stalin&2

 

В прошлый раз мы с вами по мотивам Парадов Победы говорили о красноречивом самоопределении «западных партнёров» по вопросам истории, миропорядка и имеющегося в наличии глобального конфликта. И остановились на двух важных вопросах:

 

(1) что является собственно предметом текущего мирового конфликта?

 

(2) каково самоопределение держав «Парада Победы» по отношению к этому предмету?

 

Сегодня об этом и порассуждаем.

 

Предметом мирового конфликта является банальный гешефт. А именно: естественное стремление хозяев и выгодополучаетелей нынешнего миропорядка сохранить своё главенствующее место на верхушке глобальной пищевой цепочки в условиях сокращения (или переформатирования) глобальной кормовой базы.

 

Текущий конфликт затрагивает уже практически все стороны политического бытия. Это и финансово-экономический кризис, и оголтелая война пропаганд, и цепочка самых настоящих локальных войн «всех со всеми» (в которых державы между собой не воюют, но «неохваченных» по факту уже и не осталось). Кстати, удобный побочный эффект локальных войн и хаосов – ускоренная замена населения в Евросоюзе, элемент переформатирования кормовой базы: избалованных белых холопов, почему-то считающих себя «европейскими господами», вытесняют неизбалованные смуглые, что для гешефта крайне полезно.

 

Конфликт за гешефт происходит в рамках одного цивилизационного проекта – в рамках одной системы ценностей и цен, в рамках, в общем, признаваемых всеми участниками процесса правил и иерархий, в рамках признанных совершенными хозяйственных и общественных укладов. Проект этот принято именовать то «либеральным», то «финансово-империалистическим», то попросту «глобальным». Это, в общем, тот самый «западный» проект, который на руинах Ялтинского мира, в условиях деградации и самороспуска «красного проекта» провозгласил себя победителем «забега идеологий» ХХ века – венцом совершенства и даже «концом истории». Впрочем, важнее даже не кто чего «провозгласил», а то, что остальные с этим согласились. И даже как бы «проигравшие» предали анафеме свой «красный проект» и, задрав штаны, помчались за манящим долларом.

 

Так вот: хотя конфликт и вызван кризисом (а то и вовсе тупиком) именно этого проекта, весь сыр-бор – строго вокруг перераспределения ништяков согласно утверждённым правилам при изменившейся конъюнктуре, но ни в коем случае не вокруг «пересмотра основ». Собственно, понятие «государство» в значении «страна» в этом конфликте весьма условно – скорее, исторически сложившийся ареал кормления тех или иных глобальных боярских кланов. Даже США – по большому счёту, всего лишь территория традиционного базирования самых главных кланов. Так сказать, родовая усадьба с крепостными.

 

И, строго говоря, в этой логике причисленные к «силам зла» элиты РФ и КНР – такие же игроки, торгующиеся за более жирные преференции: «сферы влияния», цены на нефть и иные купеческие поблажки. И есть достаточно свидетельств того, что такое самоопределение вполне устраивает и Москву, и Пекин – имеются в виду и интересы влиятельных кланов, и даже шаги политического руководства. Ведь очевидные настроения тов. Путина «договориться по-хорошему» можно и так трактовать.

 

То есть мы видим с несущественными поправками ровно ту же логику «столкновения интересов», которая имела место… 100 лет назад  и называлась Первой мировой войной. Чем она закончилась для, как выражался тов. Ленин, России как «слабого звена», – хорошо известно.

 

Есть, однако, сегодня в самоопределении «держав Победы» один нюанс. Та модель миропорядка, в рамках которой идёт конфликт, – она ведь, если и имела в своё время созидательную составляющую, за 70 лет благополучно додеградировала до чисто паразитической. То есть выгодополучатели глобального проекта должны эту выгоду иметь за чей-то счёт. А именно: за счёт неудачника, за счёт его «территории кормления», его «родового поместья». И, коль уж Россию и Китай назначили в этом конфликте «плохими парнями» – значит, они заведомо приговорены не к снижению профита, а тупо к разграблению. Включая, кстати, и тех московских энтузиастов «единого мирового рынка», которые с какого-то перепугу возомнили себя не неграми и лохами, а белыми господами, равными настоящим белым господам: «точечные» индивидуальные/отраслевые санкции Запада против России – именно об этом.

 

Таким образом, паразитическая сущность господствующего мирового проекта автоматически вынуждает «кандидатов в потерпевшие» корректировать своё самоопределение в конфликте.

 

В путинской версии эта корректировка самоопределения называется словом «суверенитет». А именно: хозяйственная, научно-технологическая, государственная, социальная, культурная и особенно военная самодостаточность. Путинская же концепция «геополитических материков», которая выражается и в Евразийском союзе, и в «развороте на Восток», – это всё прикладные составляющие такого самоопределения.

 

И это уже – не просто торг с хозяевами глобального проекта. Это – выгораживание себе цивилизационного (не только территориального) пространства, где мы живём своим умом.

 

В принципе, по состоянию на сегодня и тов. Путин, и китайские товарищи выгораживают такое пространство по правилам всё того же «западного проекта», признавая их совершенными – с «невидимой рукой», потреблением айфонов, с барами и челядью и прочими догматами либеральной религии. То есть у нас будут, мол, те же порядки – только с духовными скрепами и заменой священного доллара на священный рубль/юань. Или, как выразился недавно Константин Сёмин, «местечковый капитализм – православный или конфуцианский».

 

Между тем само понятие государственного суверенитета – это ересь с точки зрения проекта «глобализации». А выгораживание цивилизационного пространства – это и вовсе мятежный сепаратизм.

 

А за это и так, и так – будут бить.

 

То есть как минимум – придётся вступить в конкуренцию с имеющимся глобальным западным проектом. Конкурировать с ним по его же правилам – да ещё при условии, что соперник козыри себе прямо за столом сам рисует, – занятие с сомнительной перспективой.

 

Собственно, ровно из этих соображений после Первой мировой и Смуты в России завёлся «красный проект» – альтернативный «мировому империализму». Ровно из этих соображений тов. Сталин игнорировал Бреттон-Вудс и «план Маршала», отрывал рубль от доллара, писал об «экономических проблемах социализма в СССР» и договаривался с тов. Рузвельтом о Ялтинском мире.

 

И опыт нашего же «красного проекта» ценен не «скандалами, интригами, расследованиями», не его обожествлением или, наоборот, забвением. Опыт «красного проекта» ценен своей цивилизационной суверенностью. И понимание, почему он проиграл в конкуренции, – это не повод для самобичевания, а урок для нашего следующего суверенного цивилизационного проекта.

 

Потому что с цивилизационным проектом может конкурировать только другой цивилизационный проект.

 

И этот шаг в своём самоопределении «державы Парада Победы» вынуждены будут сделать. Собственно, широко проанонсированный «план Глазьева» – это, по крайней мере, попытка. Спорная, успешная или тупиковая – время покажет. Как минимум, кстати, надо дождаться его обнародования, а не комментарийных пересказов.

 

Но по-другому – никак.

 

Руки-то помнят…

 

Андрей Сорокин