Как «дети лейтенанта Байдена» антикоррупционный велосипед изобретали. Алексей Куракин

   Дата публикации: 29 сентября 2016, 10:00

Путешествуя по своей извилистой дорожке, старушка История имеет скверную привычку загонять различных патриотических словоблудов, чудесным образом сопричисленных к лику власть имущих, на минное поле из упущенных когда-то шансов и уличать этих жонглеров словесами в шулерстве. Причем, танцуя на этих граблях и получая увесистые удары по чугунным лбам, многие даже умудряются неистово кричать «Перемога!»

syzyf

Еврооптимисты с элитной недвижимостью

Не стали исключением и нынешние, чистые в своих помыслах — аки слеза комсомолки, все эти еврооптимисты с элитной недвижимостью, люстраторы по вызову и борцы за правое дело, дарящие полиции неучтенные в декларациях автомобили и весело бегущие с антикоррупционным транспарантом, на котором чья-то шаловливая рука начертала: «Что такое коррупция и как с нами бороться!?»

Очередное эпохальное «покращення» в виде электронного декларирования, подготовленное не без участия финансово заинтересованных «активистов»-грантоедов, запуск которого происходил в лучших совковых традициях: не снимаем леса́ с дома — пока не поклеили обои, на практике оказалось формой банального учета средств, нажитых непосильным трудом в поте лица народа. При этом (Как оказалось — внезапно!) чиновник не обязан информировать о членах семьи (родственниках), которые не проживают совместно с ним. Кроме этого, никто не обязывает должностное лицо при заполнении Е-декларации брать в руки калькулятор и сводить дебет с кредитом – то есть, доказательно аргументировать соответствие своих по-европейски «скромных» расходов с не менее удивительными, украинскими доходами.

Об уже последовавшей инициативе некоторых «реформаторов» от сохи, предложивших, чтобы простые граждане не имели доступа к Е-декларациям политиков и чиновников, и говорить не приходится.

Первая ласточка эффекта от давно упущенных возможностей и такого законодательного легкомыслия (Или – умысла?) уже выписывала кренделя феерического пилотажа перед изумленными обывателями, когда деньги гражданской подруги Лещенко волшебным образом превратились в элегантные депозиты мамы Сергея. А гражданский «побратим» пани Залищук до сих пор молчит, как рыба об лед, насчет происхождения и размеров своих доходов.

Плагиат наработок 2001 года

Почему-то все современные пролетарии умственного труда и антикоррупционной деятельности, изображая на лице застенчивость, стыдятся припомнить, что еще в далеком 2001 году свет увидела солидная законодательная инициатива, основу которой составляла, как-раз-таки обязанность чиновников аргументировано увязывать свои доходы и траты на приобретение различного имущества и услуг. Жаль, но «Закон про державний (фінансовий) контроль за декларуванням доходів осіб, уповноважених на виконання функцій держави, та іх витратами», автором которого являлся Виктор Медведчук, был со скрипом принят лишь в первом чтении (за – 227, против – 0, воздержались – 0, не голосовало (!) – 168).

Понадобилось более десятка лет, чтобы уже новая власть, с суровыми лицами качаясь на волнах «гідності», победно голося об эпохальных свершениях и единственно правильном курсе на «перемогу», не погнушалась «изобрести велосипед», что был придуман при прежних «тоталитарных» и прочих «злочинних» режимах. Именно так было обставлено принятие Антикоррупционной стратегии в октябре 2014 года под бурные, продолжительные аплодисменты, переходящие в овации. Лишь немногие журналисты тогда заметили, что Антикоррупционная стратегия – это просто плагиат наработок 2001 года. Плагиат, засвидетельствовавший  наличие отсутствия какой-либо законотворческой фантазии у «новых и честных». А комментарии самого лидера «Украинского выбора» утонули в победных реляциях и обещаниях скорого и светлого будущего под живительным дождем зарубежных кредитов.

Упустив свой шанс, если и не победить коррупцию, то наработать хорошую практическую базу на этом поприще, прыгая на тех самых граблях, все эти новые-старые «керманичи», спустя тринадцать лет, принимая под звуки фанфар Антикоррупционную стратегию, доказали верность мудрого, народного изречения: «Все новое – это хорошо забытое старое».

Но, современные борцуны и борцыци, все эти «дети лейтенанта Байдена», который в результате своих непорочно-интеллектуальных изысканий указал основную причину коррупции в Украине – это Путин (!), продолжают и дальше, в лучших традициях голубого воришки Альхена, заниматься ничем иным, как законотворческим фетишем и пошлым крысятничеством чужой интеллектуальной собственности.

Как  выяснилось (опять — внезапно), придуманный заново велосипед в виде электронного декларирования, в итоге оказался без сиденья и педалей. Посему, демократы с горящими от еврооптимизма глазами, бросились срочно изобретать запчасти к сильно хромающей системе. Народный депутат Егор Соболев и, по совместительству — главный люстратор страны, недолго думая, старательно порывшись в архивах на сайте Верховной Рады, а затем на сайте «Украинского выбора», смело выдвинул инициативу – «презумпция виновности чиновника». Выдвинуть-то выдвинул, но уж как-то быстро и задвинул. Мол, они не настаивают — надо подождать, пока все подадут декларации, посмотреть на первых пойманных негодяев — клептократов и подумать…

Что даст контроль за расходами чиновников

Если внимательно изучить законопроект 2001 года и разобраться как работает механизм контроля за расходами чиновников, их родственников и близких, становится понятно, почему Соболев «дал задний ход». Глава парламентского комитета именно потому и отказывается внедрять такой механизм, потому что контроль за расходами – эффективный метод. А нынешняя власть не заинтересована бороться против коррупции. В самопохвальбе и пиаре – заинтересована, а вот в реальной борьбе против коррупции – нет.

Как показывает практика Сингапура (а также практика Финляндии), где законодательство требует от чиновников декларировать свои расходы, такой механизм работает как минимум в двух плоскостях:

— юридическая – чиновник, которого правоохранители уличили в жизни не по средствам, отвечает в рамках административного и уголовного производства;

— общественная – СМИ и общественность публично осуждают случаи, когда какой-либо государственный служащий, прокурор, судья и т.д. попадается. А в таких случаях можно и политической карьерой поплатиться.

Опять-таки, проект 2001 года пресекает такой любимый вид спорта украинских чиновников, судей и прокуроров как «запиши особняк на тещу». И это – еще один аргумент, почему нынешняя власть не желает допустить, чтобы такой действенный механизм борьбы против коррупции заработал.

Очевидно, нам надо подождать, пока все эти очень уж специализированные ведомства в дорогих носках и с широчайшими полномочиями, будут решать вопрос: кто на ком стоять будет и, в каких пропорциях будут пилиться бюджет и зарубежные гранты?

Хотя, возможно, что надо будет ждать немного дольше. До тех пор, пока у простых людей оборвется, сотрется из памяти ассоциативный, логический ряд, связывающий идеи социальной справедливости (в том числе и парадигму обязательной отчетности чиновников перед обществом) с политическими силами левого толка. С силами, которые хотят уничтожить и предать забвению все эти «покращувачи», люстраторы, декоммунизаторы, атикоррупционеры, охотники на ведьм и прочие приличные до отвращения люди.

Вот и получается, что очередное, торжественное задержание неудачливого взяточника с туманной перспективой «посадки» – никакая не «перемога». Это всего лишь постыдная констатация того факта, что система, позволяющая незаконно обогащаться, живет и здравствует. Попадаются исключительно неудачники, либо —  нежелающие делиться. А вся история сегодняшнего, хуторского подхода к борьбе с коррупцией в Украине, почему-то напоминает коллективный просмотр немецкого порнографического фильма второй свежести с твердой надеждой и непоколебимой уверенностью, что в конце все обязательно поженятся. И будут жить долго и счастливо.

Алексей Куракин

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1