Смертельный Рубикон украинской журналистики. Юрий Селиванов

Дата публикации: 27 сентября 2016, 17:00

Факт полного отсутствия свободы слова и демократии на Украине никак не зависит от непризнания его Западом

Смертельный Рубикон украинской журналистики

Европейские политики и общественники обратились к «правительству Украины» с просьбой придерживаться принципов политического плюрализма, и уважать независимость средств массовой информации и права оппозиции, следует из петиции на сайте гражданских инициатив Change.org. «Мы призываем руководство Украины неуклонно придерживаться принципов политического плюрализма, уважения к независимости средств массовой информации и прав оппозиции». При этом авторы привели примеры нарушений прав журналистов, напомнив о ситуации вокруг телеканала «Интер», офис которого подожгли в начале сентября националисты, а также отметив, что «угрозы физической расправы идут против журналистов и редакторов канала NewsOne».

Скажем прямо — данная петиция подписана на весьма невысоком уровне и к ней не имеют никакого отношения официальные общеевропейские институты, вроде бы призванные стоять на страже основ демократии и свободы слова. Что, видимо, надо понимать так, что с их точки зрения на Украине нет никаких проблем со свободой средств массовой информации.

В свою очередь у меня, как у журналиста, до киевского госпереворота постоянно проживавшего на территории Украины, нет никаких сомнений в политической предвзятости и двойных стандартах, которыми руководствуются помянутые европейские инстанции. Кои, несмотря на свою внешнюю респектабельность, в реальной жизни выполняют функцию политических солдат, которые беспрекословно исполняют приказы вышестоящих начальников и видят врага только в том, на кого им укажут. Нынешняя Украина к числу таковых не относится, поэтому, с точки зрения данных инстанций, дела в ней просто не могут идти плохо. А если даже идут именно так, то тем хуже для этих неказистых дел, потому что они будут хронически оставаться вне поля зрения этих специфических «столпов свободы и права».

Должен сказать, что даже упомянутая выше петиция выглядит чрезвычайно робкой, политкорректной попыткой намекнуть «украинским властям» на «отдельные недостатки в пробирной палатке». Может даже сложиться такое впечатление, что все эпизоды насилия над тамошней свободой слова исчерпываются сжиганием утильных автопокрышек на телеканале «Интер» и некими угрозами в адрес работников еще какого-то киевского СМИ.

Представлять таким способом картину ситуации со свободой слова на нынешней Украине это все равно, что пытаться выдать черное за белое, а желаемое за действительное.

На самом же деле никакой свободы СМИ на Украине уже давно нет. А говоря точнее, она закончилась 21 февраля 2014 года, когда в Киеве захватили власть полоумные «революционеры». Свидетельствую об этом как непосредственный очевидец той радикальной метаморфозы, которая случилась на Украине в тот день и которая отделила железным занавесом ситуацию пусть относительной, но демократии, от самой натуральной, рафинированной диктатуры.

Еще 19 февраля того года творческий коллектив вверенной мне телекомпании «Академия» готовил к эфиру очередной выпуск итоговой аналитической программы нашего канала. Программа, как всегда, была политически острая , заточенная на самую злобу дня и, естественно имела антинацистскую и антипутчистскую направленность. Когда мы запускали её в эфир, мы жили еще в другом историческом времени. Когда нас тоже не все любили, а многие открыто, в том числе и в нашем эфире, выражали свою неприязнь к точке зрения, которую мы отстаивали.

Но в тот день, когда у власти в Киеве уже бесновались нацисты, всё было иначе. Программа шла в эфире при полном, гробовом молчании города. Это буквально физически ощущалось. Многие наши коллеги уже в те минуты прикрутили потоки своего красноречия и залегли на дно, понимая — куда подул ветер.

Мы оказались в этом смысле «белыми воронами». И реакция, но уже качественно иная, не заставила себя ждать. Уже на следующий день мне сообщили, что победившие «революционеры» готовы пойти на штурм нашей телекомпании, а лично меня уже ищут по всей Одессе некие темные личности. Расконвоированные от собственного страха перед низверженным законом и его блюстителями интернет-злопыхатели тут же принялись обмениваться адресами проживания наших сотрудников, в том числе и моим. Уже без всякого стеснения намекая, что пришло время «поквитаться за всё». Смысловой точкой в этот день стал полученный мной запрет учредителей ТРК на продолжение освещения темы киевского госпереворота. То есть — фактический запрет на вещание, поскольку именно это и было главной темой нашего эфира.

В этих условиях мне ничего не оставалось делать, как сесть в самолет и улететь в Москву. Тупо сидеть в углу, не имея возможности даже рта раскрыть и ожидая кирпича в голову или бутылки с горючкой в окно от жаждущих «отмщения» питекантропов – не в моём характере.

Как со временем выяснилось, оценка ситуации и принятое на её основе решение были абсолютно правильными. Убитые или брошенные в тюрьмы за то, что не то писали, одесские и украинские журналисты — стали печальным тому подтверждением.

Но для меня именно в тот момент водораздел с прошлой жизнью стал совершенно очевидным. В этой стране журналисту больше нельзя говорить то, что думаешь. Что наказанием за инакомыслие отныне становится не критика оппонентов и даже не письма в Киев с требованием «разобраться с товарищем». А элементарно – пуля в висок или дубина по черепу. Всё! Занавес и без того куцей украинской свободы на этом опустился окончательно.

О какой свободе прессы и праве на собственное мнение можно говорить в стране, где итогом твоего публичного выступления может стать твоя собственная смерть? Сегодня по этим новым «правилам» на Украине играют практически все, кто имеет отношение к СМИ. То есть сидят тихо и не лезут на рожон. Кроме очень и очень немногих, кто продолжает ходить по этому лезвию бритвы, в любую секунду рискуя быть рассеченным им пополам. Считать такое пограничное между жизнью и смертью состояние глубочайшего перманентного стресса нормальным для адекватной работы журналиста может, разве что, идиот. Да еще кривоглазые институты европейской демократии, которые хорошо видят только то, что выгодно их хозяевам.

Но мы и без них уже давно разобрались — что к чему. Страна, где ценой журналистского слова стала жизнь журналиста, не может иметь ни малейшего отношения ни к демократии вообще, ни к свободе слова и информации в частности. Свободная журналистика возможна только в правовом государстве, где судьбу журналиста не будут решать купленные по дешевке властями дремучие бандиты с горящими покрышками. Где человек может спокойно выступить в эфире и свободно изложить свое мнение, не опасаясь назавтра стать жертвой суда Линча от рук бесноватых фанатиков. Которым за это ничего не будет. Пока вся эта нечисть вместе с этих хозяевами не будет выметена железной метлой из украинской жизни, нормальному, думающему, ответственному за своё слово журналисту там делать нечего.

Юрий Селиванов, специально для News Front
Юрий Селиванов

 

 

 

 

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
Самые популярные новости соцсетей

bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1