Наступление украинского героического воинства на прошлой неделе лично у меня сначала вызвало подозрение, что Украина пытается провернуть тот самый «хорватский вариант», о необходимости которого столько говорили в последние несколько месяцев — с момента подписания Минска-2 — и в Раде, и в Администрации президента, и в руководстве ВСУ, и в шоу Савика Шустера, и на рынках, и на кухнях, и где только не говорили.

 

 

 

Правда, налицо было несколько весьма характерных нюансов. В рамках «хорватского чуда» имели место миротворцы ООН, весьма своеобразно исполнившие свою миссию, реализации самого «чуда» предшествовали переговоры с руководством и народом Сербской крайны — в общем бдительность противника всячески усыпляли.

 

Украина оказалась совершенно неспособной ни к чему подобному — то ли плохо инструктировали ее руководство, то ли инструктировали хорошо, но оно, как это уже стало привычным, не смогло победить собственную зверскую природу и хотя бы на пару месяцев притвориться белым и пушистым. Очень быстро стало понятно — это не «хорватское чудо» в украинском исполнении.

 

Что тогда? И почему попытка наступления была предпринята в преддверии 5 июня — дня, когда Украина, по идее, должна была провести очередные переговоры со своими кредиторами и чего-то там достичь в рамках реструктуризации своей задолженности? Кстати, не знаю, обратил ли кто-либо внимание на то, что о самих этих переговорах в результате — ноль информации. Трудно даже сказать, прошли они или нет, поскольку все информационное поле заполонили сводки с поля боя.

 

Только по косвенным признакам — например, по заявлению министра финансов Украины Натальи Яресько о безвредности дефолта вообще — можно судить, что очередной раунд великого противостояния «Украина — Темплетон» либо не состоялся в принципе, либо состоялся, но его результаты были еще более плачевными для Украины, чем несостоявшееся «марьинское чудо».

 

Рискну предположить следующее: руководство дивно-незалежной страны пыталось провернуть уже неоднократно «обкатанный вариант» — спровоцировать Армию Новороссии на контрнаступление, потерять еще какую-то часть контролируемой хунтой территории и… получить в качестве утешительного приза очередной транш кредита МВФ, невзирая на то, что соглашение с кредиторами не достигнуто. Не знаю, почему — с точки зрения экономической логики это необъяснимо — но Фонд всегда предоставляет Украине транши после очередной территориальной потери.

 

Я не шучу и не преувеличиваю: после прихода к власти хунты первый транш из рук МВФ Украина получила почти сразу же после потери Крыма (точнее, когда стало окончательно ясным, что Крым вернуть назад не удастся), второй — после разгрома под Илловайском и заключения Минска-1 (начало сентября 2014 года), и третий — после разгрома дебальцевской группировки и заключения Минска-2 (март 2015). Мягко говоря, странная закономерность.

 

Не факт, что МВФ руководствуется при кредитовании Украины принципом «меньше территория — больше кредитов». Но во всяком случае, у нынешних киевских властей предержащих могло сформироваться мнение, что именно так оно и есть. Мы (то есть они) что-то теряем, и в рамках утешительного приза нам выдается очередной транш, часть которого, безусловно, идет на погашение ранее привлеченных долгов, а часть — что не может не радовать — прилипает к «лапкам». Более своеобразный способ получения займа, наверное, трудно вспомнить, но, с другой стороны, если порыться в мировой истории, то наверняка что-то аналогичное «всплывет».

 

И все бы ничего, да вот беда — судя по всему, МВФ пока не готов к продолжению вышеописанного банкета. Бои в Марьинке широко освещались и комментировались в российских и украинских СМИ, а западные, такое впечатление, их вообще не заметили. МВФ никак не отреагировал на происходящее, кредиторы, судя по заявлению Яресько, тоже.

 

Ну и неумолимо приближается 30 июня, и население Украины начинают морально готовить к тому, что дефолт — дело житейское, многие страны через это состояние прошли, и ничего — живы, здоровы, не кашляют. И мы (то есть они) пройдем…

 

PS. Кстати, неожиданно оказался преданным забвению знаменитый закон о праве правительства Украины вводить мораторий на выплаты по внешним долгам. Судя по всему, он не выполнил свое предназначение — кредиторы Украины не испугались и не дали задний ход. Понадобилась Марьинка, но она тоже оказалась «провальным вариантом». Ну, а то, что погибло много людей с обеих сторон — как мирных жителей ДНР, так и солдат ВСУ — да разве Киев, обстреливающий собственные города и в свое время бросивший в дебальцевском котле несколько тысяч военнослужащих, это может волновать?

 

Анастасия Скогорева 

Окажи помощь Новороссии и команде News Front