На смену поединкам бронегрупп, батальонов и батарей идёт соревнование государственных систем

 

Донецк

 

Сепаратистские выступления, сотрясавшие год назад Юго-восток Украины, на самом деле имели существенное отличие от классических сепаратистских движений, характерных для многих стран Европы. Ключевое отличие – отсутствие у этого сепаратизма «национальных» мотивов (вроде тех, которые движут испанскими басками, шотландцами или турецкими курдами). Очевидно, что никакой чисто «национальной» мотивации у протестующих, скажем, Донбасса в этом смысле нет: не существует «донбасской нации», нуждающейся в праве на самоопределение. Да и среди «сепаратистов», в конечном итоге, оказались люди самых различных национальностей.

 

В этом смысле «донбасский сепаратизм» больше похож на те движения за создание независимых государств, которые возникали на просторах бывшей Российской империи в период Гражданской войны. Государственные образования на Севере, на Дону и на Кубани, Сибирская республика, да и, в некотором смысле, пресловутая УНР создавались во многом не под влиянием неких национальных чувств, но ввиду стремления отгородиться государственными границами от пугающих социальных процессов, происходящих в метрополии.

 

Иными словами, можно говорить о некоем «социальном сепаратизме» — стремлении отделиться от неэффективного государства с целью либо присоединиться к государству более эффективному, либо попытаться построить это более эффективно государство самостоятельно. Именно такой «социальный сепаратизм» мы наблюдали во время прошлогодних событий: и без того не слишком удовлетворённые происходившим в Украине на протяжении предшествующих 23 лет её истории, весной 2014-го года жители Донбасса были убеждены, что драматические события в Киеве приведут к дальнейшему ухудшению ситуации. Как оказалось, их опасения вовсе не были лишены оснований.

 

Безусловно, присоединение к более эффективному по сравнению с Украиной государству (Российской Федерации) было наиболее желательным развитием событий для многих «социальных сепаратистов» Донбасса. Этому варианту не суждено было реализоваться. В результате Донецкая и Луганская народные республики (которые многие рассматривали исключительно как некий временный переходный этап) оказались перед необходимостью строительства самостоятельного государства всерьёз и надолго. И главный вопрос состоит в том, насколько успешно они справятся с этой задачей – в особенности по сравнению с остальной Украиной.

 

Все участники конфликта в публичной плоскости признают, что он не имеет военного решения. А значит, это решение может быть найдено лишь в рамках некоего «капиталистического соревнования» между непризнанными республиками и остальной Украиной.

 

Если на пути строительства эффективного государства Донбасс потерпит поражение, то исчезнет и самый побудительный мотив для «социального сепаратизма» — и появятся предпосылки для возвращения региона в состав Украины. С другой стороны, если это строительство будет успешным, то Украину, по всей вероятности, ожидают новые волны сепаратистских движений – ориентированных уже не на Россию, а на непризнанные республики Донбасса.

 

Действительно, сегодня крайне сложная ситуация в непризнанных республиках является наиболее сильным аргументом в устах унитаристов. «Ведь вы же не хотите, чтобы было как на Донбассе?» — спрашивают они. И хотя в этом вопросе есть изрядная доля лукавства (ведь текущее положение дел на Донбассе во многом обусловлено именно радикальными мерами по удержанию Донецка и Луганска в составе Украины), для обывателя Одессы, Запорожья и Харькова ответ кажется практически очевидным.

 

Но ведь и непризнанные республики лишь начинают процесс государственного строительства и разрушенной войной экономики. И уже на этом этапе их правительства демонстрируют определённое упорство, настойчивость и готовность к нестандартным решениям. К числу таких решений можно отнести, к примеру, переход к мультивалютной системе, решения о национализации ряда крупных предприятий, интересные подходы к запуску сельского хозяйства (образование коллективного хозяйства в Криничном, предоставление топлива и удобрений в обмен на обязательства поставки части урожая в Корсунском и Карломарксовском сельсоветах). А к числу несомненных успехов можно отнести, к примеру, возобновление выплат пенсий на контролируемых республиками территориях.

 

Разумеется, строить государство непризнанным республикам придётся в максимально неблагоприятных условиях: последствия войны, экономическая блокада, отсутствие внятного правового статуса, до предела затрудняющее внешнюю торговлю. Однако и положение Украины трудно назвать благоприятным – тем более что её правительство, похоже, пока не проявляет ни готовности к кардинальным реформам, ни понимания того, как эти реформы могут выглядеть.

 

Кроме того, не стоит забывать, что жители Донбасса одержали победу в войне за независимость – а такие победы всегда оказывают мобилизующее влияние.

 

Кто победит в «капиталистическом соревновании» по строительству наиболее эффективного государства – покажет время. Впрочем, следует помнить, что в этой гонке у Украины в запасе всегда есть козырь в рукаве – возобновление военных действий. В конечном итоге, ключевые экономические центры Донбасса всё ещё находятся в непосредственной зоне досягаемости правительственных войск. Но это уже – совсем другая история…

 

Юрий Ткачёв

 

Метки по теме: