Я не коммунист. Ни разу не состоял в левой партии. Увы, я вряд ли отличу украинских анархо-синдикалистов от анархо-либертарианцев, если таковые вообще существуют. Но за мной есть «грешок» – я родился в Киеве. И когда-то давным-давно, в прекрасном красном здании стиля «русский классицизм», я прослушал курсы истории и логики, по итогам которых худо-бедно сдал экзамены. И даже мои скудные знания данных предметов вызывают во мне отвращение, когда я слышу о «декоммунизации» моего города.

 

Киев с нарисованным прошлым

 

Очевидно, Клио – довольно ироничная муза. Как иначе можно объяснить то, что нередко советское наследие с таким рвением уничтожают те, кто родился и живет в Киеве благодаря столь ненавистным «советам».

 

Борьба с советским прошлым столицы идет по двум направлениям: изменение топонимики и борьба с символами. Начнем с первого. Всячески умиляет, когда украинская писательница с вострым старушечьим лицом, сделавшая себе имя на эпатаже и высмеивании недалеких провинциальных «дєвучок», мечтающих выскочить замуж за богатого иностранца (забавно, но сама она в итоге так и поступила) предлагает за свои деньги переименовать улицу Красноармейскую.

 

Оставим за скобками, что переименование улиц это не просто снять все таблички со старым названием и повесить новые. Это еще и колоссальные, очень затратные работы по изменению документации. Но откуда это знать «киевлянке» из Ивано-Франковска (это, кстати, одна из наиболее комичных черт борцов с советским наследием в Киеве; зачастую – этот город для них неродной)? Больше переименований богу переименований! Иногда это лицемерно подается под соусом «возвращения исторической справедливости». Но позвольте, давайте тогда вернем историческое название Безаковской, ныне известной как улица Петлюры (остроумные и помнящие историю киевляне прозвали ее «шлях Петлюры» – намекая на то, что идет эта улица от памятника Щорсу к Центральному железнодорожному вокзалу), Фундуклеевской, или Бибиковскому бульвару. Ведь исторически названный в честь Бибикова бульвар получил имя Тараса Шевченко при треклятом СССР. Так как там насчет борьбы с коммунистическим прошлым?

 

Может, господа «борцы-за-историческую-справедливость», наконец, признаются самим себе, что дело тут не в коммунизме, а в самом что ни на есть местечковом нацизме. Что коммунистического в историческом названии Московской улицы на Печерске? Так ее назвали еще в начале 18 века, за сто с лишним лет до рождения Карла Маркса. Все россказни киевских депутатов, о том, что нынче слово «Москва» вызывает негативные эмоции, оставим на их совести. В конце концов, это не мешает назначать заместителем одесского губернатора москвичку в третьем поколении, правнучку сразу трех советских писателей-коммунистов Марию Гайдар.

 

Именно местечковым нацизмом пропитана полная передергиваний статья одной украинской «полевой исследовательницы». Суть этого опуса блестяще выразил киевский краевед Михаил Кальницкий: «с одной стороны «наши киевские элиты – свои, здешние, глубоко укорененные: благородные и казацкие – с другой стороны – пришельцы из великороссийских губерний, которые получали деньги и профессорские должности за обрусение края». Статья призывает «дорогих киевлян» (рожденная в Луцке «авторка» так и пишет: «нам, дорогие киевляне») повесить на дом-музей Булгакова еще одну, национально-выверенную мемориальную табличку.

 

И тут мы уже говорим о втором направлении «борьбы с тоталитарным прошлым». Война с памятниками и мемориальными досками стала визитной карточкой возрожденной Украины, в которой так легко и свободно дышится. Даже если на звезде нет серпа и молота, она все равно «символизирует» ненавистные идеи. В итоге сняли золотую звезду со здания парламента, чем еще больше усилии его сходство с киевским цирком. В городе появилось второе здание «под ноликом». Правда, из клоунов там скорее Пеннивайзы – но такова грустная украинская реальность. Под угрозой оказался и первый в мире цельносварной мост Патона. На его литой чугунной ограде все те же запрещенные звезды. Под прицелом оказались и звезды на «сталинских высотках» на Крещатике. Поневоле начнешь тревожиться за посольство Италии в Украине. Я бы рекомендовал его сотрудникам от греха подальше убрать со здания посольства герб своей страны. А то мало ли что.

 

При этом, СМИ подают все происходящее, как само собой разумеющееся. Мол, и киевляне не сильно против, и символы все-таки сохранят, отправив их в пока не существующий «Музей тоталитаризма».

 

Что крамольного в изображении серпа, и как именно будут снимать вмонтированную в облицовку домов стиля «сталинское барокко» советскую символику, авторы чудо-ролика не сообщили. А ведь вопросы не праздные. На окраинах Киева уже начали демонтировать со школ советские мозаики. Путем банального сбивания. Все как у «старших» – в данном случае, у ИГИЛ. В Киеве нет никого опаснее мозаичных пионеров! В противовес этому, в центральных районах города, которые, пожалуй, не так нуждаются в украшениях, как спальные, на брандмауэрах вовсю пишут рисунки-мурали на патриотическую тематику. Это, кстати, тоже весьма показательный аспект, свидетельствующий о деградации украинского общества. Мураль технологически гораздо проще самой неизысканной мозаики.

 

О том, что в столице хозяйствуют новые вандалы, свидетельствует даже метро. Началось это еще в 90-х годах, когда станцию «Мечниковская» переименовали на «Кловскую» (ученый-бактериолог с мировым именем и демократическими взглядами пришелся не ко двору – ведь он был «москалем», хоть и родился в Харьковской губернии). Но пышно расцвело уже после Майдана. Не можем сделать свои горельефы взамен идеологически неправильных? Не беда. Вырвем старые с корнем, а самый большой – заколотим фанеркой, которую непритязательно распишем. Слава Буратино!

 

При всем при этом, господа десоветизаторы лукавы. Они хотят лишить советской символики киевское метро, построенное при СССР, но при этом, не хотят лишаться самого метро, которое является точно таким же «символом коммунистического режима». Они сбрасывают с постамента памятник Ленину, но не трогают памятник Шевченко. А ведь последний установили в 1939 году, при генсеке Сталине и наркоме внутренних дел Берии. Да и скульптором этого памятника является Матвей Манизер – классик соцреализма, который снимал посмертную маску с того же Сталина. Они кричат о борьбе с советским следом в киевской топонимике, но умалчивают, что львиная доля имен украинских классиков появилась на карте Киева как раз в советские времена. Они говорят об исторической справедливости, забывая, что по-украински в Киеве массово заговорили именно при УССР.

 

В этом кроется еще одна причина подобной активности доморощенных борцов с тоталитаризмом. Нужно затушевать роль других народов в развитии этого города. А потом натужно кричать: «пам’ятай чужинець, тут господар – українець!». Чтобы оттереть от управления городом не столько понаехавших «зайд», сколько несогласных киевлян, имеющих сколько-нибудь долгую память.

 

Весьма показательно, что семьи киевских декоммунизаторов зачастую поселились в этом городе как раз благодаря эмансипаторской демократической национальной политике коммунистов. Не случись СССР, и все эти писатели, кинорежиссеры, прочая творческая интеллигенция, функционеры от науки, и уж тем более – бывшие пламенные комсомольцы и коммунисты, так героически страдавшие в крымских санаториях, в лучшем случае и не подозревали бы, что они – украинцы (стоит напомнить, как решала национальный вопрос антикоммунистическая Польша Пилсудского). В худшем – жили бы себе на задворках той или иной империи, и в люди из них могли бы выбиться единицы, да и то – путем тяжелого труда, а не написания стихов про «сяйво кремлівських зір». Не будь коммунистов, и университеты оказались бы для этих господ неслыханной роскошью. И, возможно, для всей этой публики Киев так бы и остался еще одним «городом-где-паны-и-Лавра». А редкие потомки дворян и мещан-украинофилов смотрелись бы в нем комично.

 

«Борцы с коммунизмом» навязывают ложное тождество: «советское=русское», хотя в большей мере советское – это как раз украинское. Именно в СССР массово начали изучать украинский язык. Именно в этом государстве без знания украинского языка в 30-е годы в Киеве зачастую нельзя было устроиться на работу. Они плюют на память своих предков из Красной Армии, но при этом не спешат добровольно лишаться статуса страны-основателя ООН, заслуженного как раз этими самыми предками. Они кричат, что Киев заселяли «великороссами», хотя эти «зайды» несколько веков стоили Киев наряду с другими народами этого традиционно мультикультурного и многонационального города. Они кричат о «европейскости». Но какой европейский город позволил бы назвать свою школу именем чужака, убивавшего жителей этого города? Давняя европейская традиция как раз настаивает на чествовании «своих», как бы они ни относились к остальной стране – вот пример Барселоны.

 

Все больше отмежевываясь от исторической памяти советской эпохи, декоммунизаторы рискуют попасть в крайне неприятное положение. Когда окажется, что город веками украшался и отстраивался в годы «тоталитарного режима», а вот в последние четверть века здесь главным образом понастроили изуродовавшие город небоскребы. Вот их-то, кстати, и можно с полным правом называть в честь столь любых нынешней культурной элите националистов. Хмарочос імені Степана Бандери. Звучит.

 

А ведь дело именно в том, что те, кто уничтожает память о «советском наследии», проталкивает на место прежних имен и названий имена тех исторических деятелей, которыми нам впору стыдиться. Когда на экраны вышел фильм «Наши матери, наши отцы» один украинский националист радовался: «Немцы показали клыки!». Врезали по советам! Перестали стыдиться прошлого! Его поддержали многие товарищи по правому лагерю. Но вот характерный отрывок из этого фильма, где «вспомогательная украинская полиция» убивает гражданских лиц и детей, вызывая возмущения у самих немецких солдат:

 

 

Кто знает, кто будет у власти в Германии в будущем? А если это будут правые партии? Европейцы прагматичны до цинизма. Они наверняка могут припомнить, что семейство Кохов судил суд СС. А все зверства в концлагерях списать на паршивых овец из НСДАП и не-немецкий персонал. «Комендант концлагеря Ганс собрал заключенных, чтобы познакомить их с «Золотом Рейна» Вагнера, а когда отлучился за пластинкой, тут их всех надзиратель Микола и перестрелял».  Заклеймившим советское прошлое украинцам снова придется отвечать на вопрос, а на чьей именно стороне были наши новые исторические «герои» во время Второй мировой войны. Рассказывать, что их идейные кумиры-националисты партизанили против двух тоталитаризмов сразу, имея за спиной памятники идеологам и практикам геноцида на Волыни, на рукаве – нацистские руны, а на груди – тату со свастикой, будет ой как нелегко.

 

Борис Рудь