Прямая виртуальная угроза. Дмитрий Дробницкий

   Дата публикации: 13 октября 2016, 11:37

Пресс-секретарь Белого Дома Джош Эрнест заявил 11 октября, что президент США рассматривает различные варианты «пропорционального ответа» на хакерские атаки, осуществленные, якобы, по приказу Кремля.

Прямая виртуальная угроза

Речь идет о взломе сервера Демократической партии, переписки нескольких сотрудников штаба Хиллари Клинтон, а также избиркомов в нескольких штатах. Уже несколько месяцев функционеры Демократической партии и официальные лица в Вашингтоне утверждают, что Россия пытается повлиять на выборы в США и «дискредитировать американскую демократию».

Не буду обсуждать сами обвинения. Замечу лишь, что выводы «специалистов в области кибербезопасности», которые нашли в упомянутых выше взломах «русский след», постоянно используются в политических целях лишь одним из кандидатов в президенты США.

Дело, однако, зашло намного дальше предвыборной риторики. Белый Дом готовит некие меры против нашей страны.

Можно было бы, конечно, пошутить на тему взлома электронной переписки членов думских фракций и ее дальнейшего размещения в открытом доступе. Шуток можно придумать много, но ситуация на самом деле нешуточная.

Джош Эрнест говорил не о симметричных мерах, а о пропорциональных.

Американская шкала пропорциональности довольно причудлива. Страны, не обладающие военной мощью, достаточной для противостояния США, зачастую бомбили за непослушание, и это называлось «пропорциональным применением силы».

Против России этот номер не пройдет, если только лауреат Нобелевской премии мира не собирается развязать войну Судного Дня в последние месяцы своего президентства. Стало быть, варианта тут два: или новые санкции, или кибератака на Россию. А поскольку о санкциях в отношении нашей страны говорили в Конгрессе раньше заявления представителя Белого Дома, речь идет именно о кибератаке.

И это очень тревожная новость.

Сами Соединенные Штаты уже очень давно рассматривают киберсреду как полноценный театр военных действий. Более того, еще в 2006 году стало известно, что, согласно новой военной доктрине США, нападение в виртуальном пространстве на американские объекты, учреждения и инфраструктуру считается таким же полноценным casus belli, как и обычное нападение.

Несмотря на это, в Вашингтоне похоже, решили, что киберудары по России являются допустимыми и безопасными для Соединенных Штатов и всего мира. Иначе таких громких заявлений не делалось бы.

Так что, вполне возможно, нас ожидает конфликт в виртуальном пространстве. Последствия, однако, будут вполне реальными и весьма болезненными.

Человечество за последние десятилетия доверило цифровым технологиям очень многое, включая самые насущные свои потребности. Вода в кране, тепло и электричество, связь, транспорт, госуправление, добыча полезных ископаемых и работа предприятий непрерывного цикла — все это в значительной степени управляется с помощью компьютеров.

Жестокая правда состоит в том, что абсолютно защищенных компьютеров не существует. Во всех операционных системах есть «дырки», которые зачастую оставляются разработчиками намеренно именно на случай необходимости взломать удаленный компьютер. А полностью замкнутых, никак не связанных с Сетью вычислительных систем очень мало, если таковые вообще остались где-либо за пределами военных объектов. Да и на военных объектах далеко не все изолировано.

Кибернетическая атака, скажем, на объекты инфраструктуры большого города может вызвать не меньший хаос, убытки и даже человеческие жертвы, чем его бомбардировка.

Как я уже сказал, непробиваемой защиты от хакерских атак не существует, поэтому единственная тактика стороны, подвергшейся нападению, является минимизация ущерба и ответные атаки.

При этом не все киберудары хирургически точны. Так, атака на иранские предприятия по обогащению урана, предпринятая в 2012 году, затронула также и гражданские объекты. То есть виртуальное оружие настолько же неизбирательно, как и так называемое высокоточное, которое, как известно, частенько бьет не туда по самым разным причинам — неточность разведданных, человеческий фактор, сбой в работе программы.

Все те же самые причины могут привести к тому, что и кибератака вместо того, чтобы отрубить связь в здании спецслужбы, может обесточить отделение реанимации в детской больнице. В книге «Кибервойна», написанной американским государственным экспертом в области компьютерной безопасности Ричардом Кларком, приведено немало таких примеров.

Атаки из виртуального пространства, помимо прямого ущерба, также несут опасность разрастания конфликта за пределы цифровой среды. Россия, подвергшись нападению хакеров, может, конечно, ограничиться парой нот протеста, но может и ответить. Вряд ли Вашингтон сочтет этот ответ справедливым, и последует новое нападение. Оно повлечет за собой новый ответ. В результате рано или поздно не только образуется значительный материальный ущерб, но и появятся человеческие жертвы.

Просто представьте себе мгновенно обесточенный вечерний город в зимние месяцы. Это гарантированные сотни ДТП, многие из которых закончатся плачевно. Что это, если не агрессия с жертвами из числа гражданских?

Одним словом, если Вашингтон не решит ограничиться опубликованием секретов представителей российской политической элиты, американский «пропорциональный ответ» в киберпространстве может оказаться не менее опасным, чем попытка введения в Сирии бесполетной зоны, и может привести ровно к тому же — к Третьей мировой войне.

Нельзя сказать, что этого никто в Америке не понимает. Пока главным киберврагом США считался Китай, звучали призывы попытаться заключить с Пекином соглашение об ограничении агрессивных действий в виртуальном пространстве. Наибольшую огласку получила статья сотрудника Института коммунитарной политики Амитая Этциони в издании Diplomat в 2013 году.

Автор предлагал концепцию взаимной гарантированной сдержанности (Mutually Assured Restraint — MAR) в части киберопераций друг против друга. Основная идея Этциони состояла в том, чтобы договориться, какие действия и контрдействия будут считаться актом агрессии, а какие не должны приводить к ответным действиям как в киберпространстве, так и в пространстве обычном.

Попросту говоря, концепция MAR предполагает, что шпионить-то страны друг за другом не перестанут, в том числе и через Сеть, но вот наносить материальный ущерб, рисковать инфраструктурой и человеческими жизнями, а также атаковать системы вооружений не стоит.

Пора бы подумать о такой концепции и в разрезе российско-американских отношений. Понятно, что сейчас, американские политики находятся в угаре политической борьбы, одним из аргументов в которой стала «киберагрессия России», так что договориться с ними ни о чем не удастся. Но и молчать дальше нельзя.

По-хорошему, то, что сказал представитель Белого Дома является чем-то близким к объявлению войны. Совершенно точно — угрозой применения силы. Но, с точки зрения современного международного права, ничего «такого» Джош Эрнест не сказал.

Кто его знает, какой будет политическая ситуация в США через четыре года или даже через пару лет! Не захочет ли Белый Дом отвлечь внимание граждан от чего-то очень нехорошего в Вашингтоне и поиграть для этого в войнушку, пусть и в виртуальном пространстве?

Сейчас «пропорциональным ответом» нас стращают из-за того, что разозлилась Хиллари Клинтон-кандидат. А что будет, если она станет президентом США?

Есть в данном вопросе и еще один аспект. Угнать атомную подводную лодку или даже завладеть ядерной боеголовкой террористы способны пока только в голливудских фильмах. Но вот наработки в области кибероружия, думаю, украсть гораздо легче. И попасть они могут совсем в нехорошие руки. Так что в комплекте с MAR должна идти еще и политика нераспространения виртуальных средств нападения. Это требует гораздо более высокого уровня международного сотрудничества, чем нераспространение ядерное.

Говорить обо всем этом надо уже сейчас. Да, нас обвинили во всех цифровых грехах, но одновременно создали повод. Вы там что-то говорили о русских хакерах? Что ж, Россия предлагает заключить международное соглашение о кибербезопасности и обеспечении мер доверия в этой области.

Самое время. Потому что сейчас в Вашингтоне что-то слишком легко рассуждают о начале кибервойны, прям как в 1940-е о ядерной.

Дмитрий Дробницкий

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1