На повестке дня — референдум в Донецке. Руслан Мармазов

   Дата публикации: 17 ноября 2016, 00:03

А вы что думали? Именно референдум. Причем о дальнейшей судьбе ДНР. Аналогичный референдум и в Луганске актуален — об ЛНР, разумеется.

samolet

Что касается термина «на повестке дня», то тут уж, простите за нахальство, речь о моей личной повестке пока идет. Из нее настоятельная необходимость донецкого референдума не уходила с самого начала Русской весны в наших краях. Как только случилось народное волеизъявление 11 мая 2014 года, как только свободные республики Донбасса решили отваливать от внезапно взбесившейся Украины, так сразу же запросился и следующий, более чем уместный шаг. Тем паче у всех перед глазами был пример Крыма, пусть и не вполне схожий с тем, что происходило в донецких степях, к тому же исходные данные прилично разнились, но результат манил и притягивал.

Собственно, у кого память не совсем кургузая, тот помнит, что второй референдум, на котором, вот на 100 процентов уверен, жители Донбасса высказались бы за воссоединение с Россией, должен был последовать в кратчайшие сроки после упомянутого 11 мая. Но по настоятельной просьбе из Москвы его отложили на будущее, а потом и вовсе как-то перестали вспоминать.

Понимаем, небось, геополитическая ситуация как-то там сложно выстроилась. Звезды не так стали, котировки запрыгали, враги распоясались… Наверняка замаячили сложности и обострения на разных направлениях. Не говоря уже о санкциях! Велика Россия, ей надо все тонкости мировой политики учитывать. Это мы, в Донецке или Луганске, например, по простоте душевной можем эгоистично раскапризничаться, ножками затопать: хотим-де в Россию, домой пора давно — все такое…А матушке каково? И так забот полон флот, а тут еще мы со шлейфом своих невероятных сложностей… И так, слава господу, не оставляет Россия без поддержки. Иначе бы нас бывшие соседи по Украине уже давно вырезали, приплясывая и гимн распевая.

Но это ведь когда было? В смысле, отказ от второй части референдума, без которой первая немножко недоделанная получилась. Уже два с половиной года тому назад! И все это время ДНР и ЛНР настырно и недвусмысленно намекали, что возвращаться в состав все еще беснующейся, хотя и разваливающейся Украины явно не хотят. Отчаянно так намекали, с оружием в руках, неся потери и истекая кровью.

Конечно, тут я уже готов услышать нечто из разряда «не надо путать народ и власть»: люди-то как раз в общей своей массе хорошие и душевные даже, а к кормилу в Киеве беззаконно дорвалась шайка жуликов, садистов, извращенцев и психов. Вот как только нынешних руководителей волна праведного гнева доведенных до белого каления граждан сметет, так и можно будет снова с ними совместно жить в одной, не побоюсь этого слова, стране. То, что Порошенко и компания отправятся в пекло раньше, чем предполагают (кто транзитом через тюрьму, самые везучие — через эмиграцию, а кто и прямым ходом), — бесспорно. Но что прикажете делать с сотнями тысяч участников АТО, спонсорами убийств детей Донбасса, всевозможными скакунами кастрюлеголовыми? Мы с ними должны бок о бок жить, о чем-то деликатно разговаривать, краюху хлеба делить, по их вине, кстати, самого грубого помола? Вот как-то сложно мне это представить, хотя на отсутствие фантазии никогда не жаловался. Увольте, не хочу об этом думать.

Уже доводилось слышать умников либерального толка, что вот с немцами воевали же, еще и как, а теперь, смотрите, ничего страшного, вполне даже можем дела вести. Да, это так. Но и лет с тех пор прошло немало, это во-первых. В одной стране нас с ними жить никто не принуждал — это во-вторых. А в-третьих, серьезные у меня есть подозрения, что многие ветераны Великой Отечественной ушли в рай воинов-праведников, так и не научившись спокойно слышать немецкую речь. Те, кто пережил обстрелы Донецка, Макеевки, Горловки прежними никогда не будут. Дети этот яркий факт своей биографии тоже запомнили навсегда. И забыть бы — но не выйдет. Так зачем же себя насиловать, заставлять быть рядом с теми, кто нас убивал? И, кстати, с теми, кто по сей момент в сладких снах видит донецкую улицу Артема, заставленную виселицами с гроздями «сепаратистов, террористов и путинских рабов»…

Если вдруг я в Донецке так думаю один, стало быть, во время референдума за воссоединение с Россией будет подан всего один голос. Но какое-то сверхъестественное чутье подсказывает мне, что именно этот пункт соберет подавляющее одобрительное большинство. На втором месте окажется не самая совершенная, зато уже опробованная в деле идея сохранить полную самостоятельность ДНР. А еще часть бюллетеней окажется недействительной. Потому как, не справившись с нервами, некоторые голосующие украсят цветастыми эпитетами позицию, касающуюся возвращения в состав Украины, пусть и с любыми автономными привилегиями. Голосующих собственно за Украину будет совсем немного, такие в основной своей массе давно в Киеве сидят, если не в Виннице.

Я так уверенно эти предсказания делаю, опираясь не только на свое персональное мировоззрение или на поддержку родни и друзей. По роду своей деятельности доводится мне общаться и очно, и в соцсетях с людьми, мне совершенно незнакомыми. И, представьте себе, устремления наши совпадают. То есть давая всему этому даже самую скромную, сдержанную оценку — есть такое мнение. У дончан абсолютно достоверно есть мнение о закономерности воссоединения с Большой Россией.

Классик активной политической жизни и писатель Эдуард Лимонов недавно всколыхнул информационный простор, предложив проведение схожего референдума в его родном Харькове. Русский же город, что ему делать в составе Украины? Пора в Россию, как ни крути. Понимаем всю дерзость, но и дальновидность такого почина. Как минимум, сложно сейчас проводить референдум с подобными идеями в оккупированном украинскими нацистами Харькове. А если представить такую возможность? На минуточку, а? Красивая картина получится: Харьков голосует за здравый смысл и убывает в Россию, а Донецк и Луганск продолжают отстреливаться.

Мы-то можем провести референдум когда угодно, только будь на то политическая воля, тем паче что в республиках Донбасса власть принадлежит народу. И праймериз… Надо же, словечко такое внедрили в обиход, кошмар… Так вот: и предварительное голосование, ничего не решающее, зато демонстрирующее непреклонную решимость и инициативу, а главное, умение организовать демократический процесс, нам в помощь. Отточили навыки, потренировали комиссии, смахнули пыль с урн для волеизъявления…И довольно на холодной материальной части приемы отрабатывать. За дело!

Знаю-знаю, слышал про минские альтернативы. Нельзя, так сказать, спугнуть наших ранимых украинских «партнеров», а то еще более тонкие и подверженные приступам ипохондрии западные «партнеры» решат, что это ДНР и ЛНР срывают мирный процесс. Они такие! И тогда все, запретят пармезан и хамон ввозить в Россию еще лет двести. Альтернативы, мы знаем точно, нет никакой. Правда, и результатов «Минск» тоже чего-то не демонстрирует. Не видно их даже вооруженным глазом. Из почти полностью уничтоженного поселка Зайцево, из донецкой Петровки, из промзоны Авдеевки — точно не видно. Отсюда и близкая к кощунственности мысль возникает сама собой: «А ну как альтернатива есть?» Референдум, например. И переход из нелепой категории «Юго-Восток Украины» в солидную позицию «Юг России».

Посмотрите, как руководство ДНР под давлением мировой общественности, разумеется, скрипит от ярости зубами, но играет и играет в минскую рулетку… Какое-то уныние накатывает. А тут на тебе, радость нежданная, богатое на искренние эмоции интервью Александра Захарченко писателю, журналисту и теперь уже депутату Госдумы Сергею Шаргунову. Там важный есть момент: Шаргунов спрашивает у главы ДНР, сколько все это может продолжаться, а тот ему в ответ: «Сергей, можно я у вас спрошу? Сколько это все может продолжаться? Давайте я сам этот вопрос вам задам. Поверьте, мне этот вопрос хотелось бы задать не только вам. Но и Госдуме, правительству, вообще России. Мы, русские, воюем тут третий год. Здесь живут русские, и мы хотим на Родину, вернуться в Россию».

И дальше: «Сколько еще мы тут должны провоевать? Что мы должны еще сделать? Объясните нам — и мы сделаем, отвоюем, выдержим. Только объясните, что мы должны сделать, к чему мы должны прийти, что мы должны захватить, как мы должны помочь этому процессу возвращения, чтобы он быстрее закончился».

Вот же! Вот оно самое главное! Пора домой… Пришло время. А без референдума в этом деликатном вопросе никак.

Кстати, Шаргунов — большой, надо заметить, друг Донбасса — вернулся из поездки к нам на передовую и развил в Госдуме активную деятельность. Во всяком случае, инициирована выдача российских паспортов жителям ДНР и ЛНР. Нет, я человек не наивный, знаю, что сделать это будет крайне сложно. Есть и объективная процедура, и инерционность делопроизводственной машины, и не только друзья, но и враги Донбасса, и даже агенты влияния иностранных государств, вскормленные густой манкой Джорджа Сороса и ему подобных — все это есть в России. Но дорог первый шаг. Важно заявление в полный голос. Нельзя молчать, вот ведь какая банальная, но действенная штука.

Присосавшиеся к Украине упыри всего этого, понятный случай, боятся как бесы ладана. Отвалят Донецк и Луганск, за ними непременно потянутся Харьков, Одесса, Херсон, Николаев, Запорожье, Днепропетровск… Отсюда надменные физиономии киевских деятелей разных родов и племен и фразы типа: «Так не нужны же вы России!» Вот и проверим заодно, а? Проведем референдум, спросим: «Матушка, нужны мы тебе? Домой ведь хотим…» Русский человек, где бы ни жил, имеет полное право на такой вопрос. Нужны или нет? Если вдруг не нужны, немного обидно, конечно, досадно, но ладно… Зато точно будем знать, что расчет — только на себя, на маленькие воюющие гордые русские территории. Но я же знаю, что нужны. Верю в это. Россия своих никогда не бросает. А мы же — русские, и с нами бог! И Россия.

Руслан Мармазов, ФАН

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1