Курдские партии. Евгений Сатановский

   Дата публикации: 20 Сентябрь 2016, 11:23

Большинство участников противоборства в Сирии играют без козырей

США перед выбором стула

Соглашение по Сирии, подписанное российскими и американскими дипломатами, вряд ли будет реализовано. Удар американских ВВС по позициям правительственной армии в Дейр-эз-Зоре не оставляет сомнений, что военные США не имеют никакого представления о происходящем там, опираясь в оперативной деятельности на информацию противников Асада.

По сути Пентагон стал инструментом проведения сирийской политики Саудовской Аравии, Катара и Турции при всем несовпадении целей этих государств, кроме одной – свержения режима Асада. Перспективы такой политики более чем туманны.

«Умеренная оппозиция», которой в Сирии выступают в основном радикальные исламисты, российско-американское соглашение не выполняет и выполнять не намерена, рассматривая прекращение огня как передышку, которая спасает ее от разгрома под Алеппо и дает возможность максимально осложнить положение правительственных войск. Между тем текущая ситуация в Сирии и вокруг нее многое меняет не только в противостоянии Дамаска и его противников, но и в ситуации вокруг курдов, попытка которых сформировать единое территориальное пространство на севере страны спровоцировала ввод туда турецкой армии.

Столкнувшись с ней, сирийские курды убедились в том, что США готовы использовать их в своих интересах, но сама курдская проблема Вашингтон заботит мало. В Иракском Курдистане (ИК) глубокий кризис, связанный с борьбой за власть в клане Талабани. В Турции продолжается противостояние между армией и курдами, перемирие с которыми было прервано президентом Эрдоганом.

Внешние игроки, включая США и Великобританию, в очередной раз поставлены перед выбором – поддержать курдов с прицелом на возможный распад Сирии или воздержаться, учитывая резко отрицательную реакцию на это Турции. Рассмотрим наиболее существенные аспекты проблемы, использовав подготовленные для ИБВ материалы экспертов В. И. Ковалева, А. М. Кругловой и Ю. Б. Щегловина.

На обочине политики

Единственная политическая сила Турции, являющаяся выразителем интересов курдского меньшинства страны, парламентская партия, его представляющая, выдавлена на обочину политической жизни. Ее не привлекают к обсуждению ничего значимого, хотя из-за попытки государственного переворота на задний план отошел вопрос о поправке в конституцию, допускающей снятие неприкосновенности с депутатов меджлиса, обвиняемых в терроризме и пособничестве ему. При этом накопленные турецкими силовиками материалы позволяют на четверть обновить состав парламента.

Оформлено 138 досье на снятие неприкосновенности: 51 – с депутатов от оппозиционной Народно-республиканской партии, 50 – прокурдской Партии демократии народов, 27 – правящей Партии справедливости и развития, 9 – правой Партии националистического движения и одно – с независимого парламентария. После того как 20 мая меджлис принял поправку 376 голосами (набрав свыше 2/3), в Партии демократии народов поняли, что она первая в очереди для дачи показаний. Сопредседатель ПДН Селахаттин Демирташ заявил, что добровольно для дачи показаний ее депутаты являться не собираются.

Попытка путча 15 июля внесла путаницу в планы турецкого руководства. На первый план вышла организация Фетхуллаха Гюлена (ФЕТО) и борьба с ее сторонниками. Впрочем, турецкое руководство в публичной риторике не разделяет ФЕТО, Рабочую партию Курдистана, сирийскую Партию демократического союза, отряды народной самообороны и запрещенное в России ИГ. Однако решив вопрос с гюленовцами через постановления чрезвычайного положения, турецкое руководство возвращается к прокурдской партии в меджлисе. В ней 59 депутатов при 50 открытых делах. Так что курдской фракции в меджлисе в ближайшее время может просто не остаться.

6 сентября генпрокурор Диярбакыра вызвал для дачи показаний по делу о «причастности к вооруженной террористической организации» Селахаттина Демирташа и депутата Нурселя Айдогана. Уголовный суд Диярбакыра в рамках уголовного дела против Союза курдских общин (руководящей надстройки над РПК) принял решение о принудительном приведении для дачи показаний главы парламентской фракции ПДН – Чаглара Демиреля и еще семи курдских депутатов.

Потенциальное освобождение 59 кресел в меджлисе вызовет досрочные парламентские выборы, которые в отсутствие курдских кандидатов с большим отрывом выиграет правящая ПСР, обеспечивая себе 3/5 голосов в меджлисе. Это позволит принять новую президентскую конституцию без комиссий и обсуждений с другими парламентскими партиями. Силовой подход к курдской проблеме не принесет мира, но может стать гарантией ускоренного проведения конституционной реформы.

США перед выбором стула

США в Сирии приходится выбирать между поддержкой Сил демократической Сирии (СДС), то есть курдов из Партии демократического союза (ПДС), и партнерскими отношениями с Турцией. Американцам не удастся усидеть на двух стульях, о чем говорят высказывания и из Анкары, и руководства ПДС. Последнее в октябре намерено принять конституцию системы самоуправления на севере Сирии. Об этом агентству «Рейтер» сообщила глава региональной ассамблеи, действующей в контролируемых курдами районах на севере Сирии, Хадия Юсеф. Столицей создаваемой курдской федерации должен стать город Камышлы.

О создании Федерации северной Сирии курдские представители объявили 17 марта после съезда свыше 30 политических партий в Румейлане. В форуме, проходившем под девизом «Демократическая федеративная Сирия – гарантия совместной жизни и братства народов», приняли участие 200 делегатов – представители курдов, арабов, ассирийцев, туркоманов, черкесов и армян, проживающих в северных и северо-восточных районах страны.

На встрече с губернаторами в Анкаре Эрдоган подчеркнул, что не позволит, чтобы на севере Сирии был создан террористический коридор. Министр обороны Фикри Ышык уточнил: «Турция не позволит СНС расширить свою территорию и набрать силу, используя операции против ИГ в качестве предлога». Он заявил, что курдские отряды не отошли на восточный берег Евфрата, как было предусмотрено договоренностями, достигнутыми при посредничестве США, и Турция не будет преследовать дополнительных целей в операции у Манбиджа, если курды выполнят эти требования.

Что до курдской инициативы, высока вероятность, что заявления о «независимости» и «конституции» не имеют реального наполнения. Международные игроки конституцию не признают, в руководстве ПДС это осознают и хотят компромисса: отказ от действий по оформлению «независимости» в обмен на остановку турецкой агрессии и возобновление поставок военной помощи от американцев.

Слова Эрдогана о создании буфера безопасности по периметру сирийско-турецкой границы призваны оказать давление на США. Он хочет воспользоваться их поддержкой и вынудить курдов уйти с западного берега Евфрата, заставив Вашингтон признать «зону безопасности» между Джараблусом и Аазазом, а также использовать лояльные Турции группы для штурма Ракки. В этом случае город может быть взят быстро и без потерь, так как сторонники ИГ покинут его без боя, как и было в Джараблусе.

Установление «зоны безопасности» по сирийско-турецкой границе потребует кратного усиления группировки турецкой армии на севере Сирии, ее ввода в курдские районы с партизанской войной. Арабской милиции в приграничных районах у Анкары нет. Ей с трудом удается создать лояльные себе арабские силы в зоне между Джараблусом и Аазазом. Да и арабы не хотят подставляться под удар курдов. Турецким военным также не нравится перспектива стоять гарнизонами по всей границе с Сирией и нести там потери.

То, что сирийские курды не будут участвовать в операции по освобождению Ракки от банд ИГ вместе с Турцией, подтвердил в интервью ливанской газете «Ас-Сафир» Ильхам Ахмед, сопредседатель Совета демократической Сирии. Основная цель американских военных – взятие Ракки и Мосула при ведущей роли США. Этого требует Белый дом в интересах предвыборной президентской кампании. Сторонники ИГ при этом просто отойдут из городов в пригороды, повторив сценарий, который США осуществляли в Рамади и Эль-Фаллудже.

От американских дипломатов требуется сохранение соглашений с Москвой о перемирии с суннитской оппозицией, что оставляет надежду на свержение Асада и дает основание требовать трансформации политической системы в Сирии. Главная задача Госдепартамента и Пентагона на сирийском направлении – не допустить доминирования Москвы и повысить роль США. Основная их проблема – отсутствие сил «на земле». Американцы воевать в первых рядах не хотят, потери накануне президентских выборов Штатам не нужны. Ставка была на курдов, которых разбавили арабскими формированиями. Но те перебежали под крыло исламистов, так что речь шла об опоре именно на курдов.

Здесь у Анкары лопнуло терпение, и турки, без оглядки на позицию Вашингтона начали операцию «Щит Евфрата» по сдерживанию экспансии курдов на севере Сирии.

Для американцев стало понятным: турки помешают курдам любой ценой, что означало необходимость искать им замену при взятии Ракки, а в перспективе и Мосула.

Ставка на курдов себя не оправдала по причине пассивности их самих в Сирии и Ираке. Иракские курды не хотят штурмовать Мосул, а отряды сирийских в большей степени объединяли свои территории на севере страны, чем готовились участвовать в штурме Ракки. Так что США стараются договориться с Турцией о совместных действиях при освобождении Ракки на условиях, которые та предлагала с самого начала. Это вполне устраивает Анкару, поскольку позволяет сдержать курдскую экспансию и расширить зону своего присутствия на севере Сирии.

Что до Алеппо, турецкая армия на него не пойдет, поскольку это означает большие потери и риски, включая «адекватную реакцию» Дамаска и Москвы, с которой Анкара ссориться не будет. Для нее Москва, помимо прочего, – весомый козырь в дискуссиях с США.

Дележ постов и долларов

В одной из основных политических партий ИК – Патриотическом союзе Курдистана (ПСК) – разгорается межфракционная борьба за право занять место председателя партии Дж. Талабани. Она идет с 2012 года, после первой госпитализации Талабани, вспыхивая и затухая в зависимости от состояния его здоровья. После первого инфаркта лидера ПСК общее руководство в партии захватил триумвират в составе жены Дж. Талабани Херо Ибрагим Ахмед, вице-президента ИК Косрата Расула и премьер-министра автономного округа ИК, вотчины клана Талабани, Бархама Салеха. Месяц назад Расул и Салех решили выйти из ПСК и организовать свою партию в знак протеста против авторитарных действий Херо Ахмед, которая узурпировала власть в партии и отошла от норм демократии.

Диссиденты (помимо Расула и Салеха это четыре влиятельных партийных лидера) образовали собственный исполнительный комитет – «истинный исполком ПСК». Этот шаг не случаен. До публичного разрыва с женой Талабани их отношения были сложными. Супруга старого, не ориентирующегося в действительности лидера ПСК забирала бразды правления в партии в свои руки с 2012 года, полагая стать первой в истории Курдистана женщиной – председателем крупнейшего политического объединения. Это предсказуемый сценарий развития внутриполитической жизни в ИК, так как женщины в курдских военных и политических формированиях играют одну из ведущих ролей, что нетипично для мусульман. В РПК их доля в боевых отрядах – до 40 процентов. В других политических партиях и объединениях не меньше.

Нынешний мятеж ветеранов партии, которых Талабани выпестовал, направлен против попыток его жены распоряжаться и присваивать себе прибыль от продажи нефти с месторождений в Сулеймании, являющейся оплотом ПСК. По некоторым данным, Херо Ахмед с этих месторождений продает до 30 тысяч баррелей в сутки, в основном Ирану. Вырученные деньги оседают на ее личных счетах. Ранее, после образования курдской автономии в Ираке, Талабани установил «справедливую систему» распределения нефтедолларов. Ее слом и вызвал самый открытый раскол за всю историю существования ПСК.

Ситуация для Херо Ахмед осложняется тем, что раскольников поддерживают полевые командиры вооруженных отрядов ПСК, входящие в пешмергу. Согласно договору между лидерами наиболее крупных партий ИК М. Барзани и Талабани пешмерга формируется на пропорциональной основе между вооруженными отрядами этих партий. Командование 70-й антитеррористической бригады, состоящей из бойцов ПСК, присягнуло Расулу и Салеху в начале сентября. Их поддержала главная разведывательная служба партии «Зануари», которую Расул возглавлял в течение нескольких лет. На стороне оппонентов жены Талабани оказалось и подразделение внутренней безопасности ИК «Асаиш». Ахмед попала в очень сложную ситуацию. Ее пребывание в руководстве ПСК связано исключительно с физическим существованием самого Талабани, который тяжело болен. Так что время для раскола ПСК оппоненты жены Талабани выбрали идеально.

Оба противоборствующих лагеря обращаются за поддержкой к Тегерану. Херо Ахмед гневно отреагировала на сделку между Багдадом и Эрбилем в отношении продажи нефти в Турцию через систему трубопроводов ИК, которая предполагает распределение получаемых нефтедолларов по схеме 50 на 50. В письме к президенту курдской автономии Барзани она угрожала сорвать эту договоренность, поскольку ее условия не обсуждались с руководством ПСК. Таким образом, еще раз позиционировала себя как главу партии и одновременно выражала солидарность с Тегераном, недовольным этой сделкой. В случае если бы Багдад не договорился с Эрбилем, центральное правительство, крайне нуждающееся в средствах для уменьшения дефицита бюджета страны, вынуждено было бы экспортировать нефть через Иран.

Херо Ахмед постоянно просит Тегеран о поддержке, уговаривая его повлиять на оппонентов. В противном случае она предупреждает, что смена руководства ПСК может привести к прекращению экспорта нефти из Сулеймании в Иран. Тегеран такие риски осознает, у него есть рычаги давления на диссидентов. Иранские советники тренируют бойцов ПСК, финансируют их и имеют хорошие позиции среди командиров высшего звена, а они являются одной из главных сил, на которую опираются оппоненты Херо Ахмед. Еще один союзник – президент Ирака Фуад Масум, который также один из основателей ПСК и дружен с Херо Ахмед.

Однако в Тегеране окончательно не определились относительно кризиса в рядах главного союзника в курдской автономии в лице ПСК. Решение примут в зависимости от состояния здоровья Талабани (до его кончины резкие шаги диссиденты вряд ли будут делать) и по результатам переговоров, которые иранцы активно ведут.

Статус-кво – «разделяй и властвуй»

После завершения междоусобных конфликтов в Сирии и Ираке вероятным может стать объявление Иракским и/или Сирийским Курдистаном о независимости. Важную роль может сыграть поддержка Великобритании, которая полагает себя союзником курдов. Но готов ли Лондон к этому на деле?

С одной стороны, он всячески демонстрирует курдам свою поддержку. В 2014 году Филип Хэммонд, тогдашний глава британского МИДа, назвал курдов ключевыми партнерами в борьбе с ИГИЛ на Ближнем Востоке. Лондон поставляет оружие отрядам пешмерга, что подтверждал бывший премьер-министр Кэмерон. Статус Иракского Курдистана активно обсуждается в британском парламенте. Дружественным жестом по отношению к ИК стало признание Комитетом по иностранным делам парламента борьбу Саддама Хусейна против курдов в Анфале геноцидом, хотя правительство воздерживается от официальных заявлений по этой теме. Борис Джонсон, ставший министром иностранных дел, известен симпатиями к курдам.

Однако Курдистан вряд ли станет независимым государством при открытой поддержке Великобритании. Лондон общается с представителями курдской автономии едва ли не чаще, чем с официальным Багдадом, но Ирак для него – важный региональный партнер. Нарушение его территориальной целостности не способствует безопасности и стабильности в регионе. Кроме того, независимый ИК неизбежно вызовет усиление сепаратистских тенденций у сирийских и турецких курдов, что спровоцирует рост террористической активности в РПК. А Турция при всех ее разногласиях с Евросоюзом продолжает оставаться членом НАТО.

Что до экономики, то британские нефтяные компании заинтересованы в регионе как таковом, а не в одной из его частей. Ввиду исторических связей Великобритании и Ирака, а также благодаря усилиям Лондона в развитии двустороннего сотрудничества Соединенное Королевство – один из главных экономических партнеров Багдада. В Иракском же Курдистане усиливается активность России и Китая. Пока это часть Ирака, экономическая свобода Эрбиля ограничена и выбирать партнеров зачастую не приходится. Сохранится ли эта ситуация, если курды станут независимыми, – вопрос.

Таким образом, надежды курдов на достижение полной независимости, вероятно, пока не имеют шансов на успех. Для Великобритании и прочих внешних игроков на Ближнем Востоке много выгоднее сохранять статус-кво, при котором раздробленный между Сирией, Ираком, Турцией и Ираном Курдистан остается полем политических спекуляций и военно-террористических авантюр. Принцип «разделяй и властвуй» продолжает действовать.

Евгений Сатановский

Метки по теме:


Комментировать \ Comments
usa_kurdy_02-01
bottom_banner_3
Pomosh
bottom_banner_1