Военкоры «КП» нашли единственную выжившую в страшной бойне, в которой погиб фотокор МИА «Россия сегодня».

 

 

Дорога по линии фронта. Из последней переписки с Андреем Стениным:

 

А.С.: — Нас Бог хранит, это точно.

 
«КП»: — Что там случилось?

 
А.С.: — Я на эмоциях. Короче, мы проехали мимо укропской засады, и он завалил машину после нас. Трое двухсотых.

 
«КП»: — Где это было?

 
А.С.: — Под Снежным. На расстоянии вытянутой руки проехали. Ехали на позиции по полю, я увидел впереди в кустах шевеление, и солдат в каске утянул в кусты пулемет. Я подумал, что это наш секрет. Думал, что впереди сидящие в машине видят, но они сказали, что никого не видели. Проехали мимо него в метре. Приезжаем в село, бойцы говорят, что только что машину расстреляли. Мы поехали смотреть — и на том месте стоит расстрелянная машина и три трупа в ней. Если бы сразу сказал, как пулеметчика заметил, остановились посмотреть, и нас бы убили. И в селе ополченцам не сказал ничего, я же думал, что это их секрет. И сейчас сижу и думаю, в чем тут моя вина…

 
Последние весточки от Андрея пришли к нам поздно ночью 1-го августа. Он писал, что ситуация ухудшается, интенсивность боев нарастает. Просил привезти наличные деньги — они давным давно у него закончились, сложно с куревом и продуктами… И больше Андрей на связь не выходил. То, что творилось на Донбассе в те дни, в полной мере мы осознали лишь спустя год. Чересполосица, рваная линия фронта, котлы «блуждающие» и «стационарные», котлы, внутри которых, тоже в котлах, сидели ополченцы. Прорывы ВСУ по глубоким тылам и встречные деблокирующие удары.

 


От места гибели Андрея до границы с Россией не больше десяти километров. В селе Дмитровка в полуокружении сражались ополченцы, не выпуская из очередного котла 72, 79 аэромобильные бригады и 24- мехбригаду. Они стояли восточнее Дмитровки, а с запада этот котел пытался деблокировать батальон «Днепр», 90 отдельная бригада и 30-я мехбригада. Несчастная Дмитровка оказалась между двух огней. Шестого августа на шоссе, идущее прямо по линии фронта, выскочил Рено «Логан» с безоружными журналистами — Андреем Стениным, Сергеем Кореченковым и Андреем Вячало… Они ехали в сторону окруженного Снежного по, казалось бы, «чистой» дороге. Сначала раздался треск лопающихся стекол, их осколки посыпались в лицо. «Это все», — плетью стегнула мысль пассажиров. По корпусу машины забарабанил металл, хлопнули взрывы рядом, водитель упал грудью на руль и съехал с дороги в поле…

 
Бойня под Пересыпью

 
Вместе с коллегами с «Лайфньюз» мы нашли этот «Логан» спустя две недели после смерти ребят. Все это время Андрей Стенин и его двое спутников числились пропавшими без вести. Три обугленных тела, два обгоревших объектива… Сомнений не было. Генетическая экспертиза не оставила надежд.

 

 

Вместе с коллегами с «Лайфньюз» мы нашли этот «Логан» спустя две недели после смерти ребят.

 
Позже появились различные версии о том, как погибли три военкора. Дескать, ехали в колонне беженцев, попали под прямой танковый удар… Но в те дни ближайший погранпереход был под контролем украинских силовиков. Да и двигалась машина журналистов, судя по следам в поле, в обратную сторону. Мы выяснили, что в действительности произошло в тот день. И реальная история оказалась намного страшнее версий.

 

Обгоревшие фотообъективы, найденные рядом с автомобилем Рено Логан, в котором передвигался Андрей Стенин и его спутники

 

— Они обычно звонили, предупреждали, что приедут, — вспоминает командовавший дмитровским гарнизоном ополченец с позывным Поэт. — Мы встречали по необходимости. Я не могу понять, куда они ехали в тот день. Здесь все развивалось стремительно. Украинские войска рвались вдоль границы, пытались выйти на Луганск. Сначала нас выбили из Степановки, потом из Мариновки, мы закрепились в Дмитровке. Тут нашей территории-то было два километра. А вокруг — ВСУ.

 

Ополченец с позывным Поэт: «Я не могу понять, куда они ехали в тот день».

 

 

Мы стоим у поминального креста, установленного в прошлом году друзьями и коллегами погибших журналистов. Видно, что местные жители частенько наведываются в это скорбное место. От дороги до креста трава в поле выкошена, у подножья — цветы и венки. На месте, где стояла машина — выгоревшее пятно. Блестит на солнце стальная застежка от ремня безопасности…

 
— Дорога эта от границы до Снежного была чистая, мы по ней ездили. На засаду мы нарвались первыми в начале августа. Три-четыре танка и БТР. Но мы успели развернуться и дать по газам. Тогда в окружении уже был Донецк, Снежное… Мои ребята пытались проехать здесь за продуктами на Снежное. Сожгли танками — шесть человек погибло. На этой дороге жгли все, что двигалось. Они не разбирали — военные, гражданские. Один разведчик, который выполз отсюда без ног, видел, как они расстреливали машины из автоматического оружия, потом подходят, забирают у гражданских — документы, деньги, у военных — бронежилеты, оружие… А машины после этого поджигают. Здесь вся дорога такими автомобилями была усеяна, около 18 машин, если не ошибаюсь. Андрея я со Славянска знаю. Он к нам в Семеновку приезжал, отчаянный корреспондент. Мы его очень уважали.

 
Эту страшную картину мы застали еще год назад. Два десятка сожженных легковушек с обгоревшими телами. Рядом с «Логаном» Стенина стояла обугленная «шестерка». На переднем сидении — то, что осталось от водителя. Сзади — сетки со спекшимися яблоками и картошкой. Лючок бензобака открыт, крышка аккуратно лежит на багажнике. Машину подожгли после того, как забрали все ценное. Сейчас на этом месте тоже стоит крест. На нем — имя: Золотоус Владимир Степанович…

 
— Зашли украинцы со стороны Грушевой, мы, говорят, миротворцы. Из Житомира они были. Дуло танка повернул — по пшенице, по ячменю стреляет, — вспоминает жительница села Пересыпь Наталья. — Все загорелось, огороды начали пылать. Тушить они не давали, обстреливали. Они нам говорили: «Хотите жить, сидите в погребах, ешьте траву и листья». Они появились здесь в ночь на 6 августа. А утром, часов в 8 собака загавкала. Смотрим, женщина к нам поднимается. Перевязанная какими-то мешками, с палочкой. Из ноги кровь сочится, вся в осколках. Забрали ее, положили. Сами ж не знаем, что делать. Антибиотики у нас были, кололи, чтобы температура не поднималась. Украинские военные заходили, мы просили разрешения переправить ее в город. Но они не давали. В среду она к нам вышла и только в воскресенье они разрешили зятю ее забрать.

 

Жительница села Пересыпь Наталья вспоминает, что украинцы сказали им: «Хотите жить, сидите в погребах, ешьте траву и листья».

 

Это была Мария Золотоус, жена погибшего в «шестерке» Владимира Степановича. Чудом уцелевшую в кровавой бойне женщину сразу вывезли на лечение в Россию. Мы нашли ее в Твери.

 
— 6-го августа в семь часов утра мы ехали из Дмитровки в Снежное, — вспоминает Мария. — Хотели забрать детей и вывезти в Россию, потому что в городе уже бомбежка страшная началась. Украинские танки как раз в ночь прорвались к нам, но мы еще не знали об этом. Выехали на пригорок, и как начали по нам стрелять. Они там под каждым кустом были, украинские солдаты. С автоматами, гранатометами. Вокруг уже горят машины гражданские, легковые. Везде люди кричат. Мужа сразу насмерть, ему грудь прошило. Он только успел крикнуть: «Выскакивай!» И на плечо мне повалился. Я выпрыгнула, а они все стреляют, стреляют. Женщина кричит: «Не стреляйте!» А они палят, палят, им интересно. За нами в машине живьем две женщины сгорели. Впереди ехала машина из нашей деревни — уже тоже горит. Рядом с нашей — машина ваших хлопцев. Я тогда ж не знала. Она обгоревшая уже была. Я мимо проползла, через овраг. Уже сознание теряю — вся нога в осколках. Думаю, сейчас истеку кровью и все. Страха уже не было. Но, слава Богу, доползла до людей. Сестра мне звонила, говорила, что потом по всем сожженным машинам бабушки ходили, косточки собирали и захоронили где-то в братскую могилу.

 
— Как себя сейчас чувствуете?

 
— Нога не работает, она как онемела,может придется опять операцию делать. А денег сейчас нет. Надо на годовщину домой съездить, на этом месте побывать. Обязательно его маме передайте, что я вернусь и буду ходить туда, на их могилку.За всех кто там лежит молиться буду.

 

Мария Золотоус — жена погибшего в «шестерке» Владимира Степановича. Чудом уцелевшую в кровавой бойне женщину сразу вывезли на лечение в Россию.

 

 

Когда-нибудь мировое сообщество опомнится и обратит внимание на очень яркий в своей бесчеловечности эпизод этой войны — массовые расстрелы машин с мирным населением, пытавшимися вырваться из зоны боев. Еще в сентябре в приграничье ЛНР и ДНР по дорогам стояли сотни расстрелянных машин с убитыми людьми внутри. Маршрутки с намалеванными на бортах огромными красными крестами, десятки рейсовых автобусов и легковушек. Это было настолько частое явление — охота ВСУ за гражданскими машинами, что таксисты из Краснодона и Луганска установили опытным путем: при движении на скорости свыше 120 километров в час, автомат горизонтальной наводки танка не успевает за целью. Одному Богу известно, сколько жизней было отдано за это жуткое знание.

 

 

Андрей Стенин, сам того не ведая, своей честной журналистской смертью рассказал о малоизвестном факте целенаправленного истребления мирного населения. Не было бы в том «Логане» трагически погибшего московского журналиста, убитых бы оплакали и похоронили в братской могиле под Снежным, а обгоревшее железо увезли на переплавку.

 

Андрей Стенин исполнил свой профессиональный долг до конца, и ждет, наверное, что мы не забудем тех, кто устроил эту чудовищную мясорубку у хутора Пересыпь шестого числа в «злой август» 2014 года.

 

 

1. Огнём ополченцев Донбасса уничтожен склад фосфорных боеприпасов. Разбит 1 танк, 1 БТР. Уничтожено около 25 солдат противника, которые погибли в основном при взрыве склада.

 
2. Самолет выпустил несколько ракет по Буденовскому и Калининскому районам города. Пострадал один из жилых домов на улице Знаменательной в Буденовском районе и ДЗВО (Донецкого завода высоковольтных опор).

 
3. Украинские военные испытали на Шахтерске новые, не использовавшиеся до этого на Донбассе сверхмощные бомбы.

 
4. Украинские войска заняли посёлок Старомихайловка. Из Марьиики и Александровки к вечеру они были вытеснены.

 
5. В Луганске в результате артобстрелов украинские войска уничтожили 2 подстанции города.

 
6. Украинские войска предприняли атаки на Дмитровку со стороны Дьяково с целью соединения окруженной там группировки с основными силами.

 
7. В ночь на понедельник, 4 августа, 436 украинских военнослужащих, в том числе 164 сотрудника погрануправления Украины, обратились к российским пограничникам с просьбой об убежище.

 
8. Южнее Донецка украинские военные окончательно выбили подразделения ополченцев из поселка Марьинка. Отряды ополчения отступили в Петровский район города Донецка.

 
9. В ходе обстрела украинской артиллерией, серьезно пострадал город Первомайск, многочисленные разрушения в жилом секторе.

 
10. На северо-западе Донецка подразделения ополченцев вышли на окраину Авдеевки.

 
11. В Горловке ополченцы разгромили колонну карателей. Потери в живой силе: около 15 раненых, несколько убитых.

 
12. В районе населенного пункта Придорожное ударом артиллерии ополчения разгромлен блок-пост украинских военных, ему нанесены большие потери в живой силе.

 
13. На северо-востоке города Шахтерск пехота ополчения зачищает кварталы, оставленные украинскими войсками. Каратели полностью оставили Шахтерск и отступили на север. Организовано преследование.

 
14. На Первомайском направлении подразделениями батальона «Призрак» и сводного батальона «Север» продолжается оттеснение украинских солдат из города Попасная. Они отступают и несут потери.

 
15. В Луганске карателей «Айдара» выбили из большей части Большой Вергунки.

 
16. Утром 6 августа украинские войска возобновили наступление в направлении между городом Снежное и населенным пунктом Дмитровка, осуществив прорыв массой танков к населенному пункту Латышево и далее на Рассыпное. Подразделения ополчения ведут тяжелые бои в полуокружении.

 

 

Александр Коц, Дмитрий Стешин

 

 

Метки по теме: