланды в частности заключить «помолвку» с данной страной.

 

Ну, а действительно, зачем теперь ЕС нужна Ассоциация с Украиной? В качестве потребительского рынка для европейских товаров эта страна приказала долго жить — там просто благодаря талантливой команде реформаторов осталось слишком мало людей с необходимой для приобретения этих товаров покупательной способностью.

 

В качестве территории для транзита европейских товаров в Россию Украина доживает последние пару месяцев, поскольку с 1 января Россия отменит льготный режим для украинской продукции любого назначения.

 

С политической точки зрения, Ассоциация с Украиной также приносит и, судя по всему, в дальнейшем будет приносить ЕС одним убытки…

 

В такой ситуации самое время делать то, что делал Остап Бендер — «выпускать Берлагу».

 

Нидерланды в этой роли? — Почему бы и нет, особенно, если в костер их недовольства подбросить угля в виде доклада комиссии об обстоятельствах крушения Боинга. Схема-то известная…

 

Анастасия Скогорева