Советник Трампа: американские санкции обернули Россию в сторону Китая

   Дата публикации: 30 сентября 2016, 07:40

Джордж Пападопулос рассказал об отношениях России и США, о кризисе в Сирии, расширении НАТО и зависимости ЕС от российских энергоресурсов

Советник Трампа: американские санкции обернули Россию в сторону Китая

Джордж Пападопулос – молодой американец греческого происхождения, который, начиная с марта 2016 года, работает одним из внешнеполитических советников в команде кандидата в президенты США Дональда Трампа. До этого господин Пападопулос консультировал выбывшего из президентской гонки республиканца-нейрохирурга Бена Карсона, а еще раньше работал в различных исследовательских институтах по изучению международной политики, и сферой его научных интересов была мировая энергетика.

— Многие в России думают, что если Дональд Трамп станет президентом США, российско-американские отношения значительно улучшатся. Эти ожидания, на Ваш взгляд, реалистичны?

— Господин Трамп ясно высказался по поводу своего желания открыть новую главу в американо-российских отношениях. Однако это зависит и от готовности России действовать в качестве ответственного игрока на международной арене. Отношения между США и РФ достигли своей низшей точки при администрации Барака Обамы и при Хиллари Клинтон в должности госсекретаря. Нынешний низкий уровень доверия между обеими странами, а также, как представляется, маячащий на горизонте конфликт вокруг Балтики, на Украине и даже в Сирии, — все это свидетельствует о том, что в интересах США, НАТО и России немедленно снизить враждебность и работать вместе с целью противодействовать общим угрозам. Эта угроза – исламский экстремизм, джихадизм, который распространился по Северной Африке и Ближнему Востоку после так называемой «Арабской весны».

Для начала было бы разумно расставить приоритеты в отношениях. Если бы мы сотрудничали в Сирии, противодействуя ИГИЛ (запрещена в РФ) и стабилизируя регион Леванта, то проявили бы добрую волю и в отношении восточной Украины. Также это привело бы к взаимному пониманию и уверенности в том, что не будет вторжения на границах НАТО.

В основе нашей стратегии лежат возможности, и совместная работа обеих стран по борьбе с радикальным исламом вместе с другими странами региона, — прежде всего с Египтом, Кипром, Израилем, Иорданией и Грецией, — объединит ЕС, НАТО, США и России вокруг общей угрозы, и это в интересах международного мира и безопасности. Это говорит о том, к каким целям, как я надеюсь, США будут стремиться, по каким принципам будут жить, взаимодействуя с миром и пересматривая наши подходы к мировым делам.

— О сотрудничестве с Россией в борьбе с терроризмом годами говорила и нынешняя администрация. Чем тогда принципиально отличается позиция Трампа от позиции президента Обамы, изложенной несколько лет назад?

— В том, что на словах администрация это заявляла, но на практике никакого сотрудничества не было. Их слова расходились с делами. Именно поэтому Россия больше не верит обещаниям, утрачена атмосфера взаимного доверия. Трамп в случае избрания президентом это доверие вернет.

— В чем, на ваш взгляд, главная ошибка администрации Обамы в Сирии?

— Главная ошибка администрации Обамы в Сирии заключается в том, что она не занималась комплексно проблемами пресечения финансовой подпитки ИГИЛ и вербовки для нее новых боевиков, а также территориального расползания ИГИЛ. США слишком зависят от Турции в борьбе с ИГИЛ, но Турция в основном выступала против западных интересов в этом конфликте. C начала гражданской войны Турция сохраняла свои границы проницаемыми, разрешая джихадистам переходить их для борьбы с Асадом. Этот гамбит аукнулся самой Турции, и теперь стране, к сожалению, грозит отчуждение своей территории из-за двойной угрозы, исходящей от ИГИЛ и курдов. Более того, атакуя курдские силы вместе с ИГИЛ, Турция тормозит наиболее эффективную в регионе боевую силу, которая борется с террористами. Администрации Обамы следовало бы больше помогать курдским отрядам народной самообороны, включая поставки оружия, обучение и материально-техническую поддержку.

Кроме того, работа с союзниками в регионе по использованию альтернативных воздушных баз, помимо тех, которые используются в Турции и Катаре, например, в Акротири на Кипре, или базы в контролируемых курдами районах Ирака и Сирии, тоже могла бы принести большие дивиденды.

— Вы тоже полагаете, что Асад должен немедленно уйти?

— Мы не поддерживаем агрессивную смену режима где бы то ни было. Посмотрите, что произошло в Ливии и Ираке. Мы все это помним. Тем не менее, это не означает, что мы являемся поклонниками Асада.

— Вы согласны с тем, что санкции США в отношении России не помогли урегулировать кризис на Украине?

— Санкции привели лишь к тому, что Россия развернулась в сторону Китая, рассматривая его в качестве основного рынка сбыта российских товаров, услуг и энергии. Не в интересах Запада соединять Китай и Россию в геополитический альянс – это может иметь непредсказуемые последствия для американских интересов США в Южно-Китайском море, Восточном Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Я считаю, что и Россия, и США должны рассматривать Китай как растущую угрозу со стороны супердержавы, с которой придется иметь дело в течение ближайших пятидесяти лет.

— Каким вы видите будущее НАТО, поддерживаете ли новое расширение альянса? И если так, то считаете ли необходимым учитывать обеспокоенность России на этот счет?

— Если НАТО будет расширяться, все новые члены должны провести требуемые 2% ВВП на расходы на оборону. В настоящее время только пять стран-членов НАТО выполняют это обязательство. Без общей задачи, без поручительства всех стран тратить 2% ВВП на оборону, альянс в его нынешнем виде, вероятно, не будет устойчивым.

Что же касается взаимодействия НАТО и России, то НАТО в течение нескольких десятилетий придется бороться с тремя крупнейшими угрозами: растущий агрессивный Китай, радикальный ислам и ядерный Иран. Россия может быть полезной в ликвидации опасных последствий этих трех одновременно действующих факторов.

— Но вы не ответили на вопрос про расширение: в случае, если альянс сохранится в его нынешнем виде, вы за или против расширения? Россия неоднократно выражала обеспокоенность приближением инфраструктуры НАТО к ее границам.

— Надо смотреть на обстоятельства. Если между нашими странами будут выстроены взаимно доверительные отношения, то мы будем понимать ожидания друг друга, знать, где именно пролегают «красные линии», которые нельзя пересекать. То же, что происходит сегодня, — это крайне опасная и неустойчивая ситуация, когда любой инцидент может стать роковым.

— Судя по вашей биографии, вы несколько лет отдали изучению вопросов, связанных с международной энергетикой. Разделяете ли вы мнение о том, что Европа должна ослабить свою зависимость от российских энергоресурсов?

— США и Россия останутся конкурентами как на европейском, так и на тихоокеанском газовых рынках. Это неизбежно.

Антироссийские санкции, к сожалению для США, привели к заключению крупных сделок в сфере энергетики между Россией и Китаем.

Начало сланцевой эпохи превратило США в страну-экспортера природного газа. И Тихоокеанский регион, и Европа сегодня являются ведущими мировыми рынками — причем в Тихоокеанском регионе спрос растет, — тогда как источники и маршруты поставки энергоносителей пока не диверсифицированы.

По прогнозам, к 2020 году США станет третьим по величине экспортером сжиженного природного газа. Импортируя американский газ уже сейчас, пусть и в небольших количествах, Европа, скованная действующими долгосрочными контрактами, сможет в перспективе позволить себе роскошь пересмотреть их условия и уйти от привязки стоимости газа к нефти, обеспечив таким образом более низкие цены для конечных потребителей. Это вынудит «Газпром» и американские компании конкурировать за долю на рынке, где экономику проектов будут определять спрос и предложение.

 

Источник

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1