Ще не вмерла Украина? Дмитрий Родионов

   Дата публикации: 21 ноября 2016, 13:28

Три года майданного безумия: когда это закончится?

Три года майданного безумия: когда это закончится?

«Майдан»… Как много в этом звуке… Наверное, самое многозначное слово для новейшей украинской истории. С него для некоторых началась новая история, новая эпоха. А для некоторых история закончилась, как и сама Украина.

Сегодня в украинских учебниках истории действительно описывают т. н. «революцию гидности» (уж простите меня, носители украинского языка, но тут на язык наворачивается не «гидности», а «гадности») как некий поворотный момент, с которого якобы началась новая страница истории – европейской истории Украины, освободившейся от «москальской оккупации».

Нет, в самом деле, оказывается, «москальская оккупация» закончилась не в декабре 1991-го, а осенью-зимой 2013-2014 гг. До этого на Украине правили «марионетки Кремля». И лишь после Майдана украинский народ наконец обрел полную свободу и семимильными шагами, пардон, скачками, отправился в Европу, от которой его оторвали москали много веков назад.

Вот скажите, если бы вам такое рассказали лет тридцать, да ладно уж – лет десять назад, какой была бы ваша реакция? Посмеялись бы? Так и на Украине многие посмеялись бы. А теперь не смешно. Во всяком случае тем, кто на Украине: мы-то этот цирк по телевизору наблюдаем, а они –  вживую. И не только наблюдают, но и ощущают всеми фибрами широкой украинской души, внезапно истосковавшейся по «европейскому дому». И всей шириной карманов, откуда скудная зарплата почти целиком уходит на оплату отопления.

Знаете, в чем главная ошибка российской политики на Украине? Кончено же, как уже много раз было сказано, в том, что Москва все эти годы пыталась прикармливать тамошних олигархов вместо того, чтобы создавать положительный имидж для народа (что активно делали американцы с точностью до наоборот – создавая отрицательный имидж России), что вообще никакой российской политики на Украине (да и не только) попросту не существовало. Но не только в этом. А еще в том, что мы до последнего момента не верим в то, что шизофрения действительно существует. Для большинства из нас она существует где-то там за решетчатыми окнами дурдомов, скрытая от глаз. В лучшем случае – по телевизору. И не дай бог нам или кому из наших родственников или друзей столкнуться с этим явлением в реальности. Реальная шизофрения далека от анекдотов про палату номер шесть и Наполеона. Это страшно. Особенно, когда ею заболевает не один человек, а целая страна. Европа (а в особенности мы) уже сталкивалась с этим явлением в 30-40-е гг. прошлого века.

Сталкивалась и Украина – она была одной из самых пострадавших от нацистского вторжения республик. И кто бы мог подумать, что спустя чуть более чем половина столетия это повторится уже на ее территории?

Да, никто не мог поверить. И я не мог поверить в ноябре 2013-го, да даже в феврале 2014-го, когда смотрел по телевизору, как жгли «беркутовцев» на Майдане. Все это казалось какой-то сюрреалистичной картиной, кадром из фантастического фильма или из компьютерной игры. И тем нереальнее все это выглядело, чем дальше от места событий мы находились.

Я так и не побывал на Майдане, хотя собирался не раз поехать посмотреть все вживую. С реальностью я столкнулся уже спустя несколько месяцев в Донбассе, когда внезапно стало реальностью все то, что мы видели в фильмах про Отечественную войну, все то, что, казалось, навсегда стало историей. Оказалось, история повторяется. И в ней присутствует все: и фарс, и трагедия.

Но до этого было еще далеко. Еще горели покрышки на Майдане, озверевшие от внезапно свалившейся полной безнаказанности боевики, да и просто молодые люди, которым не хватало адреналина, кидали коктейлями Молотова в милицию, а большинство украинцев лениво наблюдали сие действо по телевизору, гадая, чья возьмет.

Нет, в самом деле, многие, кто были в Киеве в те дни, отмечали, что даже в то время, как на Майдане уже шли натуральные бои, в квартале от места событий киевляне жили той же жизнью, что и раньше: ходили в кино, театры, пили кофе в кафешках на Крещатике, мимо которых то и дело проходила возбужденная толпа каких-то маргиналов.

А потом маргиналы вдруг победили. Нет, не они победили, это их оппоненты проиграли. Вернее, просто сдались. Ведь я ни разу не сомневаюсь в словах одного из офицеров «Беркута», говорившего о том, что на полную зачистку Майдана у них уйдет от силы несколько часов. Просто не было приказа. А ведь был бы приказ – история развивалась бы совсем по-другому, и сегодня мать не оплакивала бы своего загиблого в АТО сына, утирая слезы «шок-платежкой» с суммой, многократно превышающей ее пенсию.

Не хочу сейчас рассуждать о том, почему Янукович сбежал, бросив свою страну, свой народ на произвол судьбы, догадывался ли он, к каким последствиям приведет это бегство. Думаю, не догадывался. Никто не догадывался, включая заказчиков и исполнителей того переворота. То, что произошло после февраля 2014-го, настолько страшно, немыслимо и невозможно, что никто себе и представить не мог.

А всему виной «Майдан»…

Впервые это слово вошло в широкий обиход еще в 2004-м, во времена первой «оранжевой революции» на Украине. К слову, тогда тоже было трудно поверить в то, что происходит, хотя события той революции сейчас кажутся невинным цирковым представлением. «Оранжевая революция» была лишь очередной победой модной тогда технологии «цветного» переворота. До этого эта технология была успешно испробована в Грузии, еще раньше в Сербии, а год спустя – в Киргизии. И тогда казалось, что западные стратеги разработали универсальный механизм быстрой и бескровной смены власти: выборы – массовые протесты против их итогов – капитуляция правительства, не решившегося применить силу против народа.

Схема работала в одной стране за другой без сучка, без задоринки. Впрочем, она оступилась в Белоруссии. Оказалось, что тамошние власти, в отличие от властей Украины, Грузии и Киргизии, оказались попросту готовы к таком повороту и пресекли «революцию», что называется, в зародыше. Причем тоже абсолютно бескровно.

И все-таки, мне кажется, главной ошибкой разработчиков этой технологии стало то, что они начали ее применять везде где попало, не думая о местных особенностях. И постсоветскую ментальность, в которую за 20 лет независимости сильно вросли метастазы казалось бы похороненных в гуще событий XX века национальных и даже националистических атавизмов, архитекторы «цветных революций» тоже изучили плохо.

Я не знаю, на что они рассчитывали: что разложив вдоль российских границ множество таких «бомб», они смогут подорвать власть в самой России? Или на то, чтобы выиграть максимально времени, необходимого для воспитания новых, оторванных от России и ненавидящих Россию поколений в братских республиках? Так или иначе, все страны, где побеждали «евроинтеграторы», достаточно быстро скатывались во все те черты постсоветского пространства, от которых люди хотели бежать, для чего и выходили на «майданы»: коррупция, кумовство, полицейский и чиновничий беспредел, ужасающий социальный разрыв между богатыми и бедными…

В итоге «цветные» потеряли власть в Грузии (эти еще мирным путем – хотя, благодаря их политике, страна до этого пережила войну и унижение от потери территорий), в Киргизии (не совсем мирным, но президенту в итоге тоже повезло – успел сбежать), сегодня продолжает бурлить Молдова, разрываемая между сторонниками и противниками переворота 6 апреля 2009 года, причем противники оказались в большинстве и смогли выбрать своего президента, хотя, судя по глубине раскола в обществе, это далеко не конец игры.

Но самым увлекательным представление оказалось на Украине. Там тоже на волне усталости от «оранжевых» к власти пришел якобы «пророссийский» президент. Но он умудрился менее чем за четыре года создать в стране условия для нового Майдана – и какого!

Понимал ли это Янукович? Думаю, понимал. И, скорее всего, готовился. Но к тому, что в итоге произошло, подготовиться было просто нереально. Просто потому, что все пошло не так, как бывало в предыдущие годы.

Самое страшное, что этого не могли предвидеть и те, кто заказывал весь этот «бал-маскарад». Согласно весьма распространенной версии, Майдан задумывался под президентские выборы. То есть должна была сработать обычная схема: выборы, массовое недовольство, капитуляция власти. Но произошел фальстарт, который, как говорится, превзошел самые смелые ожидания.

Конечно, архитекторы Майдана тоже понимали, что играя с нацизмом – играют с огнем. Тем более что еще свежи воспоминания былой войны. И Янукович понимал – но ведь играл же. На полном серьезе верил, что он сможет чуть-чуть приоткрыть клетку, чтобы напугать народ ужасным ликом этого зверя, и тут же захлопнуть, показав себя единственным спасителем. А зверь взял и вырвался.

Тем, кто его выпускал, было все равно, они вряд ли вообще задумывались о последствиях. Им напротив: чем хуже – тем лучше, чем масштабнее потрясения – тем жестче можно будет разговаривать с Москвой. И тем напуганнее и покладистее будет Европа, для которой Майдан не где-то далеко за океаном, а прямо под боком. Конечно, европейцы сами виноваты, позволив втянуть себя в эту авантюру. Сейчас они стыдливо опускают глаза, предпочитая делать вид, что ничего не происходит, предпочитая не замечать существования стремительно гноящейся раны – Украины. Но в душе они бы и рады отыграть все назад. Сделать так, чтобы этого проклятого Майдана, который в итоге привел к результатам, противоположным тому, что они хотели, – вовек не случилось.

Они хотели получить через Украину выход на российский рынок, а получили санкционную войну. Они хотели оторвать от России огромный кусок богатой территории, без которого, по словам многих известных европейских исторических деятелей, Россия никогда не смогла бы возродиться. А получили реальную войну, резкое обострение отношений Запада и Востока (грозящее перерасти в самую натуральную третью мировую). А еще они получили на шею государство-нахлебника, которое приходится тянуть, просто чтобы не потерять лицо, и которое становится все наглее и прожорливее, требуя открыть ворота для почти 40 миллионов гастарбайтеров. Про «мелкие бонусы» типа контрабанды оружия для всей Европы и даже Ближнего Востока я молчу. Сомнительный выигрыш для Европы, верно?

Впрочем, и в Америке уже понимают, что свою роль Украина сыграла и дальнейшее содержание этого актива не только не выгодно, но и опасно. Наверняка новая американская администрация попытается от этого сомнительного «подарочка», доставшегося от Обамы, избавиться, сбагрить его если не Европе, так хоть России.

Возможно, на этом все и закончится. Только что мы имеем в сухом остатке? Страну с полностью уничтоженной экономикой – это, кстати, должно войти в учебники отдельной главой: как можно за два года полностью добить экономику второй после РСФСР союзной республики с колоссальным потенциалом, которому позавидовала бы любая страна Европы (ее, конечно, планомерно добивали все 25 лет незалежности, но именно последние два года все шло настолько стремительными темпами, что трудно поверить в реальность происходящего, если не увидеть самому). Страну – одну из учредительниц ООН, превращенную в Сомали, – страну, в которой гражданская война будет идти до тех пор, пока стороны либо не перебьют друг друга, либо их не разведут по разным странам границей с высоченными заборами и с колючей проволокой, охраняемой миротворцами, или не предложат временный вариант, как в Боснии. Страну, в которую уже никогда не вернется Крым, и весьма проблематично возвращение Донбасса (поверьте, я знаю, о чем говорю: стена ненависти слишком высока, ее не разрушить никакими «минсками»), да и весь юго-восток, который после победы Майдана чуть было не стал большой Новороссией, если и останется с Галичиной в одной стране, все равно будет для нее инородным телом и неугасаемым очагом нестабильности.

Я не хочу сейчас рассуждать о жизнеспособности постсоветской Украины в признанных границах как таковой – об этом написано немало за последние два года. Важно, что той Украины уже не будет никогда. И это тоже благодаря тому, что два года назад «онижедети» вышли на улицу требовать от Януковича не сворачивать с «европейского пути».

Буквально недавно Россию потрясла история с псковскими подростками. Я, наверное, был одним из немногих, кто у себя на странице написал о том, что жалеть и оправдывать малолетних алкоголиков, которые устроили пальбу по людям, и только чудом обошлось без жертв, не считая их самих, – как-то, по меньшей мере, глупо. И ко мне тут же набежала толпа моралистов, яростно ругая меня за такую позицию, не приводя в защиту своей никаких аргументов, кроме «онижедети». Они же дети, значит, им все можно. Вот так же возмущались по поводу избиения «онижедетей» на Майдане. Знали бы те, кто возмущался, чем это кончится, – позатыкали бы рты.

Да, Майдан действительно не просто пошел не по сценарию, он сломал все возможные рамки политкорректности и человеческой морали. Действительно, наружу выплеснулось то, что в украинском народе веками душили «кляты москали»: анархия (недаром первая в истории анархическая республика Махно появилась именно на Украине), гетманщина, основной приметой которой было извечное желание сидеть на двух стульях, запорожчина – в худшем ее проявлении – вся Украина превратилась в пиратское государство. И если мы воспринимаем средневековую Сечь как нечто романтическое, то, что происходит с Украиной сегодня, кажется чем-то ужасным, но это ведь уже не раз было в истории.

«Духу нету у вас свободного», – писала одна одурманенная Майданом юная «поэтесса», романтизируя умение украинцев свергать власть по любому поводу и без. Умение-то есть, и дух свободный тоже. А вот есть ли мозги? Похоже, все, что еще оставалось, «проскакали» на Майдане.

Сегодня, как написал один из украинских депутатов из «майданщиков» (а сейчас на Украине все политики – из «майданщиков», иных из политики выперли), в стране снова пахнет бунтом. Политики обещают новый Майдан, и поводов к нему – хоть отбавляй, намного больше, чем было при Януковиче. И те, вчерашние «майданщики», которые сегодня стали «героями Украины», обзавелись оружием и правом на применение насилия, которые три года назад призывали к массовым беспорядкам и убийствам «ментов», которые, по их мнению, вообще не люди, сегодня они грозят подавить новый Майдан, утопить его в крови. И можно не сомневаться, что они это сделают, чай, не все Януковичи. Но ведь психологический барьер перед применением насилия исчез не только у них, но и у большинства украинцев. И многие из их вчерашних товарищей по Майдану, озверевшие от крови на фронте, тоже готовы применить оружие уже против них. Что ждет Украину теперь? Гражданская война всех против всех уже на всей территории страны?

Увы, это не исключено. Три года назад я в это не верил. А сейчас верю. Майдан был спусковым крючком, который перемешал все, сделал неотличимым добро от зла, сделал возможным то, что раньше казалось невозможным, выдал универсальную индульгенцию всем, лицензию на любые действия.

Вопрос сегодня стоит не в том, что еще может произойти на Украине, а в том, как долго Россия, Европа и Америка будут это терпеть. Сил терпеть и делать вид, что это все суверенное дело суверенной страны, практически не осталось ни у кого.

И все же я верю, что это безумие когда-нибудь кончится. Любое безумие рано или поздно кончается, как кончилось безумие для Германии, правда, миру пришлось заплатить за это жизнями почти 50 миллионов. Сейчас, к счастью, масштаб не тот. Но тем, кто сейчас в Донецке, Луганске, Горловке, Первомайске и других городах, подвергаемых ежедневному варварскому уничтожению, – им от этого не легче.

Когда-нибудь это обязательно кончится. Но люди будут помнить еще долго. И 21 ноября – день начала кровавого кошмара – навсегда войдет в историю. Не как годовщина «революции достоинства». А как годовщина прощания с разумом. И «Майдан» обязательно станет ругательным словом. Но всему свое время…

Дмитрий Родионов

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1