Весьма занятное интервью главы Бахчисарайского района Крыма о настроениях у крымских татар и текущей проблематике интеграции крымско-татарского населения в новые российские реалии.

 

 

Глава Бахчисарайского района Крыма о помощи Татарстана, патриотизме и проблемах республики

 

Глава Бахчисарайского района Республики Крым, председатель районного совета Рефат Дедаров, который отказывается называть себя чиновником, в откровенном интервью «Реальному времени» выразил точку зрения группы крымских татар, нейтрально настроенных к российской власти. Он признался, что «народ, который был огульно обвинен непонятно в чем, конечно, сразу не пойдет на контакт», но отметил, что у татар сегодня как никогда много прав и возможностей.

 

— Национальный вопрос в Крыму обсуждает вся мировая общественность. На конгрессе в Анкаре даже прозвучало слово «геноцид» в отношении крымских татар. Где здесь спекуляции, а где правда? Что сейчас на самом деле происходит в Крыму?

 

— В Крыму налаживается жизнь. Как глава республики нам сказал, «должно быть лучше, но не хуже». Поэтому по 10-12 часов в сутки работаем, стараемся, двигаемся на какую-то финишную прямую. Понятно, то наследство, которое нам досталось, далеко от правового поля Российской Федерации, поэтому ничего быстро не будет. Чтобы вы понимали, у нас последний раз школа строилась в 1972 году, а садик — в 1976-м. Чтобы сделать дороги, нужно сначала сделать документы, которые Украина никогда не делала. Сегодня при помощи Республики Татарстан готовится в районе школа на 640 мест с углубленным изучением крымско-татарского языка, два детских садика будет.

 

Что касается гонений. Понятно, что у нас есть противники, оппозиция, как бы они себя ни называли, но я их называю близкими, крымскими татарами. Сегодня они так рассуждают, но наступит момент, когда они придут и поймут все. Я был у вас на закрытии (чемпионата мира по водным видам спорта-2015 — прим. корр.), в Казани, и слышал, как Европа говорила: «Спасибо, Казань, спасибо, Путин, спасибо, Россия». Татарстан, конечно, демократическая, толерантная республика, но, я думаю, в Крыму таких крикунов бы освистали. И в то же время на «Татнефть Арене» был поднят флаг Украины. И я спросил: что, Украина прислала своих спортсменов? Да, прислала. Я перерыл весь Интернет. И что же — они отправляют своих спортсменов в Республику Татарстан, в «оккупационную страну», которая «оккупировала наш Крым» — они же любят такие вещи говорить. Я потом позвонил ребятам, спросил, в чем дело. Они говорят: «Рефат, ну спорт при чем здесь». Я говорю: ты знаешь, если бы я на тебя обиделся, я на тебя обиделся полностью. А не так, что на руку обиделся, а на глаз нет.

 

— Раскол какой-то в самом народе произошел?
— Раскол произошел. Народ, который был огульно, весь обвинен непонятно в чем, конечно, сразу не пойдет на контакт. Понятно, когда это все произошло, лидер наш повел политику такую, что сегодня его авторитетом пользуется другое государство, а не народ, во имя которого он все это делает. Пользуется Украина, пользуются другие. Но я считаю, что лидер должен быть со своим народом.

 

— В Анкару ездили крымские татары, проживающие по сей день на полуострове?
— Ездили, может, десяток человек. Но в их высказываниях я не слышал удара на Россию или на президента. Там был упор на соблюдение прав народа, чтобы язык изучался, чтобы селам национальные названия вернулись. Эти вопросы поднимались. Хотя когда я слышу, как в Киеве предлагают национальный автономный округ сделать крымско-татарский, я думаю, а чего же сразу именем Ахмет-Хана Султана в США какой-нибудь аэропорт не назвать? 23 года ничего не делали, а сейчас начали активно признавать и любить крымских татар.

 

— Украина политику в национальном вопросе не проводила?
— Посмотрите высказывания Яценюка. Посмотрите высказывания того же Петра Симоненко. Посмотрите высказывания любого из президентов, которые были. Где там было сказано о привилегиях крымско-татарскому народу? Яценюк кричал с большой трибуны про самозахваты земель со стороны крымских татар. Но народ не от хорошей жизни пошел на самозахваты. И народ захватывал не чьи-то земли, а пустые. А второе, когда крымские татары вернулись в Крым, мы никому не сказали «верни мне дом моего деда», мы попросили компенсации у государства. И сами все сделали, сами все подняли. Если дома такие стоят большие, которые без ссуд, без кредитов народ поднял, это говорит о том, что народ трудолюбивый. Народ на своей родной земле. И сегодня это все можно обсуждать со стороны, но какой ты патриот, если ты бросил родину и убежал? Знаете, я очень хорошо изучал историю Татарстана. Я знаю, что при первом президенте у вас каждую субботу митинги по 50 тысяч человек собирались и много чего говорили. Но он не хлопнул дверью, остался с народом. И сегодня мы пожинаем плоды, мы же видим, что происходит в Татарстане. А что в Крыму — с 68-го года трубы не менялись, потому что Крым пилили. Мы ждали, президентов новых выбирали. Пришел Ющенко, хороший президент, давайте голосовать. Ну выиграл, приехал сюда, и что? Он ни один самозахват не узаконил. Он вообще с крымско-татарским народом ничего не сделал. Мы когда в 88-м году ехали в Крым, мы ехали на родину, а не в Россию, СССР или Украину, мы домой ехали. И вдруг стала родиной Украина.

 

— Много ли крымских татар по политическим соображениям покинули территорию Крыма?
— Цифры очень плавающие. Я буду так говорить, я возглавлял Поштовский сельсовет, когда все это происходило. Это одно из самых больших сельских поселений, которые находятся на территории Бахчисарайского района, в нем 13 только крупных населенных пунктов. И вот оттуда я знаю о том, что уехал один человек с семьей. Сегодня я не могу говорить, что уехала тысяча человек, десять тысяч. Но если бы уехала хотя бы тысяча из Бахчисарайского района, оно почувствовалось бы. Ну нету тех цифр, которые говорят. Потому что конфликт, который сейчас происходит, это не проблема крымско-татарского и украинского народов, нас всегда на Украине с хлебом-солью встречали. Это политики дерутся. Это легче всего — столкнуть, разделить, а потом властвовать. И в массовый отъезд отсюда крымских татар я не верю, это просто было бы видно.

 

— Потому что в районе мало людей и заметна динамика?
— Я живу здесь, и я человек абсолютно не кабинетный, и не чиновник.

 

— К разговору о кабинетах — почему ушел бывший глава района Ильми Умеров?
— Я был на его последнем выступлении перед народом. Видел его ролики еще при Януковиче, когда он говорил, что будет служить народу. Аксенов в апреле 2014-го находился здесь, Умеров признал, что Крым — это неотъемлемая часть России, а Путин — наш президент. Потом он лечиться начал в Казани. А затем в августе сложил полномочия, мотивируя это тем, что не хочет принимать присягу. А что, суть в присяге? Если бы я не хотел работать в правовом поле Российской Федерации, я бы после референдума пришел бы, положил документы и ушел. Зачем еще надо было работать шесть месяцев? Подготовить инвалидность, чтобы уйти на пенсию? Не клеится.
Я могу проследить, как тут было все до референдума и после. Впервые в присутствии Ильми Рустемовича здесь в Ханском дворце провели день России, Нарышкин приезжал. А сегодня Россия — оккупант. Тогда не надо было что-то делать, если ты говоришь, что она оккупант. Или ты только через полгода понял, что она оккупант?

 

— В национальном вопросе что сейчас во главе угла — политические проблемы или хозяйственные?

 

— Хозяйственная часть, «социалка» стоит сегодня номером один. Майдан или антимайдан, народ поймет, народ не обманешь. Говорить можно много, но наговорились, пошли домой. А что дальше? Выехали на дорогу — нет дороги. Ребенка в садик — а нету садика, света нет, газа нет. Ну опять о политике — смысл? Я все время призывал крымско-татарский народ объединиться и начать работать. Потому сегодня как никогда много прав, как никогда много возможностей. В том формате выборов, который предложила Российская Федерация, крымские татары выборы бы на территориях компактного проживания выиграли бы влегкую. Зашли бы люди, показали работу. Потому что с соседнего села никогда не придет депутат в ваше село думать, как вам помочь, пока он в своем селе не сделает. Это нормальное явление, здесь обижаться на депутата нельзя.

 

— То есть проблема в том, что крымские татары не хотят заходить во власть?

 

— Сегодня много чего меняется. Сегодня те, кто когда-то с большой трибуны очень громко кричали, сегодня бы и они были не против. Потому что возвращение Крыма и материковую часть России вдохновило работать. Сейчас сюда мост построят, и Бахчисарай уже от Татарстана не отстанет. А у нас такой потенциал, что во всем Татарстане не покажешь. Возьмите горы, леса. Мне когда у вас гору показали, там 200 метров или 150 метров. Мне стыдно, я хвалю, конечно, но если у меня гора Ай-Петри 1 234 метра, что я скажу? Потенциал огромный. Надо работать.

 

PS. Насчет самозахватов вопрос старый и больной, с учетом того, что он уже вызывал немало конфликтов еще при Украине.
Собственно, хорошо виден посыл, что надо самим работать + есть ожидание, что для них что-то сделают, с учетом того, что на Украине ничего не делалось. Вещи вроде газификации отдельных сел, строительства новых школ и объектов социальной инфраструктуры, развитие транспортной сети, в такой банальной работе гораздо больше мотивируют к совместной работе по развитию Крыма нежели трескучие лозунги.

 

PS2. Стоит так же отметить, что в Крыму для татар открыли татарский телеканал «Миллет». После того, как органы проработали канал ATR, который еще в 2014 году выступал против присоединения Крыма к России, данный шаг вполне напрашивался.

 

PS3. Так же в Крыму было раскрыто убийство двух крымских татар. СМИ хунты уже было начали вопить про репрессии и геноцид, но на деле все оказалось прозаичным.
Двоих татар зверски зарежал гражданин Украины на бытовой почве.

 

PS4. Плюс видео от британского военкора Грэма Филлипса из Крыма с татарами.

 

 

Colonel Cassad

 

 

 

Метки по теме: