Очередной саммит «Восточного партнерства» (ВП), который должен пройти в Риге 21-22 мая, позволит увидеть реальную картину конкуренции России и ЕС на постсоветском пространстве.

 

Восточные друзья ЕС хотят денег и свободы от обязательств

 

Кольцо друзей ЕС

 

Программа ВП разработана Брюсселем специально для Армении, Азербайджана, Белоруссии, Грузии, Молдавии и Украины еще в 2008 году. И хотя ее заявленная цель — формирование политической ассоциации между Евросоюзом и постсоветскими государствами, а также их постепенная экономическая интеграция (без формального членства в ЕС), понятно, что проект направлен прежде всего на снижение российского влияния на постсоветском пространстве. Понятно и то, что ЕС, несмотря на все последние разочарования и критику, будет продолжать проект ВП.

 

Москве рано или поздно придется взаимодействовать с ЕС и ВП в вопросах членства Украины в двух ЗСТ одновременно (зона свободной торговли СНГ и такая же зона с ЕС) и доступа европейских товаров через территорию Украины и Молдавии на рынок ЕАЭС.

 

Формально ЕС заявляет о готовности к диалогу с Россией — предполагается, что в декларации Рижского саммита будет подчеркнута важность трехсторонних консультаций ЕС — Украина — Россия относительно ЗСТ. Но что реально будет стоять за этой формулировкой?

 

Москве, безусловно, надо отслеживать все движения по формированию «кольца друзей ЕС» — активизацию контактов ЕС с этими странами, стимулирование реформ, отвечающих потребностям европейского бизнеса, — хотя бы для понимания современных технологий продвижения интересов на постсоветском пространстве. И России надо четко понимать, что конкуренция с ЕС на этом пространстве будет становиться все жестче.

 

 

От Вильнюса к Риге

 

Чтобы понять, в какой ситуации «Восточное партнерство» подходит к новому саммиту, стоит вспомнить итоги предыдущего, который прошел в ноябре 2013 года в Вильнюсе.

 

Тогда Грузия и Молдавия парафировали соглашения об ассоциации с ЕС. Украина же в последний момент от этого отказалась, что и стало формальным поводом для начала «Евромайдана».

 

Уже после смены власти на Украине новые киевские власти подписали соглашение об ассоциации с Евросоюзом, хотя новый президент Порошенко был вынужден просить Брюссель перенести запуск зоны свободной торговли с ЕС на 1 января 2016 года — из-за опасения обвального сокращения экспорта в Россию и вообще на рынки ЕАЭС.

 

Для Украины последствия заключения соглашения об ассоциации с ЕС пока носят катастрофический характер.

 

За январь-апрель 2015 года экспорт украинских товаров в страны СНГ упал на 53%, или на 2,7 млрд долларов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. И при этом Россия остается главным покупателем украинских товаров. На нее приходится 11,8% всего украинского экспорта.

 

Брюссель, действительно, отменил экспортные пошлины на товары с Украины, но при этом оставил в виде ограничений квоты и специфические требования собственных стандартов. Кроме того, рынок ЕС перенасыщен товарами, и поэтому там нет места экспорту из СНГ.

 

Пока Украина успешно продает в ЕС два вида продукции: початки кукурузы и чугунные чушки. Это товары с низкой добавленной стоимостью, и их экспорт не может дать большой прибыли для их производителей.

 

Нерадостна ситуация и с экспортом в страны ЕС из Молдавии: европейский рынок оказался практически полностью закрыт для молдавской продукции из-за действия нетарифных ограничений, прежде всего из-за требований сертификации. Как следствие, весь экспорт Молдавии в январе-марте 2015 года составил 488,2 млн долларов, что на 14,8% меньше аналогичного периода 2014 г.

 

Как сообщили в Национальном бюро статистики Молдавии, экспорт в Евросоюз все же вырос аж на 0,3% до 320 млн долларов. Но лукавство этой цифры состоит в том, что в экспорт включены и товары, произведенные из сырья, поставленного из ЕС.

 

В страны СНГ поставки из-за российского эмбарго, наоборот, сократились на 42,4% — до 104,1 млн долл. Они составили 21,3% от всего экспорта Молдавии.

 

В Риге Киев и Кишинев собираются поставить вопрос об облегчении доступа их продукции на рынок ЕС, но вряд ли Брюссель реально отроет свой рынок для продукции из стран ВП. Совсем не в том цель данного проекта. Понимая все это, Киев уже идет на практически открытый шантаж Брюсселя: постоянный представитель Украины при Европейском союзе Константин Елисеев сообщил, что Украина может отказаться от подписания документа на саммите в Риге, если он будет «не амбициозным».

 

 

Визовый вопрос

 

Мечты «восточных партнеров» о свободном перемещении по странам ЕС тоже пока остаются мечтами.

Действительно, и Киеву, и Кишиневу, и Минску, и Тбилиси в рамках ВП был обещан льготный визовый режим. Пока он предоставлен (хотя и с оговорками) только Молдавии.

 

«Мы знаем, что Грузия и Украина выражали желание получить безвизовый режим на Рижском саммите, но, конечно, по срокам это было слишком амбициозной целью», — заявила на днях спикер Еврокомиссии Наташа Берто.

 

Для Тбилиси это заявление — как холодный душ, поскольку безвизовый режим с ЕС для Грузии боле важен, чем торговые преференции.

 

Недовольна такой постановкой вопроса и Украина. Киев пытается давить на ЕС в этом вопросе. В частности, эту тему настойчиво продвигал украинский президент Петр Порошенко на недавней встрече с председателем Евросовета Дональдом Туском.

 

Впрочем, вряд ли призывы Порошенко и протекция Туска что-то смогут радикально изменить в позиции Брюсселя: ЕС боится неконтролируемого наплыва мигрантов из кризисной Украины и будет защищать свои границы от потока нежелательных гостей с востока.

 

Но ЕС может парафировать соглашение об облегчении визового режима с Минском. Белоруссия сейчас, судя по всему, начинает представлять особый интерес для ЕС, и Брюссель не будет скупиться на обещания — как это было в случае с Киевом и Тбилиси.

 

 

Война и энергоносители

 

Среди главных проблем, которые планируется обсудить в Риге — конфликт в Донбассе и поставки нефти из Баку.

 

Киев явно хочет использовать площадку саммита для демонстрации поддержки ЕС своей позиции в конфликте с непризнанными ДНР и ЛНР.

 

Президент Порошенко уже успел заявить, что Украина «нуждается в большей координации действий в вопросах мирного урегулирования и выполнения минских договоренностей между Европейским союзом и США».

 

Возможно, Киев на саммите вновь попытается поставить вопрос о введении миротворцев ЕС в зону конфликта.

 

Но вряд ли Брюссель готов сейчас выйти из формата «минских соглашений» (в этом формате ЕС представлен Германией и Францией), и, скорее всего, вопрос о возможной миротворческой миссии будет переадресован в СБ ООН.

 

Ситуация с конфликтом в Донбассе показывает, что ЕС не может выработать механизмы разрешения конфликтов на постсоветском пространстве — в этом вопросе неизбежно сотрудничество Брюсселя с Москвой.

 

Неизбежно в Риге будет обсуждаться и вопрос энергетического сотрудничества Брюсселя со странами-членами ВП. В этой связи особое место будет отведено Азербайджану (с самого начала этот «восточный сосед» был несколько «притянут за уши» к Европе: у него нет границ ни с одной из европейских стран). Сейчас ЕС всячески хочет снизить свою зависимость от российского газа, и голубое топливо из Каспийского региона рассматривается как основная альтернатива поставкам «Газпрома».

 

Ставка делается на газопровод TANAP с основной ресурсной базой Шах-Дениз-2.

 

Но вряд ли Баку, который весьма успешно освоил все премудрости «дипломатии углеводородов», согласится брать на себя в Риге какие-либо конкретные обязательства.

 

 

У ЕС нет денег для «Восточного партнерства»

 

Так что, судя по всему, не зря рижская встреча «Восточного партнерства» заранее получила название «саммит разочарований». Более того, еще в момент запуска проекта ВП было понятно, что дорога партнеров не будет прямой.

 

Власти Украины, Молдавии, Грузии при запуске проекта ВП не скрывали, что надеются получить от Брюсселя экономическую помощь и безвизовый режим. Они сразу взяли курс на решение своих системных экономических проблем за счет финансирования ЕС.

 

Брюссель же ставил перед собой другие задачи — максимально расширить влияние ЕС, и, как следствие, рынки сбыта для европейской продукции (в первую очередь за счет снижения влияния РФ), втянуть постсоветские страны в гонку за «стандартами ЕС». Что-то подобное происходит в отношении Турции уже больше 50 лет.

 

Бюджет проекта первоначально был довольно скромным: с 2011 по 2014 год Брюссель потратил на ВП около 2 млрд евро. В Брюсселе шла речь о готовности увеличить финансирование в следующем бюджете Евросоюза на 2014-2020 годы, но конкретные суммы так и не названы.

 

Да и сроки не очень понятны на фоне новой волны долгового кризиса в Греции и стагнации экономики в целом в ЕС. В чем не стоит сомневаться, так это в том, что Брюссель в рамках ВП будет продолжать последовательную политику по расширению рынков сбыта своей продукции на территории стран-участниц проекта, с прицелом на российский рынок.

 

Иннокентий Адясов

 

 

Окажи помощь Новороссии и команде News Front

 

 

Метки по теме: