Делегация депутатов Национального Собрания и Сената Франции проявила своеволие, посетив Москву, а затем города Крыма. Выводы, сделанные депутатами, были благоприятны для России, ибо французы с пониманием отнеслись к присоединению полуострова к России в 2014 г. Глава делегации, бывший министр транспорта при президенте Саркози Тьерри Мариани, заявил: «После всего, что мы здесь увидели и услышали, мы понимаем, что возвращение Крыма в Россию — это всего лишь историческая закономерность и следствие всей предыдущей истории», и присовокупил к тому, что благодаря присоединению Крым избежал тех военных бедствий, которые он, Мариани, два месяца тому назад наблюдал в Донбассе.

 

Крым русский, и в чем дело?

 

Сторонники жесткой депутатский дисциплины (по крайней мере, в международных делах) сурово осудили десятерых отщепенцев.

 

Глава французской дипломатии Лоран Фабиус назвал решение депутатов самовольно поехать в Крым «шокирующим». Порт-пароль МИД Франции Ромэн Надаль (т. е. официальный голос Фабиуса) назвал самый факт поездки «нарушением международного права». Глава правящей фракции социалистов в Национальном собрании Франции Брюно Ле Ру заявил: «Это позор. Стыдно, что эти 10 парламентариев отправились в Крым, никак не проинформировав об этом украинские власти. Это позор для французского парламента», а сообщение МИД Украины гласило: «Считаем такую ​​поездку французских парламентариев безответственным шагом, проявлением их неуважения к государственному суверенитету Украины, сознательным пренебрежением законодательства Украины и политики Франции и Европейского Союза по непризнание незаконной оккупации Автономной Республики Крым».

 

Встречалось и суждение, что депутатская десятка суть самозванцы, ибо никто из официальных инстанций Пятой Республики их не делегировал в Крым, и следственно, с самоназвание «делегация» неосновательно. Мысль о том, что депутаты, как носители национального суверенитета могли сами себя делегировать, критикам в голову не пришла.

 

Столь болезненная реакция была довольно удивительна, ибо, с одной стороны, достаточно небольшое количество депутатов, имеющих собственное мнение и ездящих туда, куда хотят — дело обычное. В совокупном депутатском корпусе, насчитывающем 925 человек (577 — Национальное Собрание и 348 — Сенат), вероятно, могло бы отыскаться 10, т. е. чуть более процента, депутатов, имеющих свою, может быть даже сильно отличную от мнения большинства, точку зрения.

 

В эти же дни в Париж прибыл видный оппозиционер Илья Яшин, чтобы презентовать Национальному Собранию книгу «Путин. Война», и презентовал ее депутации в числе 1 депутата (0,17% численности палаты). Но что же — имеет полное право. Равно как и депутатская десятка.

 

С другой стороны, нынешняя ситуация такова, что между Францией и Россией есть явное охлаждение отношений, стороны обменялись экономическими санкциями, но дипломатические отношения не разорваны, войны нет. Естественным в таких случаях держать дверь приоткрытой, т. е. сохраняя набор санкций, в то же время не препятствовать неофициальной дипломатии, ни к чему не обязывающей, но позволяющей держать руку на пульсе и в случае надобности подготовить разворот во внешней политике. В случае же ненадобности или несвоевременности — не готовить; все во власти Кэ д’Орсэ.

 

Если посмотреть на великую заокеанскую державу, то решительным внешнеполитическим поворотам зачастую предшествуют поездки конгрессменов и сенаторов. Можно вспомнить и «пинг-понговую дипломатию», послужившую первым шагом в налаживании отношений между США и КНР.

 

Оставлять пути к замирению — это тот случай, когда требуется так мало труда, а в перспективе можно получить так много удовольствия.

 

Энергичная же критика десятки депутатов-отщепенцев, прозвучавшая вообще-то говоря, в дни мира (Россия с Францией не воюет), может быть сравнима разве что с летом 1914 г. и крахом II Интернационала. Министр-социалист Фабиус, конечно, знаком с тогдашней канвой событий, когда социалистические партии Франции, Германии, Англии etc. встали на позиции общенациональной солидарности и проголосовали за военные кредиты. Довольный такой дисциплинированностью кайзер Вильгельм отметил: «С этого дня я не признаю никаких партий, для меня существуют только немцы». Французы mutatis mutandis повели себя сходным образом, а социалист-пацифист Жорес вел себя настолько несолидарным и шокирующим образом, что 31 июля 1914 г. один шокированный французский патриот его застрелил.

 

Но крах II Интернационала и дружное голосование в парламентах за военные кредиты еще имеет то объяснение, что мировая война уже фактически шла, и мобилизацию великих держав было остановить уже невозможно, и депутаты умыли руки. Летом же 2015 г. до такого обвала истории все-таки еще далеко. И отчего же министр-социалист Фабиус и его однопартийцы требуют от депутатов неслыханного единства в вопросах внешней политики, чем, кстати, посмертно осуждают Жана Жореса, который был отщепенцем и довыступался.

 

Пожалуй, единственный мотив, побуждающий вести себя столь неразумно, — это внутриполитическая ситуация во Франции. Пятую Республику сотрясают крестьянские бунты, вызванные, в частности, закрытием российского рынка, а крайне непопулярный президент Олланд рискует похоронить не только свою политическую карьеру (с этим несчастием французы, стиснув зубы, еще готовы примириться), но и системообразующую социалистическую партию. В 2017 г. вопрос стоит о победе на президентских выборах либо республиканцев Саркози, либо националистов Марин Ле Пен.

 

Своей крымской поездкой республиканцы зондируют почву, намекая, что с Россией можно и договориться. Для них это лишний козырь в борьбе за Елисейский дворец, для дипломатии социалистов, и без того не больно успешной, — дополнительный пинок.

 

Отсюда и такое крайнее раздражение нынешних хозяев Кэ д’Орсэ.

 

Максим Соколов

 

 

Метки по теме: