Дефицит угля на Украине может привести к катастрофе не только в «незалежной»

 

На Украине продолжаются протесты горняков. Все началось 21 апреля, когда в Киеве состоялся Третий съезд шахтеров, который направил обращение к президенту Петру Порошенко об отставке министра энергетики и угольной промышленности Владимира Демчишина. Также горняки потребовали принять меры по предотвращению кризиса в угольной отрасли, выплатить задолженности по зарплатам, не допустить остановки работающих шахт. Кстати, самого министра, который приехал пообщаться с делегатами, освистали и не дослушали его доклад до конца. В случае невыполнения требований, шахтеры пригрозили общенациональной забастовкой.

 

Скованные одной энергоцепью

 

На следующий день около тысячи шахтеров митинговали возле Министерства энергетики и угольной промышленности. Горняки перекрывали движение по Крещатику, а затем установили под зданием палаточный городок. Настроения на митингах накалялись, шахтеры пытались прорвать оцепление и прорваться в администрацию президента. Было зафиксировано несколько случаев столкновений шахтеров с неизвестными людьми в гражданском.

 

23 апреля Демчишину даже пришлось прервать свой визит в США и вернуться на Украину, чтобы урегулировать ситуацию. Результаты «урегулирования» появились почти сразу – в ночь на 24 апреля журналист, депутат от «Блока Петра Порошенко» Мустафа Найем опубликовал в своем блоге некий документ «Крепость», якобы, разработанный руководством компании олигарха Рината Ахметова ДТЭК. Из этого документа следует, все протесты шахтеров на самом деле проплачены Ахметовым, который заботится только о своих бизнес-интересах, как и другой олигарх Игорь Коломойский в случае с «Укрнефтью».

 

По словам Найема, государство хочет лишить компанию Ахметова статуса монополиста на угольном и энергетическом рынке, вот олигарх и сопротивляется. Конфликт между людьми Порошенко и компанией Ахметова начался еще в 2014 году. Хотя по закону участник рынка может производить до 33% объема электроэнергии, выработанного за предыдущий год, а с учетом общего падения объемов ДТЭК этот показатель не превышает.

 

В то же время, у Киева есть гораздо более серьезные проблемы, чем попытки «отжать» компанию у Ахметова. Запасы угля-антрацита, который служит главным сырьем для украинских ТЭС, быстро иссякают. 24 апреля «Укрэнерго» сообщило, что запасы дефицитного антрацита за неделю сократились на 21% и составляют всего 221,22 тыс. тонн. Общее количество запасов угля за тот же период сократилось на 9% и составляет чуть больше 650 тыс. тонн.

 

Это неудивительно, учитывая, что все часть шахты, добывающие антрацит, остались на территории Донецкой и Луганской народных республик. Это признал сам Демчишин 20 апреля. По словам министра, Украина контролирует только 35 угольных шахт из 95, остальные находятся на «оккупированных территориях». Причем из этих шахт почти все добывают уголь марки Г, некоторые – марки Ж, который подходит далеко не для всех ТЭС. По данным Министерства, в январе-марте 2015 г. добыча энергетического угля сократилась по сравнению с соответствующим периодом прошлого года на 50,6%.

 

Угольная отрасль Украины разваливается на глазах, но вместо того, чтобы решать проблемы и попытаться договориться с ДНР и ЛНР о поставках угля, в Киеве занимаются привычным переделом собственности.

 

— С потерей шахт на территории ДНР и ЛНР Киев потерял большие объемы угля – как минимум 20 миллионов тонн в год, — говорит эксперт украинского Института энергетических исследований Юрий Корольчук. — Если добычу остановят еще и шахты, которые входят в структуру ДТЭК, вакуум на рынке станет еще больше. Киев начал импортировать уголь из ЮАР, но это небольшие объемы, которые не могут изменить ситуацию и закрыть потребность теплоэлектростанций.

 

— К чему приводит дефицит угля?

 

— К тому, что вот уже год Украина живет в режиме энергодефицита, который постоянно составляет от одного до трех гигаватт. Одна из претензий шахтеров к Демчишину в том, что он не решает проблему вывоза угля с территорий ДНР и ЛНР. Дело в том, что сырье там добывается, в том числе, формально украинскими шахтами, которые зарегистрировались на территории Украины. Но только в марте начались более-менее стабильные поставки угля из этой зоны, и в целом они до сих пор под вопросом.

 

— Но ведь бастуют не только из-за дефицита угля?

 

— Конечно, нет. Еще одна проблема в том, что правительство не прописало в бюджете дотации для угольных шахт на 2015 год. Дело в том, что на Украине очень высокая стоимость добычи угля. На рынке его приходится продавать по цене ниже себестоимости. Вот эту разницу должно компенсировать государство, и раньше оно это делало. Теперь же компенсаций нет, следовательно, шахтерам нечем платить зарплату.

 

Яценюк заявляет, что нашел 300 миллионов для выплат, Демчишин – 200, а госпредприятие «Энергорынок» на этой неделе взяло кредит в миллиард гривен, насколько я знаю, именно для того, чтобы выплатить долги шахтерам. Сегодня это называется, чуть ли не подвигом и спасением отрасли, но, спрашивается, почему было сразу не прописать дотации в бюджете? Да потому, что они должны были показать Международному валютному фонду, что у них все в порядке с платежным балансом и нет никаких проблем с шахтами.

 

— Ряд провластных журналистов заявляет, что все эти протесты на самом деле инспирированы Ахметовым, который добивается повышения тарифов на электроэнергию, так ли это?

 

— В двух словах на этот вопрос не ответить. Нужно понимать, что проблемы угольной отрасли неразрывно связаны с энергетическим сектором. Тепловые электростанции работают на угле. Они продают энергию по установленному государством тарифу, и за вырученные средства должны купить уголь. Но шахтеры требуют увеличения закупочной цены, чтобы им хватало на зарплату, ремонт и так далее. Следовательно, тариф на электроэнергию тоже должен быть повышен с 80 копеек до 1,2 грн. Получается замкнутый круг.

 

Но абсурдно обвинять Ахметова в организации протестов. Шахтерские бунты возникли из-за системного кризиса в отрасли. Хотя бунт – слишком сильное слово. Это нормальные выступления. Шахтеры имеют право протестовать, если им не платят зарплату, если у них нет уверенности, что уголь будут покупать по адекватной цене.

 

А требование отставки Демчишина – это следствие того, что человек пришел в Министерство еще в ноябре, прекрасно знал обо всех этих проблемах, но ничего не сделал для их решения. Отсутствие поставок антрацита из Донбасса запустило маховик кризиса в угольной отрасли, и Ахметов имеет к этому такое же отношение, как обычный рядовой шахтер. Проблема в угольном рынке Украины.

 

— А как же обвинения в адрес Ахметова в том, что он монополист, и от этого все проблемы?

 

— Во-первых, если бы продолжались поставки угля из Донецкой и Луганской области, нельзя было бы говорить о монопольных позициях ДТЭК. Во-вторых, если бы эти шахты и ТЭС купил не Ахметов, а кто-то другой, в монополизации сегодня обвиняли бы его. То, что ТЭС требуют повышения тарифов – это объективная необходимость.

 

Насколько я знаю, никакого документа «Крепость» не существует. А вот публичный конфликт ДТЭК Ахметова и министра Демчишина есть. Демчишин в одном из интервью прямо сказал, что власть не устраивает наличие монополиста ДТЭК на энергетическом рынке Украины. Хотя не было ни официального решения о монопольной позиции, ни расследований.

 

Просто и «Минэнерго», и регулятор НКРЭ возглавляют люди, близкие к Порошенко. Они даже открыто намекали на возможную реприватизацию. Тогда представители ДТЭК рассказали, что с ними с осени ведут переговоры Демчишин и бизнесмен Григоришин, кстати, гражданин России, тоже близкий к Порошенко, и пытаются убедить Ахметова продать часть своих активов. Кстати, государство должно теплоэлектростанциям ДТЭК около 6 миллиардов гривен.

 

Вот почему в лояльных к власти СМИ все представляют так, будто шахтерские протесты, организованные профсоюзом, спровоцированы Ахметовым. Причем делают это предельно цинично. По всем каналам митингующих очень некрасиво обвиняют в том, что они проплачены.

 

— Что ждет угольную и энергетическую отрасль Украины при таком развитии событий?

 

— То, что происходит сейчас — это конфликт вокруг имущества и желание переделить собственность, на которые наслоились серьезные проблемы в угольной отрасли. Вчера Яценюк провел оперативное совещание, где ему сообщили, что запасы угля на складах растут очень медленно. Если не будут восстановлены поставки с территорий ДНР и ЛНР и если не решат вопрос с шахтерами, не факт, что к октябрю удастся накопить два миллиона тонн.

 

Летом дефицит мощности может вырасти до 3 ГВт. Это неслыханно. Летом вообще не должно быть дефицита – световой день длинный, да и промышленность потребляет меньше. У нас капитальные проблемы: угля не хватает, денег на зарплаты шахтерам нет, а у ТЭС не остается средств на закупку сырья из-за низкого тарифа. Но руководство страны, вместо того, чтобы их решать, пытается все свести к конфликту с Ахметовым.

 

Журналист Денис Селезнев, который находится в Донецке, объясняет, почему Донбасс не может отказаться от поставок угля Киеву.

 

— У Украины остался только газовый уголь, а антрацит, как ни крути, приходится покупать у ДНР и ЛНР с помощью разных схем. Насколько я знаю, одно время сырье переправляли в Россию, а уже российские компании перепродавали его Украине. Киев отказывался покупать его напрямую у республик.

 

Министр топлива и энергетики Украины Владимир Демчишин несколько дней назад заявил, что у них есть план перевода ТЭС на газовые угли, но для модернизации понадобится два года. Как показывает практика, если говорят о двух годах, на самом деле понадобится, как минимум, пять лет и огромные деньги. Выбора у них нет, им нужен уголь Донбасса. Все попытки привезти уголь из ЮАР или еще откуда-то заканчивались скандалами.

 

Нужно понимать, что газификация на Украине не повсеместная. В регионах некоторые бюджетные предприятия – почты, горадминистрации – отапливаются углем и дровами. Несколько недель назад СБУ «разоблачила» чиновников Черкасской области, которые, чтобы отапливать зимой садики, школы и другие учреждения, тайно покупали в Донбассе уголь. Оказывается, теперь это преступление. Это и есть признак разложения государства, когда государственные вопросы пускаются на самотек – как хотите, так и выкручивайтесь. Не получится, сидите в холоде, а если попадетесь – это еще и преступление.

 

— Как же функционируют украинские ТЭС без угля?

 

— Во-первых, Украина значительно сократила объемы потребления электроэнергии за счет падения производства. Только за первые 3 месяца 2015 года энерговыработка уменьшилась на 13 %. Во-вторых, если судить по выработке «Укрэнерго», они, чтобы компенсировать нехватку угля, включили на полную мощность атомные электростанции, тем самым снизив производство теплоэнергетики.

 

Несмотря на это, ТЭС, которые обеспечивают энергией Киев или, к примеру, Днепропетровск, уже несколько раз оказывались на грани остановки. Но каждый раз им подбрасывали топливо, чтобы они в каком-то режиме продолжали работать. По документам это проходило, как поставки из России или Австралии, но на самом деле это уголь Донбасса. Как именно он к ним попадает – это сложный вопрос. Как-то это происходит, но об этом здесь не любят распространяться.

 

— Но зачем же ДНР и ЛНР поставляют уголь Киеву?

 

— Есть горячие головы, которые кричат, что Украине не нужно ничего давать, чтобы там наступил энергетический кризис. Но дело в том, что украинская энергосистема едина. Это значит, что если проседает производство на одной станции, оно будет компенсироваться увеличением на другой. Но если порог мощности опустится до определенной цифры, выключится вся энергосистема страны. А вместе с ней и ряд соседних с Украиной областей.

 

Это катастрофа, последствия которой можно предположить только теоретически. Поэтому все заинтересованы в том, чтобы поддерживать эту энергосистему хотя бы в минимально работоспособном состоянии. Он ее функционирования зависит не только Украина, киевская власть или даже население Донбасса, но и жители многих регионов соседних государств.

 

— Получается, это еще один козырь в руках Киева?

 

— Фактически, они могут позволить себе шантажировать всех подходом «Назло теще выколю себе глаз, будет у нее зять одноглазый». Это такой современный украинский стиль.

 

Мария Безчастная, «Свободная пресса»

 

Метки по теме: ;