Депутат Верховной рады Андрей Лозовой подробно рассказал о том, как он с компанией активистов не так давно просил патриарха Иерусалимского Феофила помочь Украине обзавестись собственной церковью. По-быстренькому так.

 

Блаженнейший патриарх Святого града Иерусалима и всей Палестины Феофил III
Блаженнейший патриарх Святого града Иерусалима и всей Палестины Феофил III (на фото — слева) легко находит общий язык со Святейшим патриархом Московским и всея Руси Кириллом

 

Но Феофил просьбу отклонил. Мало того, паломникам пришлось выслушать гневную отповедь.

 

Блаженнейший патриарх Святого града Иерусалима и всей Палестины Феофил III (на фото — слева) легко находит общий язык со Святейшим патриархом Московским и всея Руси Кириллом. Потому что все православные — это одна общая Церковь, деление ее на поместные весьма условно. А вот корыстных отщепенцев в свою общую семью они не допускают.

 

 

Для того чтобы понять, насколько нелепы постоянные попытки украинских политиков договориться то с Константинопольским патриархом, то, как на этот раз, с Иерусалимским, нужно вспомнить историю установления патриаршества на Руси.

 

До 1441 года митрополитами у нас были преимущественно греки. Никого это не смущало, ибо в Церкви важно не происхождение, не гражданство, не национальность, а духовность. А для предстоятеля еще и деятельность, подвижничество — в строительстве храмов, монастырей, школ.

 

Однако митрополит Исидор, ставший последним греком — главой Русской церкви, был уличен в предательстве православной веры. Его подпись среди прочих стоит под унией (союзом с католиками), которая была принята на Ферраро-Флорентийским соборе в 1439 году. Вернувшись в Москву в 1441 году, Исидор во время архиерейского богослужения в Успенском соборе помянул папу Римского. Чего в храмах Руси не слышали уже почти четыреста лет, со времен церковного раскола.

 

Исидор был осужден собором русского духовенства и заключен в Чудов монастырь как вероотступник. Однако вскоре оттуда сбежал (с ведома Василия II Темного, конечно), добрался через несколько лет до Рима о начал строить свою карьеру уже в католической церкви.

 

Вероотступничество — самое страшное преступление для православного христианина.

 

Русь стала набирать силу и спустя полтора века превратилась в самое крупное и богатое православное государство. Чья церковь, заметим, сохранила чистоту веры и не запятнала себя никакими униями. Митрополитов выбирали себе сами. Но не только потому, что в 1453 году Империя ромеев пала, и патриархам Константинопольским стало не до Руси — они боролись за выживание, постоянно добиваясь компромиссов с новыми хозяевами — османами. Главная причина была все же в том, что грекам после Исидора и унии перестали доверять.

 

Однако всем было понятно, что каноническое единство разрушено. Не может церковь самостоятельно, без согласия патриархии объявлять автокефалию и выбирать себе предстоятелей. Словом, это были трудные годы для православной страны.

 

Все изменилось в конце XVI века, когда в Москву за финансовой помощью приехал патриарх Константинопольский Иеремия. По дороге он заглянул на Западную Русь и в Речь Посполитую, где стал свидетелем гонений на православных.

 

У нас его, наоборот, ждал пышный прием и демонстрация богатства православного государства. Иеремия воочию убедился, что русские люди устойчивы в православной вере и за пятьсот лет доросли до того, чтобы самим выбирать себе патриарха.

 

Однако быстро такие вопросы не решаются. Константинопольского патриарха, несмотря на то, что именно он был просителем, уговаривать пришлось полгода.

 

Наконец Первосвятитель склонился к мысли о том, что России нужен свой патриарх. Что было вполне логично: к тому моменту центром православной жизни со всей очевидностью был уже не Новый Рим — Константинополь, в котором прихожан было меньше, чем в средних размеров благочинии на Руси, а Москва. Иеремия даже всерьез раздумывал стать первым русским патриархом — жить в России в почете и богатстве, без страха пережить от турок новые гонения и унижения, было довольно заманчиво. Однако все же отказался, поскольку кафедру ему предложили разместить в захолустном в то время Владимире. Это была, конечно, тактическая уловка — греков, напоминаю, у нас в то время не жаловали.

 

Поставление первого русского патриарха Иова было совершено в Успенском соборе Московского Кремля 26 января 1589 г.

 

Чуть позже в царской канцелярии была составлена объемная, 18,5 тыс. знаков «Уложенная грамота об установлении патриаршества в России». В этом важном документе, определившим на столетия ход истории нашего государства, на каноническом уровне закреплена концепция монаха Филофея «Москва — Третий Рим», которая изложена от лица Иеремии. Однако соотнесена она со всем Российским царством, а не только с его столицей.

 

Иеремия через своих переводчиков несколько раз вносил правку в текст, поэтому документ можно считать коллективным творчеством русского и греческого духовенства. По просьбе Первосвятителя в нем значительно ослаблена первоначальная антигреческая направленность, снят тезис о «падении» второго Рима и его Церкви, сказано лишь, что он «от безбожных турок обладаем».

 

С такой редакцией Вселенский патриарх согласился, подписал документ и скрепил его своей печатью. После чего уехал.

 

Великий Константинопольский собор Восточных церквей, который собрал Иеремия в 1590 году, составил свою грамоту об установлении патриаршества в России и определил следующий порядок поминовения патриархов при богослужении:

 

  1. Константинопольский
  2. Александрийский
  3. Антиохийский
  4. Иерусалимский
  5. Московский и всея Руси.

 

В 1593 году, на очередном соборе пятое место в диптихах было подтверждено.

 

Грамота

 

Современными исследованиями установлено, что значительная часть подписей под грамотой 1590 года не подлинные — Иеремия торопился созвать Собор и, несмотря на отсутствие многих архиереев, утвердить деяние Московского Собора 1589 г.

 

Зато подлинность подписей под грамотой 1593 года установлена вполне определенно. Документ скреплен автографами трех Восточных патриархов: Иеремии Константинопольского, Иоакима Антиохийского и Софрония Иерусалимского. На Соборе присутствовало 42 митрополита, 19 архиепископов и 20 епископов, поддержавших это решение. Со ссылкой на 28 правило Халкидонского Собора было подтверждено, что патриаршество на Москве, в городе православного царя, целиком законно, и что в дальнейшем право избрания Московского патриарха и всея Руси будет принадлежать российским архиереям.

 

Надеюсь, теперь понятно, как странно выглядят попытки украинцев договориться с православными иерархами об установлении в Киеве патриаршества. Дело это непростое. И очень долгое. России, например, понадобилось ровно полтора века.

 

Во время аудиенции у Иерусалимского патриарха делегации пришлось выслушать много неприятного.

 

«Началась встреча с его длинной речи. Избранное: «Мы считаем украинцев и русских единым народом…», «наши заблудшие братья во главе с Филаретом, отколовшихся от матери-церкви…», «главное — чтобы вы с русскими помирились…», «у нас очень хорошие отношения с вашим митрополитом Онуфрием…». И еще много в таком же репертуаре, — сокрушается Андрей Лозовой. И честно признается: — Хотелось… По меньшей мере просто встать и уйти».

 

Тайное желание было, конечно, другим. Может быть, у Андрея Лозового вертелось на языке крепкое словцо. Или чесались кулаки несильно ударить политически неграмотного церковника, который совершенно недостоин занимать такой важный для украинцев пост. Но депутат сдержался. Повезло патриарху.

 

Я вот чему удивляюсь. У украинцев ведь уже есть Киевский патриархат. Есть патриарх, храмы, которые он отнял у канонической церкви, священники, очень похожие на настоящих. И даже обряды полностью совпадают с общепринятыми в православии.

 

Ну да, все это фейковое, кто ж спорит.

 

Как и многое другое на Украине.

 

Могли бы привыкнуть и смириться.

 

Павел Шипилин